18 мая 2015, 00:11 / Бизнес

Бизнес семьи Михалковых: всегда рядом с государством

Правительство и госбанки не спешат поддерживать проект режиссеров «Едим дома»Ринат Сагдиев

Никита Михалков и Андрей Кончаловский говорят, что создать большую сеть ресторанов их попросили российские фермеры/ Руслан Шамуков/ ТАСС

Продав долю в «Никосе», Баков ушел в создаваемый Михаилом Болотиным концерн «Тракторные заводы», получив в нем 20%. Приход зятя Михалкова в «Тракторные заводы» вызвал слухи о том, что совладельцем концерна стал и сам режиссер – и даже помог компании в 2010 г. благодаря личному знакомству с Путиным, занимавшим в то время пост премьер-министра, реструктурировать долг в $140 млн в Альфа-банке. По крайней мере, так рассказывал Forbes высокопоставленный сотрудник Альфа-банка.

Проект по созданию всероссийской сети кафе-кулинарий «Едим дома!» пока подвис – да его и не очень-то спешат реализовывать, рассказали «Ведомостям» чиновники и банкиры, которым президент России Владимир Путин поручил рассмотреть вопрос о поддержке этого начинания. Главу государства попросили о помощи инициаторы проекта – Михалков и Кончаловский. В письме от 16 марта они указали, что их проект может стать первым в России реальным конкурентом западным сетям фастфуда, и, учитывая его социально-политический характер, просили поручить его реализацию правительству. Стоимость всей сети братья оценили в 978,1 млн руб. Они обещали начать пилотные проекты в Московской и Калужской областях – построить две фабрики-кухни, открыть 41 кафе и 91 кулинарию, меню которых будет на 30–40% состоять из региональных продуктов.

Вице-премьер Аркадий Дворкович поручил Минэкономразвития совместно с Минпромторгом, институтами поддержки предпринимательства и Сбербанком до середины мая проработать вопрос предоставления финансирования проекту «Едим дома!». Кончаловский не стал комментировать ход проекта, сказал «Ведомостям» его представитель. «Идея эта принадлежит моему брату [Андрею Кончаловскому], и родилась она несколько лет назад, – передал Михалков «Ведомостям». – Так совпало, что по телевидению прошли два моих фильма – «Чужая земля» и «Своя земля» – про заброшенные фермерские хозяйства и про то, как их можно поднимать». По словам режиссера, «это вызвало огромный резонанс среди людей, занимающихся фермерским хозяйством». «Мы стали получать много писем с вопросами, как можно реализовать продукцию местных производителей. Таким образом, вопросы фермеров и идея брата совпали», – продолжает он. Михалков считает внимание государства к проекту «Едим дома!» обоснованным и отвечающим национальным интересам страны, «учитывая нынешние внешнеэкономические обстоятельства». «При этом хочу отметить, что денег на этот проект у государства мы никогда не просили», – подчеркивает он. По словам режиссера, предполагается, что авторы проекта вложат в него 30%, а 70% возьмут в кредит. Сейчас как раз и ведутся переговоры по поводу получения этого кредита.

В ресторане Кончаловского и его жены Юлии Высоцкой уже готовят из редких российских продуктов, например из черноморской тюльки / «Едим дома!»

«Авторы проекта пришли на встречу с одним из топов Сбербанка, им рассказали об условиях кредитования в банке, они послушали и ушли», – сообщил человек, близкий к одному из участников встречи. Инициаторы проекта обращались в Среднерусский банк Сбербанка, но дело пока ничем не закончилось, подтвердил «Ведомостям» один из высокопоставленных сотрудников Сбербанка.

У самих режиссеров больших денег нет, их бизнес попадает в категорию малых. А учитывая его непростую историю, госбанки не так уж спешат получить Михалковых в число клиентов. Это почетно, но гарантий, что бизнес пойдет, нет, сходятся во мнении собеседники «Ведомостей» в Сбербанке, ВТБ и ВЭБе. Как убедились «Ведомости», лучше всего у режиссеров идут проекты, финансируемые за счет государственных денег, а в частном бизнесе больших успехов они пока не добились.

Бизнес по-семейному

Последний раз до истории с сетью «Едим дома!» финансы Михалковых привлекали внимание СМИ в декабре 2013 г. После банкротства «Моего банка» и ареста его основателя экс-сенатора Глеба Фетисова источники «Ведомостей» и Forbes рассказали, что одним из крупнейших вкладчиков банка оказался Михалков: у него зависло более 200 млн руб. и еще около 100 млн руб. – на счетах близких к режиссеру структур. По оценкам Forbes, на тот момент это примерно соответствовало доходу Михалкова за пару лет.

