Оригинал материала
Монстрация нашего ада
Артем Лоскутов – о мире, где абсурдные лозунги начинают верно описывать реальность
Новосибирский художник и активист Артем Лоскутов пытается согласовать с властями города проведение 1 мая "Монстрации" – ежегодного шествия по городу с абсурдными лозунгами, которое проводится с 2004 года.
Мэрия грозит привлечением к ответственности за несогласованную акцию. До этого она, вместо шествия по центру города, предлагала провести "Монстрацию" на берегу Оби.
Организаторы, кажется, не унывают и собирают подписи, чтобы пригласить на "Монстрацию" мэра Новосибирска Анатолия Локтя, утверждая, что он обещал прийти, если будет собрано достаточно голосов.
Накануне демонстраций 1 и 9 мая, которые пройдут в России, Радио Свобода побеседовало с Лоскутовым, в 2010 году получившим национальную премию в области современного искусства "Инновация", о лозунгах "Монстрации" и прочих акций. Свой лозунг Лоскутов пока не придумал:
– Я обычно делаю только один лозунг, как и все остальные: каждый – свой. Я рассчитываю, что люди, приходя на Первое мая на "Монстрацию", вспоминают обо всем, что случилось с ними за год и как-то это все выносят на плакаты, осмысляют и высказывают свое отношение к этому. В Новосибирске за год случилось много интересных событий, в нашу жизнь, жизнь сибиряков, пришли так называемые православные активисты, произошел скандал с оперой "Тангейзер". Я видел, что на митинге "За свободу творчества" в поддержку этой оперы было много плакатов, которые были бы уместны на "Монстрации". Наверное, что-то будет об этом.
У нас был плакат "Ад наш", как "Крымнаш", – немножко пророческий
– Вы свой лозунг уже придумали?
– Нет, пока не придумал. У нас все еще как-то подвешено. Я получил бумагу из мэрии, где мне предлагают проводить "Монстрацию" по набережной реки Обь – от памятника Николаю II, которого у нас в городе нет. Там есть памятник Александру III. Пока у нас проходят какие-то баталии по поводу места, я о лозунгах не могу думать. Есть более важные, насущные организационные проблемы, которые тоже могут повлиять на содержании транспарантов. Я думаю, что если мы, например, присоединимся в результате к шествию профсоюзов или к шествию КПРФ во главе с нашим мэром – коммунистом Локтем, это тоже может как-то сказаться на содержании плакатов. Либо нас куда-то отправляют на задворки, в резервацию, либо мы присоединяемся к официальному шествию и дискутируем с ним, или мы дискутируем с рекой Обь и говорим о чем-то с ней. Меня (я тут не могу говорить о всех участниках) очень тяготит общественно-политическая ситуация и внутри, и снаружи нашей страны. Тот факт, что мы ведем войну, – я не могу об этом забыть. Я думаю, что это тоже отразится на плакатах, транспарантах. И в прошлом году были намеки на это, на ситуацию с Крымом, на взаимоотношения с Украиной. Это важно. Это то, что сложно игнорировать. У нас был плакат "Ад наш", как "Крым наш", – немножко пророческий, не только Крым, но и ад.
Смысл задается контекстом
– Когда "Монстрации" только появились, это было весело. Потому что были такие абсурдные лозунги – казалось, что они не имеют отношения к политике, социальным вопросам. А теперь вы говорите, что нынешние события находят свой путь даже на "Монстрацию".
– Мы были в середине нулевых тогда. Это был, как сейчас можно говорить, какой-то такой застой, когда казалось, что ничего не происходит. Мы только что выбрали себе старого нового президента, который соревновался на выборах с охранником Жириновского, с кем-то еще. Это был такой фарс. Казалось, что вокруг нас происходит какой-то такой театр, где все ненастоящее, а настоящее – только наши эмоции, эмоции удивления и непонимания. На первых плакатах в 2004 году были фразы "Ах", "Как-нибудь так" и прочее. Политика не лезла в нашу жизнь так агрессивно, как лезет сейчас. Пропаганда не лезла в наши головы так, как льется сейчас с телевизоров. Это очень разные ситуации. Конечно, каждый год мы реагировали на контекст. Например, был такой плакат на зеркале, нес его художник Иван Дыркин, который как раз придумал слово "монстрация" в 2004-м – "Смысл задается контекстом", то есть вокруг нас какой-то контекст все-таки существует, мы на него ориентируемся. Мы живем в обществе и реагируем на то, что происходит. Нас как-то назвали антиглобалистами почему-то, и на следующий год мы сделали антиглобалистский лозунг. Там было написано – "Антиглобалистский лозунг". Нас заставили писать объяснительную, что наши транспаранты не призывали к свержению конституционного строя, и мы сделали плакат, на котором было написано – "Лозунг, призывающий к свержению конституционного строя", чтобы поиграть потом в отделении милиции в составление этой невероятной бумаги, в которой было бы написано, что наш лозунг "Лозунг, призывающий к свержению конституционного строя" на самом деле не призывал к свержению конституционного строя. Это такие игры с тем, что есть. Мы живем в Новосибирске в некотором ощущении вакуума, вдали от событий, вдали от Москвы, вдали от тех, с кем можно было бы говорить. Мы не можем обращаться к политикам и не можем ничего от них требовать. Поэтому такое немножко ироничное описание этой всей ситуации.
