Не хотят отпускать Путина

75 процентов россиян, случись выборы в предстоящее воскресенье, проголосовало бы за Владимира Путина. Почему? В гостях Валерий Хомяков

Генеральный директор института Национальной стратегии Валерий Хомяков оценивает те победные ноты, с которыми российские каналы комментируют саммит ШОС и БРИКС в Уфе, противопоставляя его западным союзам. А также: почему 75 процентов россиян хотят на многие годы оставаться с Владимиром Путиным?

Елена Рыковцева: Завершился сегодня большой саммит ШОС и БРИКС, и вот уже детей в роддомах, по-моему, начинают называть - мальчиков Шос, а девочек Брикс. У нас в гостях Валерий Хомяков, директор Совета по национальной стратегии. Мы сегодня как раз поговорим об этой стратегии по нескольким пунктам, потому что саммит ШОС и БРИКС подан как победа всей национальной стратегии на сегодняшнюю минуту. Победа, прорыв, никакой изоляции, мы правим миром, мы во главе, мы вместе с другими, противостоим западноевропейскому американскому союзу. Больше т никакой монополии, мир многополярен, и мы во главе многополярности, второго полюса, который образовался в Уфе. Вот так все это преподносится празднично. Вторая тема нашей программы - обсудим очень любопытные рейтинги доверия и обожания Владимира Путина. Валерий, оцените все оформление, обрамление этих побед российской дипломатии, экономики, политики.

Полная видеоверсия эфира

Валерий Хомяков: Пожалуй, впервые, я на это обратил внимание, когда узнал, что это пройдет вместе, впервые БРИКС и ШОС шли нон-стоп, сначала БРИКС, потом ШОС. Одни приехали, нам сообщали: вот прилетел этот, такой-то президент, вот прилетел председатель КНР, вот индийский премьер прилетел. Вот Бразилия, дама, прилетела президент Бразилии, которая, я просто напомню, когда был какой-то саммит в Австралии, показали картинку: Владимир Владимирович Путин идет с едой, сам несет, сел садиться за стол, а она сидела так же напротив, как вы, и она на него ноль внимания, кило презрения. И он, несчастный, в одиночестве съел какой-то ланч и быстро улетел, не дождавшись фактически окончания. Но здесь она прилетела, радостно улыбалась, как все остальные.

Елена Рыковцева: Я поняла теперь, почему они так подробно показывают, как она ест. Но, правда, они пытались уследить камерой, что именно она ест и разочаровано сказали: она выпила водички.

Валерий Хомяков: Поэтому это такой нон-стоп. Понятное дело, что мы же с вами за то, чтобы страны объединялись, дружили между собой. ШОС был создан раньше, еще, помните, была в середине 1990-х Шанхайская пятерка, потом Узбекистан присоединился, стали это называть это объединение Шанхайская шестерка, в итоге в Шанхае все это назвали Шанхайской организацией сотрудничества и так это все худо-бедно развивалось. Цели и задачи ШОС в основном, конечно, больше политические. Хотя там есть борьба с терроризмом, еще что-то. Экономика присутствует, но не в том объеме, как присутствует в той организации, которая называется БРИКС. Если посмотреть на состав участников тех и тех, то и там, и там присутствуют три страны — Россия, Китай и Индия.

Елена Рыковцева: Индия еще не является полноправным членом, подписана декларация о том, что ее могу принять. На эту минуту организация шанхайского сотрудничества включает только одну иностранную страну, если можно так выразиться — это Китай, все остальные свои родные, СНГ, постсоветские. В БРИКСЕ инострагных побольше – Бразилия, ЮАР, Китай, помимо Индии и России.

Валерий Хомяков: В БРИКСе немножко другие цели и задачи, они больше экономически связаны. БРИКС принял уфимскую декларацию, я ее по диагонали прочитал, 30 или 40 страниц. Со всем согласен абсолютно, там все прописано то, что надо. Ирану надо помогать, чтобы он расстался с мирным атомом или военным атомом, на Украине только мирное решение, Африки коснулись, всем сестрам раздали по серьгам.

