Бизнес перебирается из арбитражных судов в третейские

Третейские суды приобретают все большее значение для разрешения споров — с начала года число попыток исполнить их решения в рамках государственной системы удвоилось. В некоторых регионах оно выросло в пять—десять раз. "Ъ" разбирался, с чем связано усиление интереса к третейскому правосудию, будет ли тенденция устойчивой и как она может измениться в ходе запланированной государством реформы в этой области.

Согласно базе решений арбитражных судов, по критерию дел "о выдаче исполнительного листа на решение третейского суда" (ТС) количество судебных актов по стране в январе--марте увеличилось почти вдвое, до 2199. Максимальный рост наблюдается в Дагестане (в десять раз), Ивановской области (в 5,3 раза), Белгородской и Сахалинской областях (в четыре раза). Больше всего таких дел в Москве — 23% от общего количества, рост здесь составил 237%. Но есть и регионы, где обращений по третейским решениям вообще не зафиксировано — например, в Магаданской области, Чечне, Чукотке, Республике Тыва, Еврейском и Коми-Пермяцком автономных округах.

Судить о госзаказе предложено государству

Количество отказов в исполнении третейских решений минимально. Даже если не брать в расчет "технические" определения (о передаче дела в другой суд, о возвращении заявления и так далее), а учитывать только судебные акты по существу (о выдаче исполнительного листа, об отказе или о прекращении дела), то по арбитражному суду Москвы за январь--март 2014 года отказы составили всего 3,8%, в 2015 году — 2,2%, причем основной причиной прекращения производства стало добровольное исполнение должником решения ТС.

Среди компаний, требующих исполнения третейских решений, в Москве в первом квартале текущего года с большим отрывом лидирует Сбербанк (280 дел), затем идет Первая грузовая компания (ПГК; 39 дел, почти все против ОАО РЖД), а также Федеральная сетевая компания (ФСК; восемь дел). В январе--марте 2014 года основные фигуранты были теми же, но в несколько ином порядке: на первом месте оказалась ПГК (17 дел, опять же против РЖД), затем Сбербанк (12 дел) и замыкала тройку лидеров ФСК (также восемь дел). С точки зрения самих ТС, "лидерами рынка" в прошлом году были Арбитражный третейский суд города Москвы (32 дела), ТС при ЗАО "Ассоциация профессиональной правовой помощи" (24 дела) и АНО "Третейский суд строительных организаций города" (14 дел). В 2015 году состав первой тройки отчасти изменился. На первом месте оказался ТС при АНО "Независимая арбитражная палата" (279 дел), где судится Сбербанк. Следующим по популярности стал ТС при ЗАО "Ассоциация профессиональной правовой помощи" (54 дела) и АНО "Третейский суд строительных организаций города" (30 дел).

Сила роста правовой культуры

"Сейчас наблюдается существенный рост дел, рассматриваемых в третейских судах",— признает партнер юридической фирмы ЮСТ Александр Боломатов. По его мнению, третейских оговорок в договорах становится все больше "в силу роста правовой культуры и более полного использования данного инструментария для разрешения споров при заключении сделок". "Рост действительно есть, и он прямо пропорционален росту количества дел о банкротстве,— подтверждает руководитель судебной практики адвокатского бюро "S&K Вертикаль" Андрей Миконин.— Вторая причина — все больше договоров Сбербанка и нескольких иных банковских структур содержат третейскую оговорку". Из других банков в числе заявителей встречаются "Северный морской путь", Солид-банк, "Метрополь", Коммерческий межрегиональный трастовый банк, "Интеркоммерц", Рост-банк, Международный банк развития.

Конституционный суд не сомневается в беспристрастности третейских

Увеличение числа споров вокруг третейских решений участники рынка объясняют в том числе сложной экономической ситуацией. "Безусловно, это связано с кризисом — большинство должников не платят добровольно, потому что нечем,— считает Александр Боломатов.— Наверняка перед многими компаниями сейчас стоит вопрос: уплатить долг и закрыть бизнес или пытаться продолжать хоть как-то работать и надеяться на улучшение ситуации". "В период кризисов объективно снижаются финансовые возможности хозяйствующих субъектов, в том числе и в сфере добровольного исполнения судебных решений",— соглашается председатель третейского суда "Газпрома" Юрий Колмозев. Андрей Миконин вообще утверждает, что добровольно решений ТС на регулярной основе в РФ никто не исполняет, "за исключением случаев изготовления решения в преступных целях для формального оправдания налоговых обязательств либо обязательств по возврату валютной выручки".

По мнению партнера адвокатского бюро "Резник, Гагарин и партнеры" Андрея Горленко, в последнее время в ТС увеличилось количество "реальных споров, а не дел-схем, в рамках которых стороны фактически разыгрывают разбирательство, например, для создания основания регистрации права собственности на недвижимость или подтверждения несуществующей задолженности". Однако управляющий партнер коллегии адвокатов "Муранов, Черняков и партнеры" и один из арбитров МКАС при ТПП РФ Александр Муранов признает, что при этом растет и число "искусственных споров" с теми, кто использует ТС как инструмент "решальщиков".

