Первый, кто пророчил им Европу

Памяти Леонида Плюща

Тяжелая новость. Скончался мой старый друг, украинский правозащитник и интеллектуал Леонид Плющ. Человек, проживший трудную жизнь, но обладавший необыкновенной силой и харизмой. Про его судьбу в Советском Союзе известно много — костный туберкулез, математика, правозащитная деятельность, четыре года в психушке с тяжелейшим «лечением» — те, кто смотрел «Полет над гнездом кукушки», должны знать, что здесь бывало и покруче. Об этой части жизни Плюща можно прочитать в его замечательной книге «На карнавале истории».

В 1976 году он смог эмигрировать с семьей и обосновался во Франции. Гонорары от его книги, переведенной на разные языки, позволили ему купить очень скромный домик в пригороде Парижа Нантерре, который стал центром и диссидентской, и украинской жизни. Жили Леня и его жена Таня, прямо скажем, небогато, но делились куском хлеба с каждым, кто появлялся в их странноприимном доме — на вечер, на несколько дней, надолго.

Я с ним познакомилась сразу по приезде в Париж, в 1985 году. Способствовало нашему сближению и то, что мой муж — уроженец Закарпатья, художник. Сразу соткались нити той дружбы, которая с тех пор нас связывала. Леонид был левым, социалистом-идеалистом, чем и выделялся среди диссидентской братии, осевшей в Париже. У большинства из нас слово «социализм» автоматически вызывало рвотный рефлекс. Но Плющ был, возможно, более дальновидным. Ведь главное для нас, выходцев из СССР, — это отношение той или иной партии к Советскому Союзу, а сегодня — к путинской России. А социалисты оказались в этом смысле куда прозорливее, чем французские правые.

Еще до нашего приезда Плющ вошел во французскую интеллектуальную обойму, которая осуждала советский режим как тоталитарный и помогала диссидентам. Вот один из забытых ныне эпизодов. Когда Леонид Брежнев прибыл в 1977 году в Париж, ряд интеллектуалов — Мишель Фуко, Жан-Поль Сартр, Симона де Бовуар, Андре Глюксман, Бернар-Анри Леви и др. устроили вечер в Театре Рекамье, пригласив туда известных советских и восточноевропейских диссидентов и в том числе Плюща, чтобы осудить коммунистический режим и преследование инакомыслящих. Этот вечер получил куда большую известность в СМИ, чем визит генсека.

Эта акция была отнюдь не единичной. Плющ, в частности, был одним из тех, кто активно участвовал в мобилизации общественного мнения, чтобы помочь несчастным вьетнамцам, так называемым boatpeople, которые спасались на жалких суденышках от захвативших Южный Вьетнам вьетконговцев. В 1978 году Плющ был в одном ряду с такими видными французскими общественными фигурами, как Сартр, Реймон Арон, Эжен Ионеско, Глюксман, Лионель Жоспен, Жан Лакутюр и др. Их позиция помогла собрать средства для того, чтобы доставить большое количество boatpeople в Малайзию на корабле Ile de Lumiиre («Остров света»), оборудованном под госпиталь, спасая их тем самым от практически верной гибели в море.

На волне этого осуждения коммунистических режимов и помощи диссидентам и родился в 1983 году Интернационал сопротивления под руководством Владимира Буковского и Владимира Максимова, главного редактора журнала «Континент». Я работала в этой организации три года, с января 1986 до конца 1988 года. Леонид Плющ был тогда частым гостем в нашем офисе.

Вскоре после развала Советского Союза я предложила Леониду написать книгу об Украине и ее культуре. Она называлась по-русски — «Украина: даешь Европу!» и была опубликована во Франции в 1993 году. Аннотация на задней обложке французского издания не утеряла своей актуальности: «Эта книга содержит два важных тезиса: современные проблемы бывшего СССР восходят не к Ленину, а к Ивану Грозному; самая опасная разновидность современного национализма — это русский супра-национализм. СССР рухнул, но Российская империя сохранилась и угрожает нам». Его книга — страстный призыв к тому, чтобы Украина обрела свое место в Европе наций.

В последние 20 лет Леонид погрузился в культурологию, написал замечательные книги о Шевченко, о Гоголе и др., которые были опубликованы на Украине. Он не захотел туда вернуться, но пользовался там любовью и признанием. С его смертью мы потеряли человека светлого, доброго, талантливого и предельно честного. На таких людей наша эпоха не щедра.

Галина АККЕРМАН,
журналист, переводчик