Увернуться от ударов пропаганды

Ветераны НАТО учат в Риге своих союзников в Центральной Европе бороться с российской пропагандой

После начала вооруженного конфликта на Украине, в эскалации которого немалую роль сыграли интернет и другие средства массовой информации, расположенный в Риге Центр НАТО по вопросам стратегических коммуникаций начал изучение методов российской государственной пропаганды. Здесь теперь проходят специальные тренинги, во время которых исследуется целевая аудитория разнообразных пропагандистских сообщений.

Тренинг, длительностью более трех месяцев, в Риге проходят 20 студентов – аналитики, психологи и военные из 11 стран Североатлантического альянса. Технологию изучения целевой аудитории разработал базирующийся в Лондоне Институт поведенческой динамики. Она включает в себя комплексное изучение аудитории, что помогает разработать методику укрепления или изменения отношения к той или иной информации, а иногда и изменения поведения. Это способно повысить устойчивость аудитории, восприимчивой к пропагандистским усилиям противника. Программа, финансируемая канадским правительством, разработана британской "Лабораторией стратегической коммуникации", занимающейся контрпропагандой по заказу правительств и военных. Для этих целей компания собрала интернациональную команду из бывших военных экспертов по информационным и психологическим операциям.

Бывший коммандер Британского королевского флота, доктор философии и филологии, автор нескольких книг Стив Тэтем вышел в отставку в прошлом году после 25 лет службы. Тэтем служил в Сьерра-Леоне, Ираке, Восточной и Северной Африке, Афганистане, командовал группой, проводящей психологические операции:

– За последние два десятка лет Организация Североатлантического договора начала осознавать контуры будущих конфликтов и поняла, что численного преимущества в танках, кораблях и солдатах недостаточно для успеха в военных действиях. Критическую важность приобрела способность формировать мнение, убеждать людей, оказывать влияние. А для этого мы должны лучше понимать человеческое мышление, понимать не только сам механизм влияния, но и как на него реагируют люди, – говорит Стив Тэтем.

Рижский Центр НАТО по вопросам стратегических коммуникаций в прошлом году опубликовал исследование "Анализ российской информационной кампании против Украины". Авторы, в частности, изучили русский сегмент "Твиттера" и выявили там разного рода систематическую активность. Например, проплаченные прокремлевски настроенные пользователи формируют группы, в которых каждый пользователь по отдельности имеет незначительное число подписчиков, но все они распространяют одно и то же сообщение. Или создается сеть пользователей с более или менее высокой степенью влияния в твиттер-среде, которые публикуют у себя сообщения друг друга или комментируют сообщения друг друга с целью стать более заметными в сети. В докладе описана группа антиукраински настроенных пользователей, организовавших фиктивную дискуссию для создания как можно большего числа твитов. Стив Тэтем объясняет:

Техника "социальное доказательство" используется как "Исламским государством", так и Россией

– Наши противники в информационных войнах используют целый ряд очень умных техник влияния. Например, в "Твиттере", "Фейсбуке", YouTube мы видим огромное множество комментариев, транслирующих определенный тип взглядов и мнений. Пользователи, которые их оставляют, создают для аудитории так называемое социальное доказательство (признание истинности суждения с опорой не на факты, а на общественное мнение. – Радио Свобода). Когда вы смотрите видео или читаете "Твиттер", то, скорее всего, не согласны с тем или иным мнением. Но когда вы читаете множество одобрительных комментариев, оставленных до вас другими пользователями, вы задаете себе вопросы, начинаете сомневаться. Эта техника используется как группировкой "Исламское государство", так и Россией в информационной войне против Украины.

– Можно ли определить алгоритмы распространения такой информации?

– Я уверен, что такие алгоритмы разрабатываются, потому что обычно речь идет о стремлении максимизировать проникновение в аудиторию. Но информационные технологии и математическое моделирование – это не мой предмет. Мы занимаемся распознаванием эффекта, который оказывает эта информация на разную аудиторию. Мы можем наблюдать за целевыми группами и исследовать их, используя продвинутые методы социальных наук и определяя степень подверженности группы влиянию, а также определяя возможности снижения этого влияния.

