Административный штраф вместо срока

Как правоохранительные органы создают отчетность и что с этим делать

2 марта жительница Тулы вынесла из магазина «Пятерочка» три дезодоранта, не обращая внимания на окрики контролера. Общая сумма ущерба составила, по сообщениям местной прессы, свыше 236 рублей. Возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 161 УК РФ (грабеж). Преступнице, полностью признавшей свою вину, уже вынесен приговор: это два года лишения свободы, а в комплекте к ним, разумеется, клеймо судимости.

В мае в Саратове мужчина украл из магазина на площади Ленина шесть пакетов кофе «Якобс Монарх». За это преступление ему тоже грозит суд и лишение свободы — уже по ч. 1, ст. 158 УК РФ (кража). 4 июня на улице Зарубина в том же Саратове шестнадцатилетний школьник вынес футболку стоимостью 1999 рублей из торгового центра «Триумф молл». Этого злоумышленника задержали на месте, против него возбуждено уголовное дело по той же статье — до двух лет тюрьмы.

Как видно, это не история про очередной произвол правоохранительных органов или судебной системы. Как раз наоборот, это повседневная практика, организованная — по крайней мере с формальной точки зрения — в полном соответствии с буквой закона. Украл дезодорант? В тюрьму. В шестнадцать лет вынес из магазина футболку? Получишь судимость, и тебе сломают жизнь. Российские суды завалены подобными делами. Судят даже за украденные жвачки (со жвачками — реальный случай, произошедший в мае в Оренбурге). Особенно велик шанс получить тюремный срок за кражу у лиц, которые попадаются на подобном преступлении не в первый раз и уже имеют судимость. Из общего числа зарегистрированных преступлений в России почти 40% составляют кражи, а вот сколько из этих краж связаны с ущербом на сумму 236 рублей?

Кому выгодно, чтобы люди сидели и получали судимости из-за жвачек, футболок и дезодорантов, а суды месяцами занимались подобными копеечными тяжбами? Очевидно, что большой общественной опасности подобные преступления не представляют. Зато их очень любят в полиции — такие преступления чрезвычайно легко раскрывать, и по ним можно с гарантией получать положительную статистику, компенсируя тем самым неудачи в расследовании других дел. Высокая раскрываемость мелких краж создает иллюзию высокой раскрываемости преступлений в целом. Кроме того, данные уголовные дела отнимают большое количество времени у дознавателей, прокуроров и судей, которое они могли потратить на расследование и рассмотрение уголовных дел по более значимым и общественно опасным преступлениям.

Говоря сухим юридическим языком, в настоящий момент большая часть преступлений, расследуемых дознавателями органов внутренних дел, относится к преступлениям небольшой тяжести. Многие из них являются малозначительными, обладающими низкой степенью общественной опасности. Примером таких преступлений помимо мелкой кражи является также ст. 128.1 УК РФ — клевета. Причем по последней в России уже была наработана определенная положительная практика, связанная с декриминализацией.

Напомню, в декабре 2011 года вступил в силу Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ», инициатором которого выступил Дмитрий Медведев и за который единодушно проголосовали все парламентские фракции. Согласно этому закону, клевета перестала считаться в России уголовным преступлением и стала административным правонарушением. Кстати, поддержано это решение было и председателем Верховного суда РФ Вячеславом Лебедевым, указавшим на то, что статья о клевете фактически не работает — большинство дел такого типа разваливалось в судах за отсутствием состава преступления. Вроде бы все согласились с тем, что для клеветников достаточно административного штрафа и морального раскаяния (а для лица, которого оклеветали, соответственно, — ощущения своей моральной правоты). И все же уже в 2012 году уголовная ответственность за клевету была введена вновь — причем без каких-либо серьезных аргументов и общественного обсуждения.

Сейчас мы снова возвращаемся к этой дискуссии о необходимости уголовного наказания за малозначительные преступления, в частности, за мелкие кражи. Удивительно, но эту проблему заметили даже депутаты Госдумы, которые в апреле предложили смягчить наказание за мелкие кражи (максимальное наказание за них должно составлять 50 часов обязательных работ), причем мелкой кражей рекомендовали признать преступление с суммой ущерба более пяти тысяч рублей.

Впрочем, смягчение наказания за мелкие кражи, хотя и является правильной инициативой, еще не решит проблему полицейской отчетности. Выходом из сложившейся ситуации может стать именно декриминализация малозначительных составов преступлений, перевод их из уголовно наказуемых деяний в разряд административных правонарушений. В итоге мы получили бы облегченное судопроизводство, возмещение убытков и отсутствие уголовной судимости для тысяч россиян. Подобные инициативы тоже уже обсуждались в думском Комитете по противодействию коррупции в начале года — тогда их направили в Верховный суд. Теперь о проблеме стоит высказаться представителям судейского сообщества России.

Константин РЫБАЛОВ,
адвокат