Эксперты института Лихачева подвергли критике театральные постановки по Пушкину: "тотальный цинизм", противоречащий замыслу

Не успела утихнуть буря вокруг вызвавшей недовольство Русской Православной церкви оперы Вагнера "Тангейзер" в постановке Тимофея Кулябина в Новосибирском театре оперы и балета, как эксперты от филологии взялись за обсуждение театрального репертуара по произведениям Александра Пушкина, приурочив дискуссию к Году литературы в России.

Эксперты Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия имени Д.С. Лихачева (Институт наследия) подвергли критике театральные постановки "Борис Годунов" Константина Богомолова, "Евгений Онегин" Римаса Туминаса, "Онегин" Тимофея Кулябина, поставившего прогремевшую на всю страну оперу Вагнера "Тангейзер", и "Руслан и Людмила" Дмитрия Чернякова. Основные претензии экспертов к режиссерам свелись к искажению текстов и идей Александра Пушкина, а к государству - к "самоубийственной" культурной политике, благодаря которой спонсируются подобные спектакли. Как сообщает ТАСС, исследователи уверены, что власти необходимо инициировать публичную дискуссию по этому поводу, иначе произойдет "полное размывание русской культурной идентичности".

Во вторник на семинаре "Право на классику: о границах интерпретации произведений русской классики в театральных спектаклях" директор института Арсений Миронов сообщил, что тему современных постановок по произведениям Пушкина затронули в честь Года литературы. К тому же, по его словам, в госзадание института входит пункт "изучение экспертного мнения по актуальным вопросам государственной культурной политики".

"Мне вспомнились слова Лихачева, который сказал, что "классики нас будут кормить". Возьму на себя смелость интерпретации. Наверное, он хотел сказать, что не надо брать бренд классического произведения и под ним продавать свои собственные эксперименты творческие", - сказал Миронов. По его мнению, современные интерпретаторы классических произведений используют пришедшую из маркетинга технологию декодирования, "когда берется образ депрессивного региона и он подается как туристически привлекательный".

Начать разговор о декодировании эксперты решили с анализа постановок по произведениям Пушкина, назвав "Бориса Годунова", поставленного в "Ленкоме" режиссером Константином Богомоловым, "искаженным и осовремененным". По мнению доктора филологических наук Ирины Гречаник, Богомолов "разрушает интерпретационный режиссерский театр, который опирается на слово".

"Спектакль начинается с дописанного режиссером текста и придуманной современной ситуацией - новостным блоком", - сказано в заключении, где подробно описаны все сцены из пушкинского текста, которыми пренебрег режиссер. Исследователей не устраивает, что "Борис Годунов" в "Ленкоме" превратился в "капустник, в котором используется попса", а "Сталин, кортеж президента, Березовский и документальная хроника свалены в одну кучу".

Кроме того, особое неудовольствие эксперта вызывает роль народа. "Народ как сила истории - в определенные моменты созидательная, в определенные моменты разрушительная - исключен из концепции спектакля. Написанный текст вызывает аналогии с народом, который ждет, что ему делать дальше, а также народ - это быдло, что принципиально искажает сложную пушкинскую концепцию истории", - отмечает эксперт.

По ее мнению, Богомолов "использует пушкинский текст как способ привлечь зрителя", а из его спектакля ясно одно: "режиссер не любит власть, ближний круг, патриарха и народ". "Общая атмосфера спектакля - своеобразный тотальный цинизм, что тоже противоречит пушкинскому замыслу", - констатирует Гречаник.

Кандидату филологических наук Анастасии Черновой досталась для анализа постановка главного режиссера новосибирского театра "Красный факел" Тимофея Кулябина "Онегин", получившая специальный приз национальной театральной премии "Золотая маска". Стоит отметить, что к постановкам Кулябина ранее было привлечено внимание не только театралов, но и служителей Русской православной церкви, которые в его постановке оперы Вагнера "Тангейзер" в Новосибирском театре оперы и балета увидели оскорбление чувств верующих. При этом эксперты-религиоведы, привлеченные судом к процессу над постановщиками "Тангейзера", не нашли в спектакле осквернения христианских символов.

По словам эксперта, действие "Онегина" у Кулябина начинается "с имитации бурного секса под простыней". "Ощущение, что все происходит в отделении психиатрической больницы. Но при чем тут Онегин?" - задается вопросом эксперт. В спектакль Кулябина включен не весь пушкинский текст, замечает Чернова, в частности, вместо сцены объяснения Онегина и Татьяна герои "просто молчат довольно долго", сама Татьяна из "простой целомудренной девушки превращена в фурию", да к тому же курит, Онегин предстает "в трусах", а Ольга - "в окружении фотографов". "В этом мире у героев ничего нет, кроме животной страсти, бессмысленности и пустоты", - считает Чернова.

