В российском обществе возник парадоксальный феномен: уверенность, что страна идет в правильном направлении, и одновременно убежденность, что каждому в отдельности становится хуже

Как прекрасно жить тяжело

В позднесоветские времена ходила неплохая шутка: «Если у нас все так хорошо, то почему же все так плохо?» Шутка указывала на разрыв между казенно-оптимистической картинкой жизни и реальной, невеселой для очень многих ее картиной. С тех пор времена сменились, и не раз. Многие и многие скажут вам, что жизнь в Союзе была замечательной, не в пример нынешней. Но главная перемена не в этом. Мы снова можем услышать разом и о том, что у нас все прекрасно, и о том, что жить-то тяжело. Но только теперь это не будет идти от двух разных источников — одно из телевизора, другое от людей. Источник теперь один. Прислушаемся к тому, что он сообщает.

В самом конце нынешней весны опрос общественного мнения, проведенный Левада-Центром, показал традиционные для последних месяцев результаты. Рейтинг президента по-прежнему оставался на уже привычной заоблачной высоте в 86%. Более 60% продолжали одобрять деятельность премьер-министра и губернаторов. Сохранялся положительный баланс оценок того, как действует правительство. 40% выражали надежду, что оно «в ближайшее время сможет добиться изменения к лучшему положения в стране», не верили в это только 28%. Из событий последнего времени вспоминали в основном праздники и торжества. Примерно половине опрошенных более всего запомнился парад на Красной площади 9 мая. О продолжении боев на Востоке Украины и в Донбассе вспомнила треть россиян, о санкциях — одна пятая.

Вполне логично смотрелся на этом фоне обобщающий ответ 60% населения, что, мол, «дела идут в правильном направлении». Позиции России на мировой арене скорее улучшатся (29%), нежели ухудшатся (11%), говорили они. И экономическая ситуация в стране в ближайшие полгода будет лучше, сочли 20%. Что будет хуже, сказали 16%.

Но почему-то про свое собственное финансовое положение люди думают наоборот. Его улучшения ждут 16%, а ухудшения 20%.

Дальнейшие расспросы помогают понять, в чем дело. Дело в кризисе. Почти 50% выбрали ответ: «Кризисные явления в экономике России серьезным образом сказались на повседневной жизни нашей семьи». Но почти столько же (46%) все еще говорят, что «кризис пока мало сказывается на повседневной жизни нашей семьи».

Верным курсом, товарищи

Хорошо быть богатым и молодым: среди таких не замечают кризисных явлений две трети. Хуже быть бедным и немолодым, среди них две трети вполне ощутили кризис. Хорошо состоять на руководящей должности, иметь свое дело — такие люди в основном кризиса еще не почувствовали. Рабочие, служащие, специалисты, те, кто звались «простые трудящиеся», а также нетрудящиеся — безработные, домохозяйки и, конечно, пенсионеры, — все уже в основном выбирают ответ о том, что кризис всерьез их затронул.

Подведем предварительный итог. Массовые группы населения рапортуют о том, что у нас все движется в нужном направлении, и они же сообщают о том, что их накрывает кризис. Вот черта путинской современной России: мы сами себе скажем, что все хорошо. И сами расскажем, как плохо. И тогда никто у нас не виноват. А виноваты всякие чужие или чуждые.

Добавим, что пока кризис (не считая роста цен и тарифов) выразился, прежде всего, в задержках зарплаты — об этом сообщает практически каждый пятый среди рабочих и среди служащих, столько же в этих слоях говорят об урезании зарплат. Среди менеджеров, рабочих и служащих 15–17% указывают, что началось сокращение кадров. А вот характерные для прошлых кризисов формы — переход на сокращенную рабочую неделю или сокращенный рабочий день — пока редкость. Их отмечают 5–10% представителей разных групп.

В целом большинство предпочитает думать, что хотя кризис и идет, ни увольнения, ни урезания зарплаты их, скорее всего, не коснутся. Среди регулярных пользователей интернета так полагают около 40%.

Плохое не вечно

Хотя многие эксперты указывали и указывают, что этот кризис отличается от предыдущих тем, что очень сильно затрагивает средний класс или те группы, которые у нас принято обозначать этим термином, образованные и достаточно обеспеченные участники интернет-дискуссий, проживающие в основном в крупных городах, на кризис жалуются очень редко. Если полгода назад, в ситуации резкого скачка цен на продукты и товары, неожиданного и болезненного падения курса рубля, многие находились в полной растерянности, а то и панике, то постепенно ситуация изменилась.

Ожидания катастрофы не оправдались: рубль окреп, хотя он далек от привычного еще прошлой осенью уровня. Цены растут, но уже медленно. К их новому уровню в общем привыкли. Да, кто-то потерял работу, но многие пишут, что нашли или вот-вот найдут новую. Да, пришлось от чего-то отказаться: придется поехать на российский юг или отдохнуть на даче вместо отдыха за границей. Да оно и к лучшему, нас там теперь так не любят, что не стоит туда ехать.

Да, кому-то больше не придется покупать дорогие продукты. Но ничего страшного, здоровое питание их и не требует. Да, под вопросом платное обучение детей в университете, но можно умерить амбиции и выбрать вуз попроще, куда можно поступить на бюджет. Да, не можем поменять машину, как собирались, но можно и подождать. Не первый кризис переживаем, когда-нибудь он кончится. После панических ожиданий, характерных для начала кризиса, произошла его рутинизация: нет смысла ждать существенного улучшения ситуации завтра, но сегодня жить можно, а послезавтра, глядишь, все как-то устроится.

Конечно, здесь проявляется и жизненный опыт: очень часто вспоминают прошлые кризисы, которые не длились вечно. Но важнее то, что большинство воспринимает этот кризис как вызванный внешними причинами, а потому от нас лично и от России в целом не зависящими. Мы же не виноваты, что весь мир на нас ополчился. А то, что кризис вызван именно этим их отношением к нам, кажется очевидным для большинства участников интернет-дискуссий. Своим терпением, готовностью смириться с трудностями, принять их с честью и достоинством многие гордятся, видят в этом проявление настоящего патриотизма. Жаловаться на трудности и невзгоды в такой ситуации не принято, нытиков резко осаживают другие участники обсуждений в интернете. Такого рода жалобы воспринимаются как нарушение общего патриотического консенсуса. Особо недовольных ситуацией готовы придать остракизму — кто не с нами, тот против нас, а раз так, уезжайте туда, где вам будет хорошо.

Анализ дискуссий в интернете четко показывает уже отмеченное выше парадоксальное сочетание уверенности, что страна идет в правильном направлении, с тем, что каждому в отдельности не очень хорошо, а то и плохо. Эта комбинация держится на уверенности, что раз Россия становится сильной и независимой, стоит смириться с временными трудностями. И нам очень важны праздники, которые напоминают, что пережили наши великие предки. Они победили, победим и мы.

Чем хуже, тем лучше: почему россияне готовы мириться с кризисом?