Путин как Горбачев

Решил я взглянуть на новости ретроспективно и с позиции лютого государственника (как государственников представляют сейчас в официальном российском мейнстриме). Должен сказать, картина получилась удручающая.

Давайте по пунктам. Мы имеем Михаила Сергеевича Горбачева, официально ругаемого нынешними государственниками за то, что он-де слил позиции Советского Союза Западу, делая проклятым капиталистам уступки в расчете на то, что в ответ они почувствуют благодарность и тоже нам чего-нибудь потом полезное сделают. В итоге Запад получил от СССР все, что хотел (объединение Германии, вывод советских войск из Восточной Европы, развал самого Советского Союза, далее по списку) – и взамен ничего нам так и не предоставил. А зачем платить-то, если они и так все сами за бесплатно слили? Общечеловеческие ценности – это хорошо, когда о них говорят, особенно если при этом еще и односторонние уступки делают, но табачок все равно врозь.

Так мы остались без штанов, без геополитических позиций – и без ответных уступок со стороны империалистов, потому что неграмотно вели внешнюю политику. Знакомое описание горбачевских деяний, товарищи лютые государственники?

Давайти теперь дружно посмотрим на свежие – и относительно свежие – новости. Ввязавшись в авантюру по "защите русскоговорящего населения Востока Украины", Россия утратила преференции в отношениях с Западом – и в порядке компенсации стала искать сходных преференций на Востоке. Кончились кредиты в Западной Европе? Возьмем в Юго-Восточной Азии. Но для того, чтобы уговорить китайских банкиров дать нам денежку, надо их как-то расположить к себе – и в итоге глава российского государства лично вмешивается в процесс переговоров о цене газа для Китая и ставит ее "на уровне ниже уровня" рентабельности проекта. Что мы получаем от Китая в порядке благодарности? Сообщение о том, что кредитов на постройку газопровода "Сила Сибири" не будет, стройте сами. Мало, стало быть, ублажили.

Раньше это называлось "общечеловеческие ценности", а теперь – "поиск геополитических союзников"

Тогда мы поставили Китаю самолеты Су-35, который в Пекине давно откровенно хотели скопировать (иначе зачем просили продать им всего десять самолетов – не летать же на таком количестве!), а мы прежде его для копирования не отдавали; атомную подводную лодку 885-го проекта (то есть "Ясень"), технологии которой Китаю нужны для строительства собственного атомного подводного флота – и вот теперь уже С-400, четыре дивизиона. За крупную сумму в два миллиарда долларов, просто невероятно много для Китая! Едва ли не все имеющиеся на сегодня новые военные разработки, на которые китайским инженерам хотелось посмотреть поближе, пощупать и поразвинчивать их – все это мы Китаю отдали по дешевке. Заметьте, задолго до каких бы то ни было не то что уступок, а даже просто обещаний ответных уступок со стороны. Поскольку создаем благоприятный фон, чтобы благодарные китайцы потом в ответ... – дальше смотрите про Горбачева. Раньше это (если по-лютогосударственнически) это называлось "общечеловеческие ценности", а теперь – "поиск геополитических союзников".

Однако на Китае свет клином, понятное дело, не сошелся, надо диверсифицировать внешнюю политику, поэтому Россия решила укреплять свои позиции еще и в Иране. И вот снимается эмбарго на поставку Тегерану зенитных ракетных систем дальнего действия – и министр обороны Ирана объявляет, что получит С-300 (неясно, правда, какой конкретно, но это пока неважно) уже в 2015 году. Объявление о поставке "трехсотки", как вы наверняка заметили, товарищи лютые государственники, отнюдь не сопровождается объявлениями о крупных нефтегазовых концессиях для России на иранской земле, новой очереди атомной электростанции российского производства в Иране или о чем-нибудь еще подобном. То есть мы по сути делаем щедрые инвестиции в улучшение наших шансов на благосклонное отношение Тегерана к России в будущем. То есть рассчитываем на благодарность. Вполне себе по-горбачевски, если судить ретроспективно с позиции лютого государственника.

На Востоке, правда, как я слышал, того, кто без яростной торговли делает односторонние уступки, считают слабаком, недостойным уважения – и достойным дальнейшего доения. Но и без этого напрашиваются какие-то подозрительные – если с позиции лютого государственника – параллели: тогда сливали свои козыри (которые в противном случае наши ожидаемые партнеры должны были бы в яростном торге у нас выцарапывать за реальные, а не только ожидаемые в туманном будущем уступки), сейчас козыри сливаем... Возникает вопрос: так чем же тогда Путин в глазах лютых государственников отличается от Горбачева? Только тем, что сливает наши позиции не на Западе, а на Востоке? А это что – так принципиально важно, где сливать?

Кстати, объяснив в заявлении МИД для Запада полное право России поставлять Ирану С-300 тем, что это "система исключительно оборонительная и никому в силу этого не угрожающая", Москва невольно попала еще в одну логическую ловушку. Как же теперь делать заявления для Запада о том, что строить американско-натовскую систему ПРО в Европе нельзя, ибо она нам угрожает? Да нет же, она "система исключительно оборонительная и никому в силу этого не угрожающая", процитируют нас же самих в НАТО – и придется снова Лаврову показывать чудеса словесной гибкости. Ну да это уже неважно – если ретроспективно смотреть на слив наших позиций и наших же пропагандистских аргументов. Потому что картина и без того достаточно удручающая, прогноз дальнейших успехов выглядит блекло, если из горбачевской ретроспективы его делать. Что делать-то будем в такой ситуации? Опять дружно – на прежние грабли? Какой будет ваш лютогосударственнический совет?

Игорь Сутягин – лондонский военно-политический эксперт. Бывший сотрудник Института США и Канады