Елена Рыковцева: Но ничего сенсационного, ничего выбивающегося из мировой повестки. Вы только что сказали — со всем дружить, так вот, подается это дружить против, мы теперь с этими дружим против тех.

Валерий Хомяков: Это так подается, хотя вчера самый великий пресс-секретарь всех президентов Дмитрий Песков сказал следующее: БРИКС не направлен против каких-то других стран, мы мирные люди. Я думаю: для чего он это говорит? Кто-то обвиняет? Нет. Я посмотрел западную прессу, по крайней мере, то, что смог найти, где-то проскальзывают нотки, что это чуть ли не попытки сорвать существующий миропорядок, однополярный мир. Но в основном эти нотки звучат из газет, которые близки к левым политическим силам. Нормальные либеральные или консервативные газеты пишут: собрались и собрались. Никто не видит в этом угрозу из серьезных политиков. Но наш самый лучший пресс-секретарь всех времен и народов, который заменяет «ТАСС уполномочен заявить», он говорит: никаких угроз от БРИКСа не исходит, все хорошо и так далее. Не бойтесь нас, мы вас никого не обидим. Я думаю: а для чего он это говорит?

Елена Рыковцева: Опять для своего внутреннего, видимо, потребителя.

Валерий Хомяков: Нет, я думаю, это сказано специально, поскольку западная пресса не очень много уделяла внимания этим двум действам, может быть Песков посчитал таким образом немножко возбудить западных журналистов. Может быть они где-нибудь в кулуарах Уфы какой-нибудь военный блок уже договорились с Китаем и Индией.

Елена Рыковцева: Я когда смотрю телевизор и оценки, 24 часа в сутки это сейчас идет, я вижу, как они стараются, выцепить из любой колоночки, из любой газеты: вот посмотрите, такой-то западный журналист сказал, что мы зря упустили Россию, она теперь с теми, она отвернется от нас. Посмотрите на их саммит, посмотрите, как они от нас уходят. Они очень старательно такие цитаты подбирают. Судя по тому, что вы говорите, видимо, недостаточно таких цитат.

Валерий Хомяков: Пока серьезных глубоких статей на Западе я не видел, шли информационные сообщения — это да, Путин встретился с одним, со вторым. Поэтому несмотря на то, что мы говорим, что это действительно все хорошо и слава богу, пусть они все собираются. Я надеюсь, мы доживем до этого времени когда будет одна большая планета Земля и никаких государств.

Елена Рыковцева: Я надеюсь, вы не говорите о времени после Третьей мировой войны.

Валерий Хомяков:. Как мне представляется, истинная причина, для это сейчас, почему два достаточно разных мероприятия соединили в одно, для того, чтобы Владимир Владимирович Путин присутствовал за одним столом, за вторым, за третьим, пятым, десятым, встречался с одними лидерами, с другими, все это показывается, создается такое ощущение, что Путин во главе большого количества глав государств, которые ему внимают, которые выдергивают опять-таки фразы, что типа правильно Владимир Владимирович сказал и всякие такие вещи. Все-таки главная цель — это не реализация тех задач БРИКСа, ШОСа, с которыми никто спорить не собирается, а главная цель — это то, с чего вы и начали, это попытка продемонстрировать Западу, отчасти Востоку в лице Японии и Южной Кореи, что мы не в изоляции, у нас есть все постсоветское пространство, плюс Китай, плюс Бразилия, плюс Индия, даже Иран, президент Ирана бросил свою страну, на короткое время, правда, но тем не менее, прилетел. Это попытка, с одной стороны, подать Западу, может быть кто-то поймет, что надо договариваться. Надо, чтобы Обама позвонил Владимиру Владимировичу, сказал: Владимир Владимирович, давай где-нибудь на нейтральной полосе встретимся, посидим, чайку попьем, а может чего покрепче, может быть мы обсудим. На это расчет есть. Судя по всему, Владимир Путин давно этого хочет. Помните, Керри был в Сочи, как это все подавалось — большая победа. Если раньше для нашей журналистики, в том числе и федеральной журналистики, официозной журналистики подобного рода встречи были мимолетные достаточно, мало ли, какой-то министр иностранных дел, даже если это Госсекретарь Соединенных Штатов, то теперь это подавалось как некое значимое событие, что Запад еще оставляет для себя возможность вести диалог с Россией, хочет этого диалога.