Почему известный режиссер выбрал для хранения личных средств банк, занимавший лишь 181-ю строчку по размеру активов? «Потому что меня пригласил туда под свои гарантии сам Фетисов. И в банке был выгодный процент доходности, что, естественно, меня привлекло», – отвечает Михалков. Сумму вклада он не раскрывает.

Интересно, что в то время «Мой банк» планировали купить старые знакомые режиссера – владельцы «Никохима», крупнейшего производителя каустической соды в России. Раньше их группа называлась «Никос» и одним из ее учредителей был бизнесмен Альберт Баков, зять Михалкова, женатый на его дочери Анне. Владельцы «Никохима» начали переговоры с Фетисовым в 2012 г., а к концу 2014 г. банк выкупили 11 физлиц, среди которых оказался и основной владелец «Никохима» Михаил Баранов. А в начале 2015 г. Фетисов рассчитался со всеми клиентами банка.

Михалков сотрудничает с группой «Никос» с 1993 г. Тогда режиссера, единственным известным бизнесом которого было производство фильмов на собственной студии «Тритэ», выбрали председателем президиума Российского фонда культуры (РФК) – преемника Советского фонда культуры. На следующий год в особняке фонда на Гоголевском бульваре случился сильный пожар. Тогда он и познакомился с учредителями группы «Никос», которые помогли с ремонтом, рассказывает знакомый Михалкова. «Если честно, то сейчас мне уже сложно вспомнить, кто именно ремонтировал здание РФК, так как прошло уже больше 20 лет. Но с группой «Никос» мы познакомились приблизительно в это время», – говорит Михалков.

Созданная в 1993 г. выпускниками физического факультета МГУ группа «Никос» в то время представляла набор разнородных активов: им принадлежали волгоградский «Каустик», Инкаробанк и банк «Капитал-Москва», компания «Русский йогурт» и производство копченой рыбы в Подмосковье, многоярусная подземная стоянка возле известного монумента «Рабочий и колхозница» у ВДНХ – на ее месте они собирались строить офисы и торговые помещения. После знакомства с Михалковым менеджеры «Никоса» стали фактически управляющими как РФК, так и Союза кинематографистов России, который позже возглавил Михалков.

Структуры «Никоса» даже стали совладельцами РФК, который в 1997 г. был перерегистрирован из общественного объединения в некоммерческую организацию. Банки «Никоса» кредитовали проведение съездов и текущую деятельность РФК, фонд рассчитался за это после продажи части недвижимости Союза кинематографистов, вспоминает один из учредителей «Никоса» Баранов.

Сам Михалков в 1998 г. стал председателем совета директоров группы, а позже его студия получила 20% банка «Капитал-Москва» (этот банк «Никос» продал в 2008 г.). «Но пробыл я в «Никосе» недолго – примерно год, и в первую очередь это связано с тем, что я не предполагал такую загрузку, которая заставит меня отказаться от творческой деятельности – от всего, что я умею и люблю делать», – объясняет Михалков. Сколько Михалкову удалось заработать в «Никосе», стороны не раскрывают.

Кино с господдержкой

Самые большие бизнес-проекты Михалкова и Кончаловского, естественно, связаны с кинопроизводством. В 1998 г. Михалков на съемки самого дорогого на тот момент российского фильма «Сибирский цирюльник» ($35 млн) получил $3 млн от Госкино, а еще $10 млн – от Минфина по личному поручению премьера Виктора Черномырдина, писал «Коммерсантъ». Половину бюджета обеспечила французская кинокомпания Camera One. Вернуть средства не удалось – сборы составили $11,2 млн. В 2007 г. ВЭБ выделил Михалкову на киноэпопею «Утомленные солнцем – 2» спонсорскую помощь в размере 8,85 млн евро, а еще 13 млн евро безвозмездно предоставил ВТБ. Общий бюджет двух частей картины («Цитадель» и «Предстояние») составил $52 млн, а сборы – $9,9 млн, подсчитал Forbes. Все эти фильмы издание включает в топ-10 самых громких провалов в российском кино. «ВЭБ и ВТБ были спонсорами моих проектов, таких как «Урга», «Солнечный удар» и «Сибирский цирюльник». При этом основную часть денег давали наши западные партнеры, что никакого отношения к бюджетным деньгам не имеет. Почему мне дают деньги на мое кино? Потому что полжизни работаешь на имя, а полжизни имя работает на тебя», – парирует Михалков. Кончаловскому госбанки помогали еще больше. В 2010 г. стало известно, что съемку фильма «Щелкунчик и Крысиный король» Кончаловского профинансировал ВЭБ. Производственный бюджет картины без учета перевода пленки в формат 3D и затрат на продвижение составил $90 млн – абсолютный рекорд для российского рынка. ВЭБ выделил Кончаловскому около $11 млн в качестве спонсорской поддержки, а также предоставил в 2007 г. компании Nutcracker Holdings Ltd кредит на $50 млн. Полтора года назад источник в банке говорил «Ведомостям», что с режиссером «достигнуты определенные договоренности» о возвращении средств за счет передачи неких активов. Сейчас пресс-служба ВЭБа не комментирует вопросы об этом кредите. Фактически до сих пор средства не возвращены, уверяет близкий к банку человек.

