Чем прорастет реставрационное поле после посадок?

Специалистов этот вопрос волнует больше, чем судьба пойманного на крупной взятке чиновника КГИОП, курировавшего реставрационные работы.

В минувший четверг Следственный комитет задержал по подозрению в получении пятимиллионной взятки зампредседателя КГИОП Игоря Гришина. В годы, когда ведомством руководила Вера Дементьева, господин Гришин трудился сначала директором подведомственного комитету ГУ "Дирекция заказчика по ремонтно-реставрационным работам на памятниках истории и культуры", а затем переместился в кресло заместителя председателя. В профильной бизнес-среде его прозвали Кассиром – с намеком на лицо в заветном окошечке, через которое надлежало выражать свою признательность желающим без проблем освоить выгодные госзаказы.

Когда КГИОП возглавил генерал-контрразведчик Александр Макаров, его профессиональных навыков хватило на сбор информации, достаточной для избавления комитета от доставшихся ему в наследство замов: Алексея Комлева, Алексея Разумова и Игоря Гришина. Разумов попался затем на взятке в 15 тысяч деревянных, которую вымогал с держательницы лотка по продаже орешков для белочек на территории ГМЗ "Павловск", куда его пристроила Вера Дементьева.

Кассир на час

Игорь Гришин, однако, оказался востребован новым председателем комитета, заступившим на этот пост в минувшем августе вместо Александра Макарова, Сергеем Макаровым. В декабре он предоставил Гришину кресло своего зама, поручив "сторожить капусту" – курировать реставрационную программу на два миллиарда. Буквально за пару дней до задержания Гришина Макаров-второй отзывался о нем в интервью "Фонтанке" как о человеке, который "идеально подходит для этой должности" и "прекрасно справляется со своей работой". В этом же интервью нынешний председатель КГИОП признавал, что ему Гришина "порекомендовали хорошие знакомые", надо полагать, что теперь узнать о них побольше захочется и следственным органам.

Несомненный интерес следователей должны вызвать и "идеалы" непосредственного начальника Гришина. Пока следствие разбирается с тем, в какой мере именно им следовал задержанный, градозащитники и депутаты уже выступили с требованием отставки главы комитета.

"То, что Сергей Макаров вернул в комитет Гришина, невзирая на сопровождавший его шлейф подозрений в коррупционной деятельности, да еще охарактеризовал его в интервью как высокого профессионала, говорит по меньшей мере о некомпетентности самого Макарова", – убежден депутат Алексей Ковалев. Парламентарий не исключает, что при таком руководителе воспоследуют дальнейшие аресты в комитете.

Отставки Сергея Макарова депутат требовал еще до задержания Гришина – в связи с отказом признать памятником блокадную подстанцию на основании выполненной ВООПИиК историко-культурной экспертизы: действия руководства КГИОП Алексей Ковалев расценил как "незаконные и недопустимые". "Это наглое надругательство над памятью всех павших в битве за Ленинград, над блокадниками, над теми, кто все эти годы пытался сохранить этот памятник блокадной истории. Никаких правовых оснований для отклонения данной экспертизы у КГИОП не было", – настаивает депутат.

Также господин Ковалев ранее обратился к прокурору Петербурга с просьбой о проверке ситуации с исполнением предписаний комитета по Дому Зыкова (наб. Фонтанки, 145). По мнению Алексея Анатольевича, предоставляемые КГИОП сведения о выполнении инвестором противоаварийных работ не соответствуют действительности. Обращает он внимание и на давление на экспертов со стороны руководства комитета – с целью урезания предметов охраны. Так, по тому же Дому Зыкова усилиями главы ведомства вместо "лестницы" в предметах охраны оказались прописаны "местоположение и материал лестницы", аналогичные метаморфозы произошли с обращенной во двор стеной лицевого корпуса.

В другом обращении к прокурору Ковалев требовал принять меры в отношении председателя КГИОП в связи с бездействием Сергея Макарова в вопросе, связанном с судьбой дома 36 по улице Мира. Еще 3 марта градозащитники направили в комитет заявление о наличии признаков объекта культурного наследия. Однако, игнорируя положения статьи 37 федерального закона об охране памятников, КГИОП заявил, что "основания для приостановки работ в настоящее время у органа охраны памятников отсутствуют".

На немедленной отставке Сергея Макарова настаивает и депутат Борис Вишневский. Он отмечает, что в большинстве конфликтов, возникающих вокруг исторических зданий, КГИОП оказывается не на стороне защитников наследия, а на стороне бизнеса, в том числе и в судах.