Елена Рыковцева: Конечно, я с вами совершенно согласна. Эта скучная аббревиатура ШОС и БРИКС, которая теперь в каждом мозгу заколачиваются намертво, 24 часа в сутки показывают. Вы совершенно правильно сказали, чтобы создать ощущение, что он правит ровно половиной мира. Их всего 5-6 стран в этих организациях, но «их население составляет половину Земного шара», как нам все время подчеркивают.

Валерий Хомяков: Это подчеркивают — Китай, Индия, Пакистан, Россия само собой.

Елена Рыковцева: Население этих стран полмира, и он во главе. Но хочет Обаму.

Валерий Хомяков: Наверное, все-таки хочется в более влиятельной компании оказаться. Пусть там не будет 20, а будет человек 7, но хочется туда — в «семерку». Хочется, когда руку пожимают, и чтобы не говорили: я вам руку пожму, конечно, но с Украины уходите. Как это сказал канадский премьер-министр в той же Австралии. Поэтому хочется вот этого.

Елена Рыковцева: Хочется быть для них своим и чтобы комфортно, чтобы без унижений, без изоляции.

Валерий Хомяков: Поэтому посмотрим. Сейчас, наверное, скоро будут опросы очередные, я думаю, что после этого рейтинг Владимира Владимировича перейдет 90%.

(звонок в студию)

Елена Рыковцева: Что бы вы ответили нашему слушателю? Значение России для Китая совершенно не такое, каким оно представляется здесь, ни о каком равном партнерстве речи не идет.

Валерий Хомяков: Я несколько раз был в Китае, в последний свой приезд меня попросили встретиться с очень высокопоставленным чиновником. Он был на отдыхе, я тоже. Мы с ним ужинали с переводчиками. Когда он меня спросил, что вы будете пить, я сказал, что буду пить китайскую водку, если вы будете пить русскую водку. Мы с ним в течение достаточно длительного времени разговаривали, он пил русскую, я пил китайскую. В итоге, когда он достаточно серьезно захмелел, я его спросил, мы перешли уже на «ты»: «Скажи, пожалуйста, для чего мы вам нужны?». И он мне сказал так: «Понимаешь, у вас очень большая страна, нам бы что-нибудь до Урала». Я не думаю, что это официальная какая-то точка зрения, но человек это сказал. Соединенные Штаты и Китай, товарооборот между этими двумя странами на порядок выше, чем у нас с Китаем. Индия более зависима, связана с Соединенными Штатами, с той же Великобританией, Индия входит в Содружество наций, хотя влияния там серьезного нет экономического, но политическое есть. Поэтому говорить всерьез о том, что мы возглавили полмира, а эти остальные будут сидеть и внимать, что им прикажет Владимир Владимирович Путин — это было бы верхом наивности. К сожалению, наша пропаганда будет подавать именно так, как она это подает, дабы создать ощущение у нашего населения.