В 2004 г. Михалков и Баков вышли из группы «Никос», рассказывает Баранов: «Расстались по единственной причине – это не его [Михалкова] специализация бизнеса». А менеджеры «Никоса» ушли из РФК и Союза кинематографистов.

Так или иначе долг «Тракторных заводов» у Альфа-банка выкупил Россельхозбанк, а основной кредитор завода – ВЭБ получил 100% концерна и выделил ему 15 млрд руб. на реструктуризацию. Баков и Болотин остались руководить концерном с правом выкупа своих долей в 2017 г.

«Это неправда, никакого отношения к «Тракторным заводам» я никогда не имел и не имею, кроме того, что Альберт Баков – муж моей дочери», – опровергает Михалков информацию о своем участии в судьбе предприятия.

Зато он стал совладельцем в другом проекте бывших партнеров по «Никосу». В 2010 г. Баков, Болотин и Михалков выкупили 50% компании «Челпром-даймонд», занимающейся огранкой алмазов. Михалков получил в компании 10%. Но и тут возникли проблемы: в 2012 г. местное управление ФСБ возбудило дело по факту продажи компанией алмазов нерезиденту России, в том же году «Челпром-даймонд» не смог погасить 134 млн руб. долга перед Челябинвестбанком, а в конце 2013 г. обратился в суд с заявлением о банкротстве.

«Я не являюсь владельцем ООО «Челпром-даймонд», а лишь миноритарным участником, имеющим долю в 10% от стоимости уставного капитала, не влияющим ни на принимаемые решения менеджментом компании, ни на стратегию развития бизнеса», – уверяет Михалков. По его словам, он никогда не был на предприятии, не общался с его руководителями и в глаза не видел их изделий.

«Никиту Сергеевича тогда звали во многие проекты в надежде на его связи, а он, как человек широкой души, хорошим знакомым не отказывал, за что потом не раз страдал», – объясняет знакомый режиссера.

Фестивали – это не заработок

Стабильную выручку структурам Михалкова и Кончаловского обеспечивает проведение фестивалей и выставок по заказу госструктур. В 2005 г. братья вместе со своей двоюродной сестрой Маргот Баратовой учредили фонд Петра Кончаловского, который стал выигрывать тематические тендеры Минкультуры. Например, в 2010 г. фонд за 6 млн руб. организовал выставку «Петр Кончаловский. К эволюции русского авангарда» и за такую же сумму провел международную конференцию «Россия и «Глобальный Эффект Сезанна». В 2011 г. фонд за 10 млн руб. проводил форум «Искусство и реальность» и выставку «Без ограничений» в рамках форума. В 2012 г. Минкультуры выделило фонду на проведение этого форума и выставки молодых художников «Арт-парк» 4,8 млн руб. С 2007 г. близкое к Михалкову АНО «Медиафест» выиграло конкурс Роскультуры на 90 млн руб. на проведение Московского международного кинофестиваля (ММКФ), победив прежнего организатора – структуру продюсера Рената Давлетьярова, и с тех пор никому не уступает этого права. В 2012 г. «Медиафест» выиграл проведение ММКФ в 2013 и 2014 гг. за 240 млн руб.

«Медиафест» был учрежден в 2006 г. Национальной киноакадемией России и АНО «Золотой орел», созданной студией «Тритэ». «Золотой орел» также часто выигрывает госконтракты – в 2007 и 2008 гг. общество победило в конкурсах Минкультуры на съемку национального кино, получив 55 млн руб. В 2013 г. выиграло конкурс банка ВТБ – за 10 млн руб. «Золотой орел» заключил договор о спонсорстве на подготовку и проведение церемонии присуждения премии «Золотой орел».

Михалков говорит, что на фестивалях не зарабатывает: «ММКФ – это некоммерческий проект, и его целью не является извлечение прибыли. Как президент фестиваля, я получаю зарплату согласно официальному контракту, заключенному с Министерством культуры».