Абсурдное просто нужно довести до более чистого состояния абсолютной бессмыслицы
– Новосибирск, на самом деле, в последние недели оказывался в центре политики, хотя бы отчасти. Так что теперь у вас есть аудитория еще и в этом смысле, хотя у "Монстраций" и так есть аудитория. Но вот я почитал лозунги, которые готовят к Первому мая Федерация профсоюзов, коммунисты. Почитал лозунги, которые готовятся к 9 мая. И осознал, что, когда мы в контексте, эти лозунги понятны, но если чуть-чуть из контекста вынырнуть и взглянуть со стороны, то это производит какое-то странное впечатление. В принципе, эти лозунги могли бы быть на "Монстрации", не понимай мы контекст. Например, лозунг профсоюзов "Росту цен – удвоение зарплаты". Кому удвоение зарплаты? Тут человека вообще нет.
– Один из мотивов выйти на "Монстрацию" в первый раз был такой: я с друзьями посетил нормальную, обычную первомайскую демонстрацию. Мы удивились тому, что написано на транспарантах. Они были абсурдные, старающиеся выглядеть настоящими. Была реклама обувной фабрики, директор которой хотел быть депутатом и вывел всех своих рабочих в выходной день нести логотип. Там ничего не было написано, никаких требований – просто логотип обувной фабрики. Были рекламы такси. Казалось, что это абсурдное просто нужно довести до более чистого состояния абсолютной бессмыслицы. Одной из задач было стремление показать зеркало этим уличным протестам так называемым, показать, что они бессмысленны, пока они проходят так, как они проходят. В этом смысле мы присоединялись к первомайским демонстрациям. Я думаю, что, если бы мы сейчас присоединились, мы бы смотрелись там очень органично. Туда можно было бы добавить православных активистов и всех остальных, и все это стало бы "Монстрацией".
"Монстрация" – более честная и адекватная реакция на нашу жизнь
– Вы упомянули о таксистах. Есть такая акция – "Подвези ветерана". Насколько я понимаю, ветераны могут бесплатно себе вызвать машину 9 мая в определенное время, и к ним будут приезжать. Но само название акции – "Подвези ветерана" – представляется так: что люди хватают каких-то ветеранов и везут их куда-то. Или, например, плакат КПРФ к Первому мая – "Единственная сила, которая может противостоять фашистам, Западу и либералам, – это советский народ". Это абсурд, потому что советского народа никакого нет. Или реклама клуба – "Каждому входящему – победные 100 грамм". У стриптиз-клуба слоган вечеринки – "Капитуляция". Так надо понимать, что 9 мая стриптизерши капитулируют перед кем-то. И все это на фоне ленточек и звезд. Реальность получается такой вывороченной, что плакаты, соответствующие этим реальностям, в лозунге оказываются полностью абсурдными.
– Я не могу отделаться от ощущения, что живу в каком-то абсурде. Читая новости, удивляюсь тому, куда мы идем. Поэтому "Монстрация" – это более честная и адекватная реакция на нашу жизнь. Мы не прикрываемся тем, что мы чего-то хотим добиться. Просто констатируем факты и служим лакмусом нашего общества. Я думаю, что остаются какие-то более честные эмоции, когда люди в прошлом году несли, например, транспарант "Давайте жить дружно". Я думаю, что это более честная эмоция, чем любой другой транспарант, – люди хотят поговорить друг с другом, и таким образом им предоставляется возможность это сделать. "Монстрацию" видят, ее фотографируют. Эти фотографии обсуждают потом в соцсетях всей страной. Хочется как-то друг с другом коммуницировать, не только с этими посылами партии и правительства, но и с живыми людьми. Поэтому что-то честное там остается. Оно может быть в формате шутки, в формате абсурдистского плаката. И это проще сделать. Люди понимают, что выйти с таким шуточным и ни к чему не обязывающим транспарантом довольно легко – легче, чем с серьезным. Такой формат был воспринят. Например, когда были протесты в 2011-2012 годах, когда люди реагировали на тот фарс, который происходил на выборах в Москве и в других городах, они во многом использовали форму шуточного плаката. Был очень хороший лозунг, в Питере, – "Вы нас даже не представляете". Это как бы обращение к депутатам, которые никого не представляют, но и в то же время оно говорило об оторванности политиков от населения – вы не можете представить, кто мы такие и чего мы хотим.
Хождение каждое Первое мая с плакатами само по себе оторвано от жизни
– Взаимоотношения реальности и разума поменялись. Теперь абсурдные плакаты – воплощение здравого смысла, а плакаты, как бы отображающие реальность, – полный абсурд.
– Да. Но "Монстрация" – это живое явление. Оно меняется. Каждый год мы начинали с одного желания, а оно трансформировалось. А такое ритуальное действие – хождение каждое Первое мая с какими-то плакатами – само по себе оторвано от жизни.