«Не защитили Родину?»

Именно из-за отношения к игре, как к военным действиям, серебро российской сборной осталось без золотого блеска, да и болельщики с игроками оставили о себе дурную память

По-настоящему стыдно стало не тогда, когда юный Натан Маккиннон доводил счет до сухого теннисного, а тогда, когда большая часть хоккеистов сборной России потянулась к выходу и «утекла» в него не оглядываясь. В это самое время на дальнем краю арены «О2» появился оркестр, и можно было догадаться, что устраивались музыканты на импровизированной сцене не для того, чтобы сбацать что-нибудь зажигательное. В конце концов, если хоккеисты не поняли, что церемония награждения продолжается и еще будет исполнен гимн в честь победителей чемпионата мира-2015, то руководство-то могло сообразить и аккуратно поправить Ковальчука с компанией. Но никто, кроме работника директората, призвавшего не уходить хотя бы оставшихся семерых, на форс-мажор не прореагировал.

Да что там юлить и выкручиваться — ушли с досады с опущенными головами, дополнив игровой позор (это если называть вещи своими именами) недостойным настоящего спортсмена поведением.

Жест, был он вольным или невольным, получился быдловатым, но вполне в нынешнем тренде: если не российский гимн, то никакой; если не победа, то пошло все к черту, — кругом враги, а мы, размазывая слезы по размалеванным щекам, в следующий раз им еще покажем.

Сидевший в трех метрах от меня комментатор Виктор Гусев давно снял гарнитуру, что означало: Первый канал, в очередной раз угодив в лужу с перехватом знаковой спортивной трансляции, церемонию награждения не показывает. То есть на триумф драгоценного эфирного времени было бы, наверное, не жаль потратить, а достойно принять неудачу и отдать должное победителю — на это у нас сил не найдется ни при каких обстоятельствах. Мы можем проявить снисходительное благородство только в том случае, если доминируем и побеждаем, и никак иначе.

17-тысячный зал, за исключением его очень солидной российской части, это чувствовал и радовался за сборную Канады. Да вся прекрасная майская Прага, которую ближе к финалу российские болельщики основательно достали своим военизированным настроем, тоже едва дотерпела до воскресенья. Не все хоккейные туристы из России проявляли себя таким образом, как мои отвязные соседи по рейсу из Москвы (они отправлялись ни больше ни меньше как «на взятие Праги»), но напяливших на себя военную форму в столице Чехии из понаехавших россиян было как никогда много.

Фанаты любой из сборных, участвующих в чемпионате мира, не использовали в своей разнообразной и самой невообразимой атрибутике военных символов, и тем более не надевали форму цвета хаки, у наших же — это было сплошь и рядом. Вот я и пытался понять: что хотим мы доказать звездами, пилотками и гимнастерками городу и миру? Что мы продолжаем «освобождать Европу», когда она в этом не особенно нуждается? Что «деды воевали»? Ну так это деды, а не полупьяное нынешнее воинство…

Реакция на провоцирующие проявления иной и быть не могла. На финал я в метро оказался по соседству с вполне приличной российской семьей, глава которой на замечание по поводу обилия пилоток мягко пытался убедить меня в том, что так тоже проявляется любовь к Родине. Он был вполне искренен, но непробиваем в своем посыле. Как, наверное, остальные из 86 процентов, которым обещают победы в честь Победы по любому поводу.

В ночь на понедельник по Вацлаваку навстречу нам бежал, матерясь на всю Прагу, один из таких «любящих Родину» патриотов, которую хоккеисты «не защитили». Чехи вовсе пролетели мимо медалей, да еще дома, но реакция была другой: они, конечно, переживали, и слезы были тоже, но никто поражение не приравнивал к штыку. Мы же дошли до той степени абсурда, когда болельщики приезжают на хоккей, как на войну. Вот и получаем «в обратку» слова, которые произнес главный тренер сборной Канады Тодд Маклеллан: «Это была не победа со счетом 3:2, а уничтожение со счетом 6:1» Обидно, но реакции и реалиям финала — соответствовало.

