Иркутская ОНК требует проверить колонию для несовершеннолетних в Ангарске, где произошел бунт

Члены ОНК Иркутской области требуют провести проверку в Ангарской воспитательной колонии (АВК), где содержатся несовершеннолетние осужденные, отстранить от работы всех ее сотрудников и расследовать обстоятельства бунта, произошедшего в АВК 15 марта этого года. По данным УФСИН Иркутской области, 15 марта в АВК произошло возгорание в одном из отрядов, которое было оперативно потушено, никто не пострадал: «Устанавливаются причины возгорания, в том числе рассматривается версия умышленного поджога со стороны воспитанников колонии». Как выяснили сотрудники региональной ОНК, в ночь на 15 марта часть осужденных несовершеннолетних подверглась избиению так называемым активом колонии — достигшими 18-летнего возраста осужденными, которые сотрудничают с администрацией АВК. Подросткам «назначалось» по 40-50 ударов ремнем за нарушения, допущенные в течение дня. Около 3 часов ночи избиваемые дозвонились до правозащитников, затем связь оборвалась, а в колонии начался бунт: подростки поджигали матрасы и простыни, выпрыгивали из окон. Сотрудники колонии уговорили бунтовавших пройти в здание школы и написать заявления в прокуратуру, но когда они писали жалобы, в помещение ворвался спецназ и, по заявлению подростков, избил их дубинками. В заявлении сотрудников ОНК на имя генпрокурора, директора ФСИН и уполномоченного по правам человека, которое есть в распоряжении «Медиазоны», сообщается, что часть подростков сейчас находится в СИЗО и тюремных больницах Иркутска, местонахождение нескольких десятков человек неизвестно. Несколько осужденных из «актива» отпущены по УДО. «Из рассказов несовершеннолетних следует, что всеми вопросами воспитания, поощрения, наказания, а также обращения к медицинскому работнику занимался актив, и все решения принимал так называемый «бугор колонии» малолетний Л.М.Б., 18 лет, находящийся сейчас в АВК. Таким образом, администрация воспитательной колонии самоустранилась от воспитательного процесса», — сообщают правозащитники. Побеседовав с малолетними осужденными, они выяснили, что подросткам запрещали жаловаться родственникам или проверяющим, тех, кому был положен облегченный режим, содержали в обычных отрядах, применяли физическое насилие. Использовались наказание «за четыре кости» (человека поднимают за руки и ноги по потолок и бросают на пол), хождение «гуськом» по плацу, ежевечернее издевательство под названием «по трешечке и спать» (ребенок надувает щеку, его бьют по ней рукой в кожаной перчатке, от головной боли невозможно уснуть); ставили «на растяжку» и «под весло» (избиение подростка, держащего на плечах тяжелую палку). «После проведения проверки членам ОНК стало очевидно, что взрослые сотрудники и воспитатели отошли от возложенной на них законом функции и передали все в руки малолетних активистов – садистов, которые наводили порядок в колонии по-своему, теми методами и приемами, которыми они владели. Взрослым было так удобно. Поэтому совершенно не удивляет ответ на вопрос члена ОНК, заданный сотрудникам колонии 25 марта “В чем же тогда заключаются функции Воспитательной колонии?” — “В названии”, — ответила социальный педагог АВК», — говорится в заявлении правозащитников.