Деятели культуры как шестая колонна

В Совете Федерации прошли парламентские слушания на тему культуры. Тут сразу и проблема, и интрига. Интрига: "Основы госкультуры" приняты Госсоветом в конце года, что теперь опять слушать? А проблема в том, что из СМИ по этому поводу пока отписались только "Коммерсант" и "Парламентская газета", причем повод мероприятия из их материалов понять непросто. Но, все же, можно.

Прессы могло прийти мало потому, например, что во вторник министр культуры В.Мединский на очередной коллегии Министерства культуры, трансляция которой проходила на сайте ведомства, поручил вообще не пускать журналистов на заседания. И даже так: "Прошу трансляцию отключить. И впредь по многочисленным просьбам членов коллегии даю поручение прекратить практику приглашения СМИ". Пояснение было таким: журналисты "мало что понимают зачастую, без специальной подготовки, в обсуждаемых вопросах, а потом мы тратим время, чтобы объяснять, что говорили не об этом, что это был не музей, а театр, и не сегодня, а в 913-м году". В этой же связи он просил звать на мероприятия "только тех, кто в утвержденных списках приглашенных".

Нет, ну как не согласиться с тем, что журналисты вообще мало что понимают. А теперь (при этом отношении) шансов на понимание будет еще меньше, что, соответственно, открывает еще больший простор для толкований происходящего в данной отрасли - имея в виду усилия государства по ее организации. В общем, были проблемы даже с выяснением темы мероприятия. И только в статье Е.Ямпольской в "Культуре" тема слушаний названа: "Государственная культурная политика и вызовы времени". Ямпольская там же добавила: "Готовясь принять в них участие, я подумала, что с не меньшими основаниями можно было бы переформулировать повестку как "Государственная политика и вызовы культуры"". Дальше еще будет про это. Но, главное, слушания не просто так, а все-таки системное дело.

Системность удалось отыскать в "Коммерсанте": "Как сообщил зампред комитета СФ по науке, образованию и культуре Сергей Рыбаков, открывая парламентские слушания, в ходе подготовки закона "О культуре" и проекта стратегии государственной культурной политики (президент поручил разработать документ в целях реализации основ культурной госполитики, принятых в декабре 2014 года) важно проанализировать "вызовы времени", которые стоят перед культурой".

Сергей Рыбаков

То есть, это продолжение все того же процесса: от "основ" вперед к закону через стратегию. Но вот чтобы в итоге возник какой-то документ - этого не было. Даже в "Парламентской газете" имеются разрозненные цитаты, но резюме отсутствует. Ну что ж, цитаты. По крайней мере, там не будет никаких оценочных мнений изданий.

"Государственная культурная политика должна формироваться на основе общественного запроса, считает главный редактор газеты "Культура" Елена Ямпольская. Она напомнила собравшимся, что свобода художника неотделима от моральной ответственности, а деятели культуры отвечают за моральное и физическое здоровье нации. "Может, стоит прописать эти вещи в Стратегии государственной культурной политики?", — обратилась главред к публике и добавила, что в стране нет вообще никакой культурной политики".

Елена Ямпольская

Про ответственность деятелей культуры за физическое здоровье — очень хорошо. Но, кажется, она обидела "Основные направления". Как же нет никакой культурной политики, когда этот документ принят и вот — развивается дальше? Впрочем, Ямпольская к мероприятию подготовилась лучше всех: вот же, ровно ко дню слушаний написала статью. Так что заодно следует процитировать и оттуда. Хотя бы на тему, почему ей не так нравится "Государственная культурная политика и вызовы времени", а лучше было бы "Государственная политика и вызовы культуры". Ее разъяснение:

"Вы говорите "вызовы времени". Разве время пригласило Тимофея Кулябина в Большой? Нет, это сделал Владимир Урин. То был приятный, благородный, короткий вызов, иль картель. Государство опирается на Церковь, главный государственный театр поощряет шкодника предложением работы. Откровенный неприкрытый демарш.
Государственная культурная политика должна формироваться на основе общественного запроса. А запросов на ерническую эксплуатацию святынь в обществе сейчас абсолютно точно нет. Более того: возникни на сцене новосибирского театра не крест, а полумесяц или звезда Давида, о дальнейшем прокате "Тангейзера" — как и о постановках в Большом либо в "Ленкоме" — никто бы не заикался".

Но у нее не только, что кто-то (понятно кто) кое-где у нас порой, а даже и вот как: "Полмесяца главный канал страны вынуждает зрителя ненавидеть государство. Пепел коротичевского "Огонька" стучит в чье-то сердце, и этим пеплом нам опять предлагают посыпать голову. А вы про "вызовы времени"". Это о кино, "Первый" "две недели кошмарил население сериалом "Орлова и Александров"".