К нашим хоккеистам я не пошел, потому что у меня не было к ним вопросов. Слезам генерального менеджера Андрея Сафронова, которые якобы прозвучали в его голосе в телеинтервью, я не верю. «Всем нам очень хотелось выиграть, но не получилось».

Да и не могло получиться, если честно. Стратегический план с историческим выходом на Канаду именно в финале обернулся жесточайшим фиаско в игре, в которой у сборной России не было ни единого шанса победить. Подстраиваться под стратегию и выбирать удобный маршрут, наверное, можно, но хоккей этого, как я уже писал в «Новой газете» в одном из предыдущих репортажей из Праги, не прощает.

Серебряные награды в иной ситуации стали бы достойнейшим результатом, и никто бы камня в сборную России не бросил. Она действительно попала под лавину травм, находила игру с трудом, упиралась, как могла, а в плей-офф отдавала все силы. Свое везение в четвертьфинале и полуфинале она заслужила трудом, потрясающей игрой голкипера Сергея Бобровского, снайперским гением Сергея Мозякина, отчаянный сольный проход которого предопределил успешный исход матча с американцами. Но то, что с «Кленовыми листьями» на тоненького не сыграть и помочь может только чудо, — было ясно всем, кто реально смотрит на вещи.

Эта Канада при всем том, что за нее выступали такие звезды, как Сидни Кросби и Джейсон Спецца, не являла собой олимпийский образец состава, разве что процентов на 30, но она была — командой. Такой роскошной и раскованной игры одного из соперников в финале я не видел давно. Такого унижения другого финалиста тоже давно не приходилось видеть. Причем финалиста, в составе которого звезд мирового уровня было не меньше (а по большому счету даже больше), но эти звезды, как это и раньше случалось при подобных поражениях, играли сами по себе. Малкин, Овечкин, Ковальчук, Тарасенко и компания во втором периоде, уничтожившем сборную России, нанесли один (!) бросок в створ ворот Майка Смита. И, если бы не выстрел отчаяния того же ветерана Сергея Мозякина (Евгений Малкин только слегка подправил полет шайбы), уезжать бы нашим со льда вовсе без единого гола. То, как нападающие канадцев разрывали и без того хилую оборону россиян, было невероятно красиво, — глядя на передачи за спину, оставления шайбы, смену ритма, нестандартные решения можно было рыдать, в том числе и от восторга.

Как писал замечательный пародист Александр Иванов, «не отводя горящего лица, я этот ужас вынес до конца». Впечатление от хоккея в исполнении блистательной канадской сборной оказалось сильнее унижения, которое я, как нормальный россиянин, несомненно, испытывал, сидя на верхотуре переполненной арены «О2».

И если бы не запредельное качество поражения, и не этот злосчастный преждевременный уход с площадки во время церемонии закрытия, я бы искренне порадовался серебру, завоеванному в тяжких муках.

Олег Знарок получил удар, который пусть не сразу, но стал роковым для его предшественников на посту главного тренера — и Вячеслава Быкова, и Зинэтулы Билялетдинова. Серебро обманывать не должно: золотого блеска в нем не оказалось, как бы неприятно ни было это осознавать. А осознавать так или иначе — придется. Москва (не начальство имею в виду, а предстоящий в будущем году чемпионат мира) этого потребует, и совсем скоро.

…Прага расставалась с мировым хоккейным форумом вполне буднично. Как и всю страну, итоговый результат чешской сборной ее не устроил, а выбор великого Яромира Ягра в качестве самого ценного игрока чемпионата, пусть и был принят на ура, но не слишком утешил.

А вот то, что Прага и Острава совместными усилиями побили рекорд посещаемости, превзойдя даже прошлогодний Минск, могло быть предметом для гордости. Но чехи кичиться достижениями не привыкли, это не в их стиле.

Прага — Москва