Еще одной причиной роста обращений в ТС Александр Муранов называет снижение доверия к государственным судам. Его позицию разделяет председатель Арбитражного третейского суда Москвы Алексей Кравцов. Но с этим мнением согласны далеко не все участники рынка. "Доверие к ТС не выше, чем к государственным, а скорость рассмотрения дел не может резко обуславливать намерения хозяйствующих субъектов сменить место разрешения споров",— считает Александр Боломатов. Андрей Миконин отмечает, что сроки рассмотрения дел, например, в МКАС при ТПП РФ нельзя назвать более привлекательными по сравнению с обычным порядком судопроизводства. По его мнению, в России "отсутствует такой институт, как обращение в ТС для справедливого разрешения спора лицом, которому доверяют обе стороны". "ТС существуют в другом поле. Странно было бы говорить, что контрагенты "Газпрома" или Сбербанка включают в свои договоры оговорку о ТС этих организаций потому, что именно им доверяют, причем больше государственного",— добавляет господин Миконин.

Проблемы объективной беспристрастности

Дополнительно подстегнуть расширение практики использования ТС могло прошлогоднее постановление Конституционного суда (КС). В ноябре он перевернул судебную практику, сформированную Высшим арбитражным судом (ВАС), признав право ТС рассматривать споры со своими учредителями и аффилированными с ними лицами. ВАС считал, что это нарушает принцип "объективной беспристрастности" суда и изначально ставит не связанную с ним сторону в неравное положение.

Цена вопроса

Но КС счел, что в первую очередь нужно выявлять и учитывать заинтересованность конкретных арбитров при рассмотрении спора. Организационные связи суда со стороной не являются основанием для безусловной отмены решения ТС, хотя и принимаются во внимание. Такое постановление КС вынес по жалобе Сбербанка, добивавшегося исполнения решения третейского суда при АНО "Центр третейского разбирательства", одним из учредителей которого являлся банк. После этого Верховный суд (ВС) в рамках аналогичного дела обязал арбитражный суд выдать исполнительный лист на решение ТС "Газпрома".

Андрей Горленко считает, что говорить о критическом влиянии этих решений пока рано: "Даже практика ВАС мало влияла на деятельность таких ТС — их решения отменялись, но сами суды либо оставались, либо пытались адаптироваться и обойти такую практику".

Однако Александр Муранов уверен, что позиция КС уже повлияла на поведение компаний, имеющих третейские оговорки в аффилированных с ними судах, и спровоцировала рост обращений в такие ТС и, следовательно, увеличение запросов исполнительных листов по их решениям. Такого же мнения придерживается и Александр Боломатов: "Основываясь на позиции КС, ВС формирует противоположную ВАС практику, что, безусловно, поднимает эффективность разрешения споров в третейских судах, формально аффилированных с одной из сторон". Юрий Колмозев подтверждает, что после опубликования постановлений КС и ВС число заявлений об оспаривании компетенции ТС "Газпрома" "пошло на убыль". Господин Боломатов уверен, что позиция КС спровоцирует рост числа третейских оговорок о передаче споров на рассмотрение в том числе корпоративных ТС.

Позитивный тренд с оговорками

Однако далеко не все участники рынка оценивают сложившуюся тенденцию исключительно положительно. Само по себе увеличение обращений к третейскому правосудию они называют "позитивным трендом", но отмечают, что третейская оговорка "не всегда действительно выражает волю обеих сторон". По мнению большинства юристов, решение КС неизбежно будет способствовать навязыванию третейских оговорок экономически более слабым сторонам спора. "Реальных универсальных инструментов противодействия навязыванию третейских оговорок практически не существует",— говорит Александр Боломатов. Александр Муранов отмечает, что отказаться от третейской оговорки при заключении договора с крупной компанией почти невозможно, а шансы оспорить ее в дальнейшем крайне малы.

Чем третейский суд отличается от государственного

По словам Андрея Миконина, небольшие компании, сотрудничающие с крупными холдингами, могут попробовать заявить возражения против компетенции ТС сразу при появлении сведений о начале разбирательства. "Затем необходимо собрать доказательства аффилированности ТС со стороной спора и понуждения к введению третейской оговорки при заключении договора",— поясняет он. Заместитель гендиректора по международным проектам компании "АМР Консалтинг" Эльвира Абдуллина добавляет, что решение ТС можно признать недействительным, но такой иск имеет сложный предмет доказывания и весьма узкий круг оснований. "Сторона спора может ссылаться на процессуальные нарушения или противоречия публичному порядку РФ,— уточняет она.— Неарбитрабельность спора, рассмотренного третейским судом, также можно доказать, но процесс весьма непрост и может затянуться на длительный срок". По мнению Андрея Горленко, можно доказывать отсутствие у ТС компетенции рассматривать спор по мотиву отсутствия или недействительности третейского соглашения.

Положить конец спорам могла бы третейская реформа, предложенная год назад Минюстом. В тексте законопроекта закреплялось жесткое условие, что учредителем ТС имеет право выступать только некоммерческая организация (НКО), а споры с участием своих учредителей такому суду рассматривать нельзя. Ожидалось, что проект будет внесен в Госдуму еще прошлой осенью, но он вызвал споры и был отправлен на доработку. "Предположение о том, что запрет на существование ТС при коммерческих организациях исключит факты злоупотреблений в этой сфере, является заблуждением. Злоупотребления имеют исключительно субъективную природу и не являются неизбежным сопутствующим свойством той или иной организационно-правовой формы учредителей ТС",— считает Юрий Колмозев. По его мнению, целесообразно предусмотреть в законопроекте возможность существования ТС при крупных хозяйственных корпорациях c условием, что они должны соответствовать всем регуляторным требованиям, включая необходимость получения их учредителями предварительного разрешения. Но, по данным источников "Ъ", в последней версии законопроекта, которая сейчас рассматривается в правительстве, условие об учреждении ТС только НКО сохранилось.

Анна Занина, Андрей Райский

Третейский не лишний