Новый союз оппозиции

Несистемная оппозиция объявила о новом альянсе: шесть партий готовы действовать единым фронтом на региональных выборах в сентябре 2015 года и на выборах в Государственную Думу в 2016-м. Каковы шансы объединения в регионах, есть ли смысл участвовать в выборах и что предлагает элитам оппозиция — разбирался The New Times

Алексей Навальный и Михаил Касьянов подписали соглашение о коалиции, Москва, 18 апреля 2015 года

Мы идем в Государственную Думу», — будничным тоном объявил на брифинге 22 апреля Алексей Навальный. Вместе с Партией Прогресса — это проект Навального — в Демократическую коалицию решили войти РПР-ПАРНАС, «Демократический выбор», «Гражданская инициатива», «Партия 5 декабря» и «Либертарианская партия». О своей поддержке заявила и «Открытая Россия» Михаила Ходорковского. Фонд, не будучи политической организацией, не может напрямую участвовать в коалиции, но Ходорковский подчеркнул, что видит перед собой две задачи: обеспечение честных выборов и помощь кандидатам в формировании политической программы. Но ключевая структура здесь, конечно, РПР-ПАРНАС: благодаря тому, что убитый Борис Немцов был членом Законодательного собрания Ярославской области, коалиции не нужно будет собирать подписи для выдвижения своих кандидатов на выборах в Государственную Думу в 2016 году.

Заявленные Цели

«Мы объявляем, что организуем (в сентябре 2015 года. — NT) шесть избирательных кампаний в трех областях — Новосибирская, Костромская и Калужская, а также выборы в городах», — сообщил журналистам Навальный. По его словам, замысел коалиции прост: продвижение «хороших» людей на местах через партийные структуры. В качестве фильтрующего механизма — первичные выборы, праймериз. По их результатам будет составлен «народный список», который сможет получить поддержку и политическое представительство в законодательных органах регионов. «Это не должен быть список московских политиков, это будут люди на местах, — подчеркнул Леонид Волков, член центрального совета Партии Прогресса, в разговоре с NT. — Мы будем приглашать и ждать отклика от локальных активистов, которые идейно близки коалиции». Волков особо отметил, что никаких «паровозов» — политиков, не собирающихся работать в должности, на которую избираются, в списках не будет.

Волков, известный IT-шник, в прошлом — депутат городской думы Екатеринбурга и начальник штаба Навального на выборах мэра Москвы летом 2013 года, приобрел федеральную известность, после того как организовал электронные выборы в Координационный совет оппозиции в 2012 году. Вот ровно этот опыт — электронное голосование — он предлагает использовать и для праймериз. План его следующий: «На специальном сайте будут представлены кандидаты. В день праймериз пройдет онлайн- и офлайн-голосование. Накануне выборов будут организованы дебаты между кандидатами, которые также будут транслироваться в сеть», — рассказал Волков журналу.

Пока коалиция напоминает зонтичную структуру: федеральный центр, возглавляемый советом, в который входят представители нескольких партий, и отделения в регионах. Единой программы пока нет: ее будут сообща готовить к парламентским выборам 2016 года, сказал на брифинге Навальный.

Меню для элит

Многие из тех, с кем поговорил NT, подчеркивали: оппозиционеров сплотила трагическая гибель Бориса Немцова. Новый союз — серьезная заявка на выход в легальное политическое поле, на переход от игр в политику к политике. Игры закончились, когда один из самых известных российских оппозиционеров был убит в нескольких сотнях метров от Кремля. Об этом на брифинге сказал и Алексей Навальный: «После смерти Бориса все ускорилось».

Разумеется, и сами участники альянса, и наблюдатели осознают, что особенных шансов на прохождение в парламент нет — даже если представителей несистемной оппозиции и допустят до выборов, что неочевидно, то уж выиграть не позволят точно. Но выборы — это всегда критический момент, период, когда политикой начинает интересоваться максимальное число людей, да и во властных элитах можно ждать сюрпризов.

И не случайно Навальный отказывается пока говорить о единой программе. Сейчас необходимо показать осторожным представителям оппозиционно настроенных элит спектр возможностей, которые предлагают критики власти. И лица здесь важнее слов. Навальный — самый популярный из оппозиционных политиков, сознательно жертвует частью своей популярности, вступая в союз с Михаилом Касьяновым (РПР-ПАРНАС), который в глазах многих — чиновник, по разным причинам попавший в опалу Путина.

Но для элит Навальный — не всегда понятный и потенциально опасный популист, обещающий посадить коррупционеров (то есть каждого второго из той самой элиты), лидер бунтующей улицы, в то время как Касьянов — опытный управленец, премьер самого успешного правительства эпохи Путина, явно не настроенный «отнимать и делить». Андрей Нечаев («Гражданская инициатива») — бывший министр экономики, потом банкир, глубоко разбирающийся в хитросплетениях российской экономики. Владимир Милов — недолгий заместитель министра нефти и газа, эксперт в сфере ТЭК, а поддержавший коалицию Михаил Ходорковский — не просто бывший владелец крупнейшей нефтяной компании страны, умеющий говорить с бизнесменами на одном языке, но и человек с опытом 10 лет тюрьмы, мужество которого признают даже его оппоненты. К тому же за ним и серьезные финансовые ресурсы (по разным оценкам, под контролем у Ходорковского может быть около $2 млрд). «Это старая история: в России программу оппозиции заменяют лица», — говорит политолог Глеб Павловский.