На самом деле люди вступают в "Исламское государство" из-за множества разнообразных личных причин. Поведение не всегда связано с их отношением

– Как действуют поведенческие механизмы?

– Есть большая разница между взглядами, мнениями и отношением людей, соответствующими пропагандистским сообщениям, и практикой, то есть поведенческими реакциями. Например, по всему миру СМИ нам то и дело рассказывают, как "Исламское государство" использует социальные медиа, чтобы побудить молодых женщин и мужчин мусульманского вероисповедания присоединяться к этой группировке. И люди полагают, что есть прямая связь между усилиями вербовщиков-агитаторов и отправкой добровольцев в Сирию. Но на самом деле люди вступают в ряды исламистов из-за множества разнообразных личных причин. И поведение не всегда связано с отношением. Наш интерес заключается в том, чтобы выявить это различие между отношением и поведением.

– Можете ли вы привести успешный пример анализа целевой аудитории в военном контексте?

– У меня есть очень хороший пример, когда мы должны были провести такой анализ, но не сделали этого. И поплатились за это. Однажды, когда я служил в Афганистане, мы вошли в одно селение. Мужчины попросили нас построить колодец. Мы его построили, и на следующее утро воду в нем отравили. Мужчины сказали, что это дело рук талибов. Мы очистили колодец, и на следующий день его снова отравили, и все снова списали на талибов. Но люди, которые отравили колодец, не были талибами. Это были женщины этого селения. Они не хотели никакого колодца. Каждый день они тратили три-четыре часа на совместные походы за водой для своей семьи. Они использовали любую возможность, чтобы сбежать из гнетущей обстановки селения и провести время вместе. Мужчины приняли решение, не сообщив об этом женщинам, и оно их отнюдь не осчастливило. Если бы мы вовремя провели соответствующий анализ, мы бы никогда не совершили такой ошибки. Это крохотная ошибка в масштабах страны, но она умножилась во много миллионов раз по всему Афганистану, а поняли мы это только сейчас.

– Получается, для того, чтобы действовать в локальной ситуации, нужны особые знания и навыки?

– Навыки, которые нужны для противостояния подобным угрозам, в том числе российской, универсальны и годятся для всех союзников НАТО. Наши студенты, вернувшись на родину, смогут применить навыки в местных условиях или передать их местным специалистам. Мы называем наш курс "тренинг для тренеров", – объясняет Стив Тэтем.

Как аналитики учатся распознавать поведенческие механизмы и менять их? Директор курса Габи ван ден Берг рассказывает:

– Институт поведенческой динамики в Лондоне разработал примерные рамки, которые включают ряд теоретических и практических обучающих курсов и тренингов в различных социально-научных областях, и собрал их воедино, создав методологию. Мы учим студентов, как обнаружить скрытые мотивы, как понять поведение людей в свете получаемой ими информации и в свете их внутренней мотивации. Студенты овладевают всеми этими техниками и навыками и смогут выяснить, при каких условиях определенная информация вызовет изменение отношения или поведения, а при каких этого не произойдет. Допустим, мы хотим побудить молодых людей вести более здоровый образ жизни и бросить курить. Многочисленные информационные кампании, которые ведет правительство, имеют очень незначительный эффект. Общеизвестный факт: кампании против курения по телевидению – это деньги, выброшенные на ветер. Другое дело, если мы наблюдаем за курильщиками и проследим за поведенческими факторами формирования зависимости. Как люди начинают курить? Оказывает ли курящая молодежь давление на некурящих ровесников в своей среде? Какое влияние оказывает окружение? Для того чтобы изменить поведение группы в нужную нам сторону, мы фокусируемся скорее на выявлении условий, при которых поведенческие реакции могут измениться, а не на понятных информационных сообщениях, говорит Габи ван ден Берг.