А вот со временем, по версии Е.Ямпольской, как раз все в порядке: "В деле сплочения нации роль нынешнего кризиса трудно переоценить. Впервые за долгие годы во многих очнулась надежда, что рядом не волчары, не конкуренты, но — соотечественники.Для российской культуры господин Кризис уже сделал больше, чем все мы, вместе взятые. Статистика книготорговцев, рейтинги телеканалов свидетельствуют о всплеске интереса к родной истории".

Собственно, это сейчас выглядит самым концептуальным среди прочего (ну, по тому, что имеется в открытых источниках): время проповедовать — благоприятно, но вот деятели культуры — злонамеренны. Да, известна рамка "других писателей у меня для вас нет", но кто ж сказал, что это распространяется и на деятелей культуры в целом? Но именно это стратегию обещает: если их нет, то надо, чтобы были, а то нынешних и соотечественниками-то не назвать. Как соответствовали этой идее остальные докладчики? По разному. Цитаты снова по "Парламентской газете":

«Государственная культурная политика и вызовы времени»

"В настоящий момент российское общество переживает один из самых разрушительных исторических кризисов, заявил директор Российского государственного архива социально-политической истории Андрей Сорокин. "Сегодня профессиональные сообщества архивистов и историков видят возможности представления информации в объёме со всеми провалами и достижениями каждого из периодов нашего развития", — подчеркнул глава архива и добавил, что в истории любого народа найдутся и страницы, которыми можно гордиться, и за которые стыдно".

Что из этого следует для закона и стратегии — неведомо. Да, собственно, и оттенки кризиса он не уточнил. Но тема коллективной ответственности за все подряд заявлена однозначно и тут неважно с каким оттенком.

"Директор Государственного военно-исторического и природного музея-заповедника "Куликово Поле" Владимир Гриценко рассказал участникам встречи о том, с какими трудностями сегодня сталкивается музейное сообщество. Он предупредил, что важно не допустить движение деятельности музеев к досуговой и развлекательной области, что сейчас успешно делается. А одной из основных проблем для музейщиков стала необходимость писать огромное количество отчётов, которые "никто до конца не читает"". Как понять, он предлагает, чтобы музеи были местом, куда никто не ходит и, уж ни в коем случае, не развлекается? Но что тогда должны делать музеи? Тем более, что архивист уже выступил?

Зампредседателя СТД Г.Смирнов "уверен, что успешная реализация культурной политики без формирования правового поля культуры невозможна". Для него проблема — лоскутный принцип построения специального законодательства: "Это когда одни сферы культуры отрегулированы хорошо, как, например, музеи, библиотеки, а какие-то вообще не регулируются. Например, исполнительское искусство, творческие союзы», — пояснил он. Кроме того, подчеркнул Смирнов, сейчас активно игнорируется специфика сферы культуры в общем законодательстве, то есть при принятии законов из других сфер, но косвенно затрагивающих культуру".

Вот это уже интересно, имя в виду, например, судебные процессы по части оскорбления чьих-то чувств произведениями литературы и искусства, в том числе — театральными постановками или движущимися картинками. По поводу движущихся картинок была цитата в "Коммерсанте": "Возмущение современным кинематографом выразила и президент Международного сретенского православного кинофестиваля "Встреча" Надежда Ищенко (монахиня София). Фильмы "Левиафан" Андрея Звягинцева и "Дурак" Юрия Быкова, по ее словам, "сознательно ссорят народ с властью". "И для них дают деньги, посылают на фестивали,— сказала она.— Разве так можно, если мы говорим о консолидации общества?"".

Итог пока какой-то невразумительный: "Предложения и рекомендации, которые прозвучали в ходе слушаний, по словам Сергея Рыбакова, будут учтены рабочей группой, разрабатывающей проект стратегии культурной госполитики". То есть, да - это было о стратегии, но ее содержательное наполнение пока не оформилось. "Коммерсант" тут предложил такое: "Свобода художника неотделима от его моральной ответственности, констатировали участники парламентских слушаний о "вызовах времени", стоящих перед культурой. По их мнению, в обществе "в кои-то веки появился запрос на единение", и нельзя допускать, чтобы деятели культуры в своих работах "сознательно ссорили народ с властью"". Но это же не прочувствованный вывод, а просто склейка отдельных цитат. Тема шестой колонны из нехороших деятелей культуры была бы интереснее. "Шестая" же по-любому должна быть круче "пятой".