Выборы в Координационный совет оппозиции: регистрация избирателей, Москва, 21 октября 2012 года

Региональный контекст

В 2015 году местные выборы пройдут в 16 регионах. По словам Леонида Волкова, каждый из этих регионов рассматривался по нескольким пунктам: электоральная история, стоимость ведения кампании, уровень политической культуры, статистика фальсификаций, наличие сильных потенциальных кандидатов и процент городского населения. По результатам исследования в топ вышли Калуга, Кострома и Новосибирск — эта рациональность и определила выбор регионов, в которых собирается участвовать объединенная оппозиция. «С точки зрения электоральной истории и конкурентной борьбы — это правильный выбор. И Новосибирск, и Кострома, и Калуга — это регионы с достаточным электоральным потенциалом», — говорит специалист по электоральному поведению, политолог Александр Кынев. Однако делать прогнозы, говорит он, невозможно, поскольку многое зависит от того, как будут организованы выборные кампании: у коалиции слишком мало активистов на местах, придется договариваться с раскрученными людьми в регионах, и что из этого выйдет — никакими вероятностными схемами не сосчитать.

Прокремлевский политтехнолог Олег Матвейчев считает, что у новой оппозиционной коалиции ресурсов на местах нет вовсе. «Люди, которые возглавляют отделения этих партий на месте, или те, кто захочет им помочь, отсутствуют как класс. Они где-то есть, но к местной элите они не имеют никакого отношения», — сказал он корреспонденту NT. Но Кынев считает, что в решении этой проблемы как раз могут помочь праймериз: «Тут решаются две задачи — привлечь внимание и привлечь новые фигуры. Как механизм поиска кандидатов праймериз могут сработать». С ним кардинально не согласен Матвейчев: «Праймериз — это лишняя возможность обвинить партию во всевозможных манипуляциях. Это совсем непрозрачная история. И если они будут делать праймериз, то они сами обольют себя дерьмом».

Парламент–2016

Что касается выборов в Государственную Думу в 2016 году, то тут мнения экспертов совпадают: демократической коалиции придется серьезно побороться за свой электорат с партиями, заявляющими схожие демократические лозунги. «За либералов сейчас готовы голосовать 15 % населения. Сюда входят и «Правое дело», и «Гражданская платформа», и «Яблоко». Это серьезная проблема», — считает председатель правления Фонда развития гражданского общества Константин Костин, в прошлом курировавший в администрации президента вопросы внутренней политики.

Демократическая коалиция — уже не первый совместный проект несистемной оппозиции. Но в этот раз либералы ставят перед собой более сложные задачи: Навальный и его коллеги предлагают двухуровневые выборы на местах. Праймериз помогут альянсу понять, насколько в принципе широки его электоральные возможности в регионах. А выборы — насколько поддержка оппозиционеров в социальных сетях может быть трансформирована в реальные голоса на избирательных участках, считает Константин Костин.

За бортом

Как всегда, в особом статусе осталась партия «Яблоко», которая уже привычно отказалась войти в оппозиционную коалицию. Нынешний лидер партии Сергей Митрохин объяснил свое очередное «нет» тем, что вошедшие в коалицию партии не согласились с предложенной «Яблоком» платформой. Среди названных Митрохиным пунктов были обозначены «полное неприятие национализма и других человеконенавистнических идеологий, неприятие аннексии Крыма, непринятие экономических реформ 90-х годов».

В разговоре с NT Митрохин сказал, однако, что не желает альянсу судьбы «Комитета-2008», «Национального конгресса», «Объединенного комитета» и других неудачных коалиционных проектов оппозиции. «Мы сами выйдем на выборы в 2016-м. Так что встретимся в новой Государственной думе, где каждый создаст свою фракцию», — оптимистично подытожил политик, чья партия на прошлых парламентских выборах 2011 года получила 3,43 %.

Изгнанный из «Яблока» политик Илья Яшин, который вместе с движением «Солидарность» поддержал новую коалицию оппозиционных сил, считает, что «нет» «Яблока» — отнюдь не результат идеологических разногласий. «Причина — во взаимоотношениях верхушки партии с администрацией президента. У АП достаточно формальных и неформальных рычагов давления на «Яблоко», — говорит Яшин. По его словам, финансирование «Яблока» из федерального бюджета — серьезный вопрос: «Сейчас это делается по закону, но одна поправка к нему, которую может провести «Единая Россия», — и финансирования не будет».

Несмотря на все разногласия, потенциал для объединения есть, считает другой «яблочник», Виктор Шейнис, бывший многолетний депутат Государственной Думы. «Между «Яблоком» и остальными демократами пролегла межа. Но есть позиции, с которых можно и нужно вести переговоры», — говорит он.

Удивительно, но в рядах новой коалиции не оказалось изгнанных из «Справедливой России» Геннадия и Дмитрия Гудковых. «Мы, в принципе, поддерживаем такое решение. Но сейчас идут совещания, связанные с непосредственным формированием списков. И мы в этом совещании не участвуем, видимо, туда приглашены партии, а мы с Дмитрием (сын Геннадия Гудкова. — NT) не в партии», — сказал Гудков-старший NT. Поддерживает объединение и Ирина Прохорова, до недавнего времени — один из самых ярких лидеров партии «Гражданская платформа»: «Я буду очень рада, если новая волна такого политического объединения кончится чем-то хорошим». Впрочем, строить какие-либо прогнозы она категорически отказалась. Нынешний глава партии Рифат Шайхутдинов, отвечая на вопросы NT, сказал, что «коалиция не повлияет на распределение голосов избирателей на предстоящих федеральных выборах».

Фото: Антон Новодережкин/ТАСС, Сергей Фадеичев/ИТАР-ТАСС