Елена Рыковцева: Журналист на пресс-конференции задала ему вопрос, состоящий из двух частей. Сначала она спросила, поддерживают ли российскую позицию по Украине члены БРИКС и ШОС. Второй вопрос она задала: как вы оцениваете сегодняшнюю ситуацию с Украиной. Он говорит: «Начну со второго». Дальше он оценил ситуацию, как всегда, сказал, что вся ситуация уперлась в Киев, который не хочет общаться и встречаться, вести полноценные переговоры с представителями Донбасса, Донецкой и Луганской областей. Тут я должна сказать, то он впервые не использовал этих слов ДНР, ЛНР, мне понравилось, что наконец-то он начинает уходить от этой лексики. ДНР расшифровал как Донецкую непризнанную республику. Но он ушел от ответа на вопрос, как относятся к политике России ваши партнеры этих двух организаций. Это о чем-то говорит или мы не будем этому значения придавать?

Валерий Хомяков: Я думаю, конечно, о многом говорит. Поддержки России здесь нет ста процентов, все ведут себя по-разному, понимая, что ссориться тоже не хотелось бы, но и гладить по головке, говорить «молодец, Владимир Владимирович», тоже никто не будет. Кроме может быть некоторых стран СНГ, влияние которых в мире, в том числе и политическое, весьма маловато. Поэтому сказать нечего когда человеку, он не говорит такие вещи. Он мог сказать «да» или «нет».

Елена Рыковцева: «Да» он мог сказать теоретически, но не сказал, значит неслучайно.

Валерий Хомяков: Мог хотя бы как-нибудь так, что у всех разное отношение, но в целом мы за то, чтобы мир донести на юго-восток Украины.

Елена Рыковцева: Вот что там за ковром осталось в их отношениях, потому что мы знаем, что Назарбаев ему кое-что инкриминирует в кулуарах по поводу Украины — это осталось за кадром.

Валерий Хомяков: К Назарбаеву скоро Порошенко прилетает, что давно пора было сделать Петру Алексеевичу. А то он много летает на Запад, что нужно, но пора уже по другим огородам ездить. А там, я думаю, Порошенко может и какие-то еще страны СНГ посетить. Понятно, что Грузия, Азербайджан, а может быть еще в Армению залетит.

Елена Рыковцева: И Минск для него давно не чужой. Завершилось это мероприятие, будем надеяться, что Уфа отойдет от всего этого, которую перекрасили, перемыли.

Валерий Хомяков: Там говорят: из окон не выглядывать. Пусть отдыхает, хороший город Уфа.

Елена Рыковцева: К сожалению, как в миниатюре, сильно быстро делали, некоторые вещи, которые должны были успеть к саммиту, не успели, покрасили не то и не тем, боятся теперь, что все развалится.

Владимир Путин получил по результатам опроса ФОМа 75% голосующих за него на избирательном участке в воскресенье. Вы считаете, так бы оно и произошло, если были бы выборы?

Валерий Хомяков: Если бы были. Надо знать набор, с одним набором один результат, с другим другой. Поэтому если бы, предположим, в выборах принимали участие не только Зюганов, не только Жириновский, не только Явлинский, еще принял бы участие, условно говоря, Навальный. Сказал бы Владимир Владимирович Путин: давайте внесем изменения, давайте его амнистируем. В условиях честной борьбы, что означает очень многое, это не просто допуск — это дать возможность равного присутствия в средствах массовой информации, в том числе на федеральных телеканалах, это ведение дебатов между кандидатами, это возможность встреч с избирателями, когда никто не говорит, что свет отключен в клубе или в доме культуры. В условиях этой конкурентной борьбы, я думаю, что Владимир Путин мог бы получить примерно столько, сколько он получил на первых выборах.

Елена Рыковцева: То есть еле-еле 50%.

Валерий Хомяков: Чуть более 50%.

Елена Рыковцева: Когда социологи идут к людям и задают вопрос, они предлагают им не тот список, который вы сейчас озвучиваете, какие-то более-менее имена, которые могут иметь шансы на большие проценты, они им озвучивают старый отстойный, извините за выражение, список — Жириновский, Зюганов, Миронов и Прохоров, список старых кандидатов на старых президентских выборах. Они не дают возможности сказать им: а если бы Путин соревновался с Навальным, а если бы Путин соревновался с Ткачевым, тоже популярный персонаж российской истории, или с Шойгу. Он такого им не дают. Вы считаете, это специально, это сознательно, чтобы у него было 75?

