Конец капковской аномалии

Что стоит за увольнением руководителя Департамента культуры Москвы

За неделю до отставки: Сергей Капков (справа) и Кирилл Серебренников представили нового директора «Гоголь-центра» Анастасию Голуб, Москва, 2 марта 2014 года Еще ни один из московских министров культуры не привлекал к себе такого внимания российского общества, как Сергей Капков. Он настолько выбивался из обоймы безликого российского чиновничества, что слухи о его отставке начали курсировать чуть ли не сразу после назначения на эту должность в сентябре 2011 года. 10 марта этого года Капков наконец оставил на своей странице в Facebook запись, начинавшуюся словами: «Я не устал, но ухожу». Журналисты и пользователи соцсетей уже успели выдвинуть невероятное количество версий, объяснявших причины этой отставки. Хотя удивляться надо было, скорее, не уходу Капкова, а тому, что его так долго терпели вышестоящие.

Чем запомнился Тележурналист Роман Супер вспоминает, как однажды Сергей Капков инспектировал туалет в Театре Гоголя еще до того, как туда назначили худруком Кирилла Серебренникова. Поручень, за который должен был ухватиться человек на инвалидном кресле, установили около унитаза так, что пользоваться им стало решительно невозможно. Капков стоял около этого унитаза и с ненавистью повторял: «Подонки. Просто подонки».

Пожалуй, в этом эпизоде и содержится коренное отличие Капкова от «нормального» российского бюрократа — того взволнует то, как он будет выглядеть в глазах начальства, а не в глазах инвалида, которому негде справить нужду. Приказали театру приспособить туалеты для инвалидов — он и приспособил. По бумагам-то все нормально.

Капков, пришедший из бизнеса и мыслящий исключительно в бизнес-категориях, старался угодить не начальству, спустившему сверху циркуляр, а конечному потребителю. Результат? За последние два года, по данным Московского института социально-культурных программ, популярность театров и концертных залов среди горожан выросла в 4 с лишним раза (с 4 до 17 %), музеями и выставками интересуются 13 % опрошенных (3 % в 2012 году), а на прогулку по парку готовы в свободный день выбраться 53 % москвичей, хотя еще 2 года назад 56 % с большим удовольствием остались бы в выходные дома.

Достижения Капкова в должности московского министра культуры невозможно отрицать, но это не означает, что у него не было и проколов, и странных решений. Его ругали за нелепую «оптимизацию» маленьких московских театров, которые предполагалось слить в единую структуру. За скандал с музеем Маяковского, где при Капкове сменилось несколько директоров. За так и не решенную проблему Театра на Таганке, где после ухода Юрия Любимова до сих пор продолжаются разброд и шатания. За то, что городское пространство, созданное при нем, лишено исторической памяти — ничто в московских парках не напоминает о трагической истории России XX века.

Почему ушел В то время как Владимир Мединский постоянно ставил выделение государственных средств деятелям культуры в зависимость от их служения царю и Отечеству, Капков дал возможность состояться целому поколению российских режиссеров, ориентированных на европейские ценности.

«Капков — прагматик европейского типа, — считает худрук Электротеатра «Станиславский» Борис Юхананов. — Я бы не смог занять эту должность, если бы Капков не инициировал открытый конкурс на замещение должности в театре Станиславского. В процессе своей работы я никогда не ощущал никакого административного и художественного давления на себя».

Вместе с тем, Сергея Капкова трудно назвать либералом. По словам тех, кто с ним работал, он не раз подчеркивал, что он абсолютно системный человек. Член Высшего совета партии «Единая Россия», он в 2007 году попал в Госдуму после того, как ему передал свой мандат Владимир Путин. Ему как менеджеру дала возможность состояться путинская Россия, и он всегда был приверженцем нынешней власти.

Впрочем, многие из тех, кто сегодня во власти, Капкова откровенно недолюбливали. Один из бывших членов капковской команды, на условиях анонимности давший интервью NT, считает, что «у чиновников федерального уровня должна начаться паника, потому что теперь не понятно, с кем же, например, должен бороться Владимир Мединский, у которого раньше был враг в лице Капкова со всем его современным искусством. Но уход Капкова был предрешен уже давно. Его личная повестка в последнее время решительно не совпадала с тем, что происходит вокруг: трудно строить изысканные ледяные скульптуры на склоне холма, с которого сходит лавина».