"Я убежден, работу этого ведомства надо серьезно перестраивать. Туда должны прийти люди, которые будут отстаивать интересы не инвесторов, а исторического Петербурга", – настаивает Вишневский.

Зампредседателя Совета по сохранению культурного наследия при правительстве Петербурга Михаил Мильчик признает, что не сильно удивлен задержанием Гришина.

"Не секрет, что он при Александре Макарове был удален из комитета именно из-за подозрений в том, что нечист на руку", – напоминает эксперт.

Игорь Гришин. Фото fontanka.ru

Задача на века

В то же время господин Мильчик гораздо больше обеспокоен дальнейшей судьбой не этого конкретного чиновника, а отрасли, которую тот курировал.

"К сожалению, не только в нашем городе, но и вообще по всей стране реставрация перестала быть делом, в котором заинтересовано государство. А власть имущие не понимают, что это такое". Михаила Исаевича резанула и та оценка, которую Сергей Макаров дал ситуации со старейшими проектно-реставрационными институтами нашего города в интервью "Фонтанке". Глава КГИОП сказал буквально следующее:

"И "Спецпроектреставрация", и "Ленпроектреставрация" имеют финансовые проблемы просто из-за того, что во главе компаний нет нормального менеджера. Как можно было уничтожить две такие мощные компании, для меня большая загадка. Что касается создания госучреждения, которое бы занималось проектированием, – документы подготовлены. Мы их сейчас согласовываем. К сожалению, наши коллеги из КУГИ и Комитета финансов высказывают замечания. Создание такой структуры довольно затратно. Не исключаю, что проект в этом году не будет реализован в связи с возможным сокращением бюджета.По нашим оценкам, на ее содержание будет тратиться от 50 до 100 млн рублей в год. Мы рассчитываем, что в штате будет 54 человека".

Михаил Мильчик видит проблему совсем в другом: "Загадка разрушения двух старейших петербургских реставрационных организаций: СПб НИИ "Спецпроектреставрация", основанного в 1977 г., и "Ленпроектреставрации", ведущей свое начало с 1945 г., имеет простую разгадку. Приватизация первого из названных институтов малоизвестной московской строительной компанией НИКА была проведена Росимуществом с грубыми нарушениями закона и вопреки протесту Минкультуры. Всё финансовое руководство институтом сразу же стало осуществляться новым собственником, директор же такого права был лишен; финансовый задел, который имел институт на момент приватизации – около сорока миллионов рублей, – растворился в течение года. Теперь очевидно, что целью собственника была ликвидация серьезного конкурента, а государственные структуры, как региональные, так и федеральные, не могли или не хотели этому противостоять.

Что касается "Ленпроектреставрации", то соглашусь: там требовалась реорганизация и более опытный менеджмент. Однако и в том и в другом случае со стороны городских властей не было сделано ровным счетом ничего, чтобы спасти эти структуры, обладавшие огромным реставрационным опытом и ценнейшими архивами, которые теперь стали недоступными на многие годы. Гибель этих двух организаций – знак времени: городу, как видно, больше не нужна научная реставрация и разработка комплексных проектов. В результате теперь, к примеру, фирма "Город", не имеющая никакого реставрационного опыта и провалившая в прошлом году экспертизу исторической застройки двух территорий (Конюшенная и Северная Коломна – Новая Голландия), предназначенных для реновации, приступает к реставрации Биржи – одного из самых значительных памятников нашего города.

Или другой пример: КГИОП согласовал проект приспособления под апарт-отель Конюшенного ведомства, "не заметив" отсутствия в составе проекта материалов историко-архивных и натурных исследований. Еще лет пять-шесть назад такой "проект" при отсутствии обосновывающих материалов вообще бы не приняли к рассмотрению.

Все многолетние попытки создать в Петербурге государственный центр по научной реставрации, который не только разрабатывал бы полноценные проекты, но и осуществлял методический контроль за ведущимися в городе работами на памятниках, способствовал повышению квалификации реставраторов, участвовал в подготовке новых кадров и т. д., не увенчались успехом. Я уверен: дело тут не в финансовых затруднениях (50–60 млн рублей в год для бюджета Петербурга деньги небольшие), а в глубоком непонимании того, что такое реставрация, зачем она нужна и как важны для ее существования опытные кадры и преемственность…"