Валерий Хомяков: В этом есть, конечно, некая ущербность. Если социолог действительно хочет понять, что в реальности, то он должен давать максимальную возможность, свободу тому человеку, кого он интервьюирует. Условно говоря, завтра выборы: Зюганов, Жириновский, Миронов, Явлинский отказываются от участия и говорят — мы выставили единого кандидата от оппозиции, зовут его Навальный Алексей Анатольевич. Может быть такая ситуация фантастическая? В этих условиях, когда один высокий, молодой, толковый, хороший полемист, когда между ними будут идти дебаты, в этих условиях, я думаю, этот процент был бы серьезно изменен. Но когда дают эту жвачку, которая, не помню, сколько избирательных циклов длится, то конечно же, человек ставит так, как ему кажется.

Елена Рыковцева: Владимир Путин 75%, Жириновский 5%, Зюганов 2%, Прохоров 1%, Миронов 0%. Проголосовал бы за другого политика 1%. То есть им не нужна конкуренция для Путина, они действительно хотят жить дальше так.

Валерий Хомяков: В реальности, думаю, не 75%, тут еще надо сбрасывать на то, что кто-то боится, что опрос не анонимный, мало ли что, когда шпионов ловят, всяких «агентов иностранных» отыскивают, поэтому мне так спокойнее будет жить, поставил галочку, я думаю, процентов 5-6.

Елена Рыковцева: То есть 70% хочет все равно еще на шесть лет.

Валерий Хомяков: Получается так.

Елена Рыковцева: У нас в прошлом эфире был замечательный философ, политолог Андрей Окара, он говорит, что если, не дай бог, Путин — я устал, я уезжаю, меня нет, садится эта бригада, немедленно между собой перессорилась, не в состоянии выбрать единого кандидата, начинается боярская смута и все это приводит к развалу России. Вот это человек совершенно либеральных взглядов пугает нашу аудиторию тем, что если, не дай бог, вынимается стержень из российской политики, все рушится.

Валерий Хомяков: Я с ним и не спорю, мне тоже так кажется. К сожалению, так система выстроена. У нас же была такая история, когда на одном человеке все держалось, звали его Иосиф Виссарионович Сталин. Что потом началось?

Елена Рыковцева: А что потом началось? Рухнула страна?

Валерий Хомяков: Страна не рухнула, но какой был конфликт в руководстве элит серьезнейший. Но там был один фактор, которого сейчас нет, поэтому нынешние возможности вынимания или изъятия стержня более опасны. Там была Коммунистическая партия Советского Союза, которая цементировала, которая могла поправить товарища Берию так, что он отправился на тот свет, которая пожурила серьезнейшим образом Маленкова, в итоге Никита Сергеевич Хрущев стал первым секретарем ЦК КПСС. Разборки были, они продолжались фактически до того момента, как Хрущева отправили в отставку.

Елена Рыковцева: Я с вами теперь двумя не соглашаюсь. Потому что, я считаю, путинская элита прекрасно оценила все возможности сосуществования в стране с единым лидером, прекрасно сойдется на каком-нибудь Дмитрии Медведеве, который устроит всех и прекрасно продолжит в этой же стране единой и неделимой жить так же замечательно, как она жила. Ей зачем раздрай? Они могут сколько угодно бодаться под ковром, но они не будут выносить на публику, они уже умные, они научились так жить, им это выгодно.

Валерий Хомяков: Я не исключаю, что этот сценарий возможен, но тогда никто не думал, что может развалиться СССР после смерти Сталина.

Елена Рыковцева: Потому что Борис Николаевич ставил себе такую задачу, а тот, кто придет вместо Путина, такую задачу себе ставить не будет. Борис Николаевич к этому шел, он хотел получить свою отдельную страну, так же, как хотел получить ее Кравчук и хотел получить ее Шушкевич. Сейчас никакого такого желания у нового президента России не будет.