Повлиял ли каким-то образом федеральный центр на увольнение Сергея Капкова? На этот вопрос бывший шеф-редактор «Афиши» Юрий Сапрыкин, который вплоть до недавнего времени разрабатывал по заказу города новую концепцию ВДНХ, отвечает так: «Мне ничего не известно о наличии политических сил федерального уровня, которые бы добивались его ухода, скорее, были какие-то конфликты внутри мэрии. Скажем, до его прихода парками занимался исключительно Департамент жилищно-коммунального хозяйства, а потом все это хозяйство начало проходить по ведомству культуры — ну кому это понравится? Но главное, та политика изменения и облагораживания городской среды, которой занимался в последние годы Департамент культуры, для мэрии сейчас, очевидно, не является главным приоритетом. Времена невеселые, денег становится меньше, международная напряженность растет. И в этих условиях, конечно, реконструкция парков, набережных и домов культуры, куда приходили бы мирные веселые люди — ну или где они становились бы мирными и веселыми — наверное, не самая важная вещь».

Отчасти это мнение подтвердил и сам Капков, выступивший после своей отставки в эфире «Эха Москвы». На реплику Алексея Венедиктова: «Для любого политика отпустить популярного человека из своей команды — это риск лишиться части электората» — он ответил так: «Значит, ему (мэру Москвы Сергею Собянину. — NT) эта часть электората больше не нужна. Для него это более осознанное решение, чем для меня». Речь, понятно, о тех, кого социология называет «образованными горожанами», а СМИ часто «хипстерами», то есть о тех, кто составлял большую часть протеста 2011–2012 годов. Власть сделала ставку на «антимайдан», с горожанами перешла на язык репрессий. В этой ситуации Капков, несмотря на его лояльность, очевидно, больше не нужен.

Кто пришел На смену Сергею Капкову пришел бывший руководитель Москомнаследия Александр Кибовский, отзывы о котором ходят разноречивые. Представитель общественного движения «Архнадзор» Рустам Рахматуллин говорит о нем так: «Кибовский не относится, на мой взгляд, к числу открытых руководителей. Я имею в виду его готовность к взаимодействию с градозащитным сообществом — он, конечно, хотел бы, чтобы его не было или чтобы общественность была управляемой. Усадьбу Шаховских на Большой Никитской наполовину снесли ради строительства Геликон-оперы, и Кибовский был одним из тех, кто прикрывал снос юридическими крючками. Например, было сказано, что дробь в адресе памятника указывает на угловое строение, а не на весь ансамбль, в результате большая часть усадьбы перестала быть памятником. Эту манипуляцию совершило Росохранкультуры своим циркулярным письмом в момент, когда его возглавлял Кибовский. Вскоре после этого он перешел в Москомнаследие».

Архитектор Евгений Асс, хорошо знакомый с Кибовским, тоже настроен не слишком радужно: «Кибовский — фигура более оппортунистическая и менее самостоятельная, чем Капков, в том, что касается формирования культурной повестки дня. Надеюсь, что это назначение не приведет к повороту от системы буржуазно-либеральных ценностей, которые исповедовал Капков, к национально-патриотическим ценностям, которые исповедует федеральное Министерство культуры. Хотя исключить такую возможность тоже нельзя».

А вот Юрий Сапрыкин считает, что все не так мрачно: «По Facebook ходят мрачные шутки, что скоро в Парке Горького вновь появится ржавое колесо обозрения, потрескавшийся асфальт, пиво и шашлыки. Но я думаю, что это невозможно. Сила инерции у тех процессов, которые были запущены в последние годы, слишком велика. Это связано с тем, что в Департаменте и в культурных учреждениях остаются люди, которых туда привел Капков. Главное, что на самом деле нет общественного запроса на ржавое колесо обозрения, никому не хочется, чтобы все в парках, библиотеках и театрах вернулось назад, москвичи за эти изменения проголосовали ногами, не какая-то узкая секта модников, а сотни тысяч человек. Поэтому разворота назад точно не будет, а проекты, запущенные Капковым, растянутся по крайней мере еще на несколько лет — хотя бы в силу инерции».

Примерно тех же взглядов придерживается и худрук «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников: «Не стоит устраивать «плач Ярославны» по поводу ухода Сергея Капкова, а то и впрямь похоже на некролог. А стоит сказать огромное спасибо ему за все, что он для всех нас сделал. Несомненно, сейчас начинается какой-то новый сюжет в развитии московской культуры. На его место пришел достаточно молодой человек, интеллектуал. Мне кажется, у Кибовского есть свое видение того, как должна развиваться культура города, и скоро мы узнаем, чего именно он хочет. Мне кажется, Капков сделал достаточно много для того, чтобы и после его ухода восстановление «докапковской эры» было невозможно. Значит, все как-то будет двигаться дальше».

Фото: Станислав Красильников/ТАСС