Шутке нет места в городе: комментарий Ксении Сергазиной

Мы публикуем комментарий религиоведа, эксперта центра «Сова» Ксении Сергазиной, посвященный возбуждению административного дела в связи с размещением на улице Перми граффити «Гагарин. Распятие».

В начале июня 2015 года стало известно, что в отношении пермского художника Александра Жунева, разместившего на одной из стен пермской многоэтажки изображения «распятого» Гагарина, возбуждено административное дело по ст. 20.1 КоАП (мелкое хулиганство). Для защитников чувств верующих, первым из которых стал вице-спикер Пермской городской думы Юрий Уткин, на следующий день после появления «Гагарина» обратившийся в прокуратуру, потенциальный штраф – наказание незначительное. Однако для всех остальных – журналистов, театральных деятелей, художников – приравнивание стрит-арта к матерщине на улицах города, приставаниям к прохожим и прочим действиям, «выражающим явное неуважение к обществу» (а ведь именно так понимает закон «мелкое хулиганство») – плохой симптом, свидетельствующий о болезни самого общества. Шутке нет места в городе.

Граффити было создано 12 апреля 2015 года, в Пасхальное воскресенье, совпавшее в этом году с Днем космонавтики. Вспомним, как комментирует свое творение А. Жунев: «На 12 апреля пришлось сразу два больших праздника: день Космонавтики и Пасха. Такое стечение календарных обстоятельств очень символично». Значит ли это, что его поступок антихристианский? Нет, его автор живет и действует в пространстве христианских символов, именно христианские символы в основе его «коллажа», именно христианская идея за ним стоит – защиты слабого (в данном случае – несправедливо пострадавшего режиссера «Тангейзера»).

«В студии на бумаге я нарисовал картину, потом вырезал и на клей приклеил на стену дома на Советской, 66, - говорит автор «распятого» Гагарина. - Стена мне эта понравилась: ровная, светлая! Сейчас много разговоров про «Тангейзер», и я хотел показать, что все тяготы жизни надо принимать, склонив голову. Гагарин - это современный Иисус от науки, добровольно принявший на себя первые космические муки человечества. Тяга к звездам притянула его болтами к стальному кресту. И он стал супер-звездой - как Иисус Христос! Его образ используется государством как икона патриотизма».

Жителей города возмутил не сам образ Гагарина на стене – почти год назад, весной 2014 года, А. Жунев сделал скульптуру космонавта, сидящего на дереве, которая такого резонанса не вызвала. Возмутило именно сочетание «сакральных» образов из разных культур – синкретизм, если угодно. Об этом прямо сказала одна из пермячек: «Гагарин — это наша гордость, Иисус Христос — это наше сакральное. Смешение этих вещей: и тех, и других достойных, неприемлемо». По этой реплике видно, насколько Гагарин ближе к народу. И потому речь совсем не о чувствах верующих. Скорее, о неприятии Другого. О чьей-то свободе выбора. О чьем-то счастье. О стирании всех границ - оно допустимо в детстве и в раю, не здесь. Здесь – это «хулиганство», «неуважение к обществу».

Для юристов – особенно тех, кто станет изучать историю российского права – дело «распятого» Гагарина – уже не симптом, а загадка. Автора граффити хотели осудить как вандала, его действие считали оскорблением чувств верующих, но дело почему-то завели по статье «хулиганство». Как будто многочисленные споры вокруг закона о «чувствах верующих» наложили негласное табу на применение ст. 5.26 КоАП.