Валерий Хомяков: Этого не будет и на региональном уровне, там таких серьезных и крутых нет, как был тот же Кравчук или Шушкевич. Договоренности возможны, безусловно, на ком сойдутся — сказать сложно. Не буду называть фамилии, а то еще кто-то обидится, у меня есть своя версия. Мне кажется, что если вдруг что-то, дай бог всем здоровья, но если вдруг, то вполне возможно, что сойдутся на Шойгу.

Елена Рыковцева: Я считаю, что это самое реальное для раскрутки, потому что у него уже есть база электоральная.

Валерий Хомяков: Это одно, а второе — у него есть серьезные ресурсы и популярность.

Елена Рыковцева: Его проще раскрутить до 57, чем всех остальных. Шойгу слишком самостоятелен, у него действительно есть реальная народная поддержка, то, чего нет у них, и они как раз поэтому могут побояться дать власть в руки человека с реальной поддержкой. Они все-таки скорее будут искать такого, как Дмитрий Анатольевич.

Валерий Хомяков: Им он будет более комфортен и выгоден, при нем они сохранят все, а Шойгу отнюдь не факт, что сохранит эту систему в том виде, в котором она есть. В отличие от многих, кого мы не называем, он все-таки выдвиженец иной эпохи — Бориса Николаевича Ельцина.

Елена Рыковцева: Константин Михайлович из Калуги, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Буквально три часа назад на тему, о которой ведется речь, у меня состоялся разговор с моей близкой родственницей. Речь идет о том, как прекрасно говорит Путин. Он на этом самом БРИКСе или еще где-то, его заслушаешься, как он внимателен, как он чутко относится к своим собеседникам и так далее. Я слушаю и думаю: женщины (не примите на свой счет) любят ушами. Когда это все происходит, то большая часть электората, собственно, почти все - это женщины, которые бросают лифчики и кричат Путину «ура», домашние хозяйки, особенно бабушки, у которых внучки прекрасно пристроены и все хорошо. Огромная женская часть частично отвечает на тот вопрос, который вы поставили о рейтинге Путина.

Елена Рыковцева: Я подумала: действительно очень по-женски сохранять старого мужа. Зачем мне новый, я не хочу его менять, я с ним.

Слушатель: Вы понимаете, в чем дело, оказывается, все то, что сейчас происходит, и частичный ответ на то, что огромный рейтинг у Путина, он чисто женский, я вас просто уверяю. Потому что сколько с мужчинами я ни говорю, а я довольно часто езжу и по области, и по стране, мужчины все сдержанные, они либо не оценивают, либо увертываются от разговоров.

Елена Рыковцева: Женщины болтают на эту тему, а мужики молча голосуют.

Слушатель: Они не болтают, они увлечены, они любят, как он говорит, как он складно говорит.

Елена Рыковцева: Мужчинам неудобно признаваться в этих глупостях, они тихонечко идут на участок и тихо за него голосуют.

Слушатель: Эта гендерная составляющая составляет огромную степень рейтинга самого Путина.

Елена Рыковцева: Валерий, что вы скажете по поводу этой теории, что это очень женский кандидат?

Валерий Хомяков: Я знаю очень много женщин, которые к Владимиру Владимировичу Путину относятся отнюдь не так, как говорит наш радиослушатель, терпеть его не могут.

Елена Рыковцева: У вас какие-то женщины из «пятой колонны» все, наверное.

Валерий Хомяков: «Пятая колонна» - это обычные люди, они не занимаются политикой.

Елена Рыковцева: То есть женский фактор вы готовы отсюда вынуть?

Валерий Хомяков: Отчасти, конечно, прав слушатель, но, я думаю, не сто процентов все влюблены в нашего брутального президента.

Целиком программу смотрите на видео и слушайте в звуке