Гнетущее впечатление еще на одного эксперта - доктора филологических наук, профессора института культуры Елену Коломийцеву - произвела и постановка Дмитрия Чернякова "Руслан и Людмила" в Большом театре. Там зал "вообще не хлопал", а сама Коломийцева испытала "стыд и неловкость за происходящее". "От Пушкина там не осталось ничего. На деньги налогоплательщиков ставить вот такое, когда после показа остается ощущение грязи и полного омерзения, это просто преступление. Когда вот так наша культура транслируется миру, получает премии, это катастрофа", - считает Коломийцева.

Стоит отметить, что еще в 2011 году "Газета.ru", публикуя рецензию на премьеру в Большом театре "Руслана и Людмилы" Дмитрия Чернякова, подчеркивала, что скандал на постановке, впервые представленной на суд публике, - это старая добрая театральная традиция, которая значит, что "спектакль возбудил общественный интерес". Однако, как сокрушалась автор, это свойственно только Европе. "А у нас не умеют отделять искусство от жизни. У нас, коли народ не получил удовольствия, непременно нужно кого-то наказать. И теперь одни будут громко кричать о "покушении на святыни", другие - требовать отлучения от Большого театра и санкций в отношении негодяя, разрушающего массовые (еще с детства) представления о сказке. А третьи - недоумевать, почему талантливый режиссер сделал холодноватый спектакль, в котором концепция победила музыку, а глинковская задушевность пала жертвой последовательного постмодернизма".

От постановки "Руслана и Людмилы" эксперты перешли к обсуждению спектакля "Евгений Онегин" "самого консервативного из радикалов современного театрального сообщества" Римаса Туминаса, который за интерпретацию пушкинского произведения был удостоен театральной премии "Хрустальная Турандот" в номинации "Лучший спектакль".

Преподавателя Литературного института имени А.М. Горького, доктора филологических наук Ивана Есаулова - также не устраивает отношение режиссера к пушкинскому тексту. "Когда при декламировании "Москва! Как много в этом звуке…" через сцену пробегает, спотыкаясь, изобретенная режиссером "сологубовская недотыкомка", создавая комический эффект и серьезность слов "для сердца русского" подвергая веселому осмеянию, или когда девки дурными голосами показывают какое-то похабство вместо народных песен, - это так режиссер видит мир", - недоумевает Есаулов.

Эксперт подчеркивает, что "режиссер вправе это делать", но странно, "что таким образом человек видит мир, Россию как таковую". Есаулов признает, что заставить режиссера относиться "как Пушкин, с любовью к России, мы не можем - это была бы цензура". "Но если это поддерживается государственными финансами, то тогда я окончательно перестаю понимать, что такое государственная политика в области культуры", - говорит Есаулов, отмечая, что он даже готов понять "госполитику в 1920-е годы, но не это".

"У меня вызывает резкий протест, если это все спонсируется государством. Это абсолютно самоубийственная политика, которая в конце концов взорвет культурную идентичность", - заключает эксперт. "Министерство культуры обязано адресно финансировать те постановки, которые не разрушают традиции, а ведут к воспитанию поколения", - добавила Ирина Юрьева.

В свою очередь, по мнению автора книги "Пушкин и христианство" Ирины Юрьевой, не видевшей ни одну из оцененных экспертами постановок, "нынешние режиссеры не дают пощечину общественному вкусу, а потакают общественному безвкусию". Она уверена, что вышеперечисленные режиссеры с таким отношением к Пушкину занимаются "самоотрицанием нации".

Стоит отметить, что месяц назад, на фоне скандала с "Тангейзером", постановка пушкинской "Метели" в Русском драмтеатре города Ижевска уже привлекала внимание удмуртского священника. Священник Свято-Михайловского собора Ижевской епархии РПЦ Владимир Андрианов написал руководству республики, что, в частности, его возмутило использование во время постановки символов православия - креста и архиерейского облачения. Однако руководство театра не согласилось с мнением церковного служителя, заявив, что "ни в коей мере не нарушает права на свободу совести и вероисповеданий, не оскорбляет религиозных чувств верующих". "Россия - светское государство. Священник - не бог. Это человек, и он может совершать любые греховные деяния", - отметил главный режиссер театра Петр Шерешевский.