Кончаловский получает деньги от государства через созданные им в 2011 г. вместе с супругой, актрисой и телеведущей Юлией Высоцкой, Продюсерский центр А. С. Кончаловского и Кинокомпанию Андрея Кончаловского. Например, в 2012 г. Продюсерский центр А. С. Кончаловского выиграл конкурс Минкультуры на «оказание услуг по организации и проведению межрегиональных киномероприятий ретроспективных показов фильмов А. Кончаловского». За максимальную начальную цену контракта в 12 млн руб. центр Андрея Кончаловского должен был обеспечить показ минимум 7 из 10 фильмов Андрея Кончаловского (от «Первого учителя» 1966 г. до «Глянца» 2007 г.).

По данным СПАРК, в 2012 г. выручка продюсерского центра Кончаловского составила 14,3 млн руб. В 2013 г. она выросла до 58 млн руб., чистая прибыль составила 22 млн руб.

Кинокомпания Андрея Кончаловского в 2011 и 2012 гг. получила в рамках господдержки кино 80 млн руб.

Собиратель прав

В 2008 г. Михалковы заинтересовались защитой авторских прав. В апреле 2008 г. правительство под руководством Виктора Зубкова своим постановлением утвердило правило выплат автору или наследникам вознаграждения при публичной перепродаже оригиналов произведений изобразительного искусства – скульптур, картин и рукописей. Это означало, что при любой публичной перепродаже этих предметов искусства продавец был обязан выплатить автору или наследнику определенный процент – от 5% за предмет стоимостью до 100 000 руб. до 305 500 руб. плюс 0,25% с суммы, превышающей 17,5 млн руб. Фонд Петра Кончаловского вместе с компанией «Арт консалтинг» и Национальной организацией экспертов в области искусства создал Партнерство по защите и управлению правами в сфере искусства («Управис»), получившее аккредитацию на взимание подобных сборов. Но тогда работать организация не начала. «Учредители «Управиса» подсчитали, сколько они смогут собирать, и отказались от этой идеи», – рассказывает бывший сотрудник Российского союза правообладателей (РСП).

Ресторатор в семье

Самый большой опыт в ресторанном бизнесе из всей семьи Михалковых у сына Никиты Михалкова – Степана (на фото). Свой первый ресторан «Vаниль» он открыл еще в 2001 г. вместе с ресторатором Аркадием Новиковым и другом Федором Бондарчуком. После этого были открыты «Вертинский», «Ветерок», Casual, сети ресторанов и кафе Lunchbox и Lemoncello, сеть магазинов-кулинарий «Хлеб & Со» и барных стоек в фитнес-центрах X&Co. Управляет всеми проектами Степана Михалкова группа Eat Out. Проект своих родственников по созданию сети «Едим дома!» Степан Михалков не комментирует.

Через два года возглавляемый Михалковым Союз кинематографистов пролоббировал введение сборов авторского вознаграждения за воспроизведение музыки в личных целях. Сначала Михалков просил правительство ввести сбор в пользу Союза кинематографистов с каждого чистого DVD-диска. Позже Российское авторское общество (РАО), Союз кинематографистов и несколько физических лиц учредили РСП, который получил право взимать 1% от стоимости техники, на которой можно записывать и воспроизводить музыку или фильмы.

Президентом РСП стал Никита Михалков, председателем правления – его сын Артем. По данным союза, в 2010–2013 гг. ему удалось собрать с производителей техники 5,3 млрд руб. Из них непосредственно правообладателям РСП выплатил чуть больше 3 млрд руб. Остальные деньги пошли на оплату расходов союза (15% сборов) и на отчисления в созданный союзом благотворительный фонд (20% сборов). По закону РСП и другие аккредитованные организации обязаны предпринять все разумные усилия по поиску правообладателей. На это отводится три года, после чего деньги остаются у РСП. На конец 2013 г. у РСП было 0,5 млрд руб. нераспределенных средств.

В 2014 г., по словам гендиректора РАО Сергея Федотова, РСП собрал 2,65 млрд руб. вознаграждения, войдя в тройку ведущих европейских организаций по коллективному управлению авторскими правами в сфере частного копирования. По словам Федотова, из них 2,1 млрд руб. уже выплачено правообладателям.

