Способ распределения бюджета является ключевым индикатором, определяющим уровень вестернизации того или иного общества

Недавняя железнодорожная катастрофа в Филадельфии осталась на задворках российского медиапространства. Проблема многоженства взволновала общественность — и оппозиционную, и лоялистскую — намного больше, чем состояние американской транспортной инфраструктуры. Еще бы, ведь дилемма «Запад мы или нет?» все-таки намного важнее заокеанского техногенного катаклизма и его причин.

Если только не учитывать, под каким углом рассматривают эту коллизию многие влиятельные представители американского истеблишмента. Понятно, что в США стартовала президентская кампания, и любое резонансное событие непременно политизируется. Но в случае с аварией поезда компании Amtrack подобная привязка отнюдь не искусственная. Разногласия между республиканцами и демократами сводятся к вопросу: имеет ли государство право улучшать условия жизни одной части общества за счет другой? А любые решения о модернизации инфраструктуры, равно как и повышение социальных выплат, предполагающие масштабные бюджетные расходы, в конечном счете приводят к этой развилке в любой западной стране.

На Востоке все обстоит принципиально иначе.

Вне зависимости от степени технологического развития страны и даже социальной ориентированности режима, казной распоряжается исключительно суверен, президент, генсек, король, имам — не суть важно. Важнее то, что он распределяет национальные ресурсы единолично или вместе с узким кругом доверенных лиц. А сограждане/поданные/однопартийцы либо не участвуют в этом процессе вовсе, либо чисто номинально визируют решения правителя.

Можно сказать, что отношение к бюджету и специфика его распределения является ключевым индикатором, определяющим уровень вестернизации того или иного общества. И с этой точки зрения даже те формальные «западники», которые анализируют коррупционную составляющую «строек века», не задаваясь вопросом о целесообразности данных проектов в принципе, на самом деле не слишком далеко ушли от их идеологических оппонентов-«славянофилов».

На контрасте с американскими «железнодорожными» спорами очень показательно выглядит российская история с отменой и возвращением пригородных поездов.

Общественность вознегодовала, президент устроил разнос правительству, правительство потребовало от губернаторов найти средства на субсидирование данных перевозок. По данным «Ведомостей», предоставление субъектам федерации денег на ремонт и строительство автодорог напрямую увязано с решением вопроса с электричками.

Система принятия решений напоминает принцип одного из персонажей культового «Дня радио»: «Я выкрутился — теперь вы выкручивайтесь». Другое произведение этой же команды «День выборов» для регионов давно уже утратило актуальность. О своих чисто формальных избирателях главы регионов, получивших соответствующее указание, будут беспокоиться в самую последнюю очередь. Для них сейчас важнее получить от президента досрочное прекращение полномочий и титул врио, фактически означающие ярлык на дальнейшее губернаторство.

В итоге возвращение электричек, скорее всего, будет оплачено за счет урезания областных расходов на строительство школ, приобретение нового оборудования для больниц, ремонт теплотрасс и т.п. То есть запросы одних налогоплательщиков (главном образом «безлошадных» жителей пригородов) будут удовлетворены за счет других. Причем без каких-либо предварительных консультаций с ущемляемой группой населения.

Для американца это кошмар. Для россиянина — реальность.

Весьма вероятно, что профессиональных разоблачителей и борцов за общественное благо такая цена вопроса тоже не слишком смутит. В крайнем случае они приберегут этот сюжет до того момента, когда не ровен час в какой-нибудь губернии не случится какой-нибудь аварии или скандала федерального значения.

Единомышленники Барака Обамы сейчас припоминают губернатору Нью-Джерси республиканцу Крису Кристи отказ строить туннель под Гудзоном, который мог обойтись казне в $13 млрд. С подобной бережливостью можно соглашаться или нет, но она все же основана на заботе об интересах налогоплательщиков. Пусть, по мнению демократов, и ложно понятой.

В России же крайне редко вспоминают о правах и интересах налогоплательщиков. Особенно если речь идет о рядовых гражданах, а не корпорациях. И надо признать, что в тучные годы такой подход имел под собой сугубо прагматические основания. Доходы казны определялись главным образом нефтегазовой рентой и заработками национальных чемпионов.

Но теперь из-за санкций и резкого ухудшения внешней сырьевой конъюнктуры эти бюджетные доноры превращаются в главных бюджетных реципиентов.

И роль граждан в пополнении казны, наоборот, возрастает.

Наверное, этот прогноз покажется чересчур оптимистичным. Но сохранение на прежнем уровне социальных обязательств и размеров различных инфраструктурных смет создает предпосылки для постепенной, но все же вестернизации. По крайней мере шансы, что чиновники начнут смотреть не только «вверх», но и «вниз», сопоставимы, скажем, с вероятностью легализации многоженства. Тем более что финансовое благополучие регионов, для которых подобная форма брака не является чем-то из ряда вон выходящим, отныне будет зависеть не столько от высших сил, сколько от жителей соседних городов и весей, чьи взгляды на семейную жизнь больше соответствуют западным.

Выкрученная вертикаль: кто заплатит за возвращение электричек