В России отчисления в пользу правообладателей собирают три организации – ВОИС, РАО и РСП, и каждая из них сама устанавливает внутренними документами порядок распределения собранных средств. Если у РАО и ВОИС есть хотя и не прозрачные, но более-менее понятные механизмы, то с РСП все сложнее, говорит бывший сотрудник РСП. В РАО ориентируются на данные самих пользователей. Например, РЖД сообщает, столько раз использовала песню Олега Газманова, а какой-нибудь ресторан – сколько раз крутил песни группы «Дюна». На основе этих данных РАО и определяет, сколько денег должен получить Газманов, а сколько – «Дюна». Похожая схема в ВОИС. РСП же ссылается на некие рейтинги популярности фильмов и музыкальных произведений, по которым определяется, кому и в каком размере сделает выплаты. «Что это за рейтинги и какие суммы получают правообладатели, РСП не раскрывает», – говорит бывший сотрудник союза. О том, по какому принципу РСП распределяет средства, не знают даже в Минкульте.

В этом году специалисты РСП сделают попытку начать сборы и за продажу предметов искусства. В мае 2014 г. гендиректором «Управиса» стал бывший исполнительный директор РСП Александр Сухотин. В год «Управис» может собирать до $1 млн, сказал «Коммерсанту» бывший гендиректор этой организации. «Надеемся, что привлечение к работе «Управиса» опытных специалистов из РСП и РАО позволит уже в ближайшее время обеспечить надлежащий уровень правовой защищенности художников, скульпторов и других авторов произведений изобразительного искусства», – передал «Ведомостям» Федотов.

Режиссер-ресторатор

В 2003 г. Кончаловский и Высоцкая запустили телепроект «Едим дома!», уже тогда задумав превратить его в крупный франчайзинговый проект.

Сейчас под брендом «Едим дома!» производятся кухонная утварь, специи, печатаются книги с рецептами от Высоцкой. С 2014 г. компания продает франшизу на открытие магазинов «Едим дома!». Отдельный бизнес – кулинарные путешествия с Высоцкой, которые компания продает за 7900 евро с человека. По данным компании, за эти деньги предлагаются недельный тур в итальянскую Тоскану, проживание там на вилле Андрея Кончаловского, посещение ресторанов с мастер-классами шеф-поваров.

Структуры Высоцкой открывают и рестораны: в апреле на месте просуществовавшего немногим больше года ресторана «Ёрник» на Большой Грузинской улице открылось кафе «Юлина кухня». Высоцкая обещает, что в меню кафе войдут блюда из утренних выпусков ее телепередачи «Едим дома!».

Единственное, что пока не удалось компании, – собственный продовольственный бизнес. В 2003 г. представители Кончаловского скупили земельные паи в окрестностях д. Нестеровки Калужской области, собрав около 3000 га. В 2005 г. фонд Кончаловского учредил компанию «Нестеровка», которая пообещала создать ферму по производству мраморной говядины. Продукт планировалось продавать под брендом «Едим дома!». К концу 2012 г. компания вложила в проект 29 млн руб. Кончаловский в своих интервью сетовал, что Сбербанк и Россельхозбанк не одобрили ему кредит на $5,5 млн под залог земель: банки требовали в залог личное поручительство и его собственность. Хозяйство было выставлено на продажу, и в 2013 г. губернатор Калужской области Анатолий Артамонов объявил, что область выкупит у Кончаловского землю за 50 млн руб.

Лоббист, а не бизнесмен

Михалкова не стоит воспринимать как обычного бизнесмена: его основная компетенция – получить финансирование от государства, не важно, на что – на фильм, или на создание кафе, рассказывает знакомый режиссера. А Кончаловским искренне хочется построить бизнес, как в любимой ими Италии – с ресторанчиками и собственными фермами, но в российских реалиях это слишком сложно, вот они и решили привлечь Михалкова для господдержки, говорит бизнес-партнер семейной пары.

«Все очень удивились письму режиссеров, но не тому, что Михалков и Кончаловский попросили деньги на проект, а тому, как они их попросили», – рассуждает чиновник финансово-экономического блока правительства. Есть много способов попросить с большим эффектом и с меньшим шумом: например, попросить президента неформально потребовать от Сбербанка или ВТБ выдать кредит. Если бы даже Михалков просто пришел к президенту Сбербанка Герману Грефу с такой просьбой, с порога бы ему не отказали, продолжает чиновник. Дворкович удивлялся, вспоминает он: почему нельзя было все решить неформально, зачем присылать письмо? Тот, кто посоветовал режиссерам это сделать, оказал им плохую услугу – это похоже на попытку потроллить режиссера, считает чиновник. Возможно, это сделали потому, что известная семья уже поднадоела Кремлю своими просьбами, допускает собеседник «Ведомостей», по крайне мере, некоторые члены правительства именно так интерпретировали эту ситуацию.

В ПОДГОТОВКЕ СТАТЬИ УЧАСТВОВАЛА МАРГАРИТА ПАПЧЕНКОВА