В ситуации с Боингом наступает момент истины

9 ИЮЛЯ 2015, СЕРГЕЙ ЦЫПЛЯЕВ

Из «Ежедневного журнала».

Малайзия внесла на рассмотрение Совета Безопасности ООН проект резолюции, призывающий к созданию международного трибунала для уголовного преследования ответственных за крушение Boeing777 «Малайзийских авиалиний». В проекте резолюции утверждается, что создание трибунала по рейсу MH17 будет служить «эффективной гарантией независимого и беспристрастного процесса обеспечения ответственности» за авиакатастрофу. При этом сама она квалифицируется как «угроза международному миру и безопасности». Ранее премьер-министр Нидерландов Марк Рютте уже призывал к учреждению международного трибунала, на котором бы рассматривались дела в отношении ответственных в крушении малайзийского самолета на Украине. На это последовала резко отрицательная реакция со стороны России. Заместитель главы МИД РФ Геннадий Гатилов заявил, что Россию не устраивает идея создания трибунала, так как расследование инцидента не завершено и прецедентов для создания таких органов не было. О перспективах создания международного трибунала «Ежедневному журналу» рассказал президент фонда развития республиканских традиций «Республика» (Republica) Сергей Цыпляев:

Ситуация с «Боингом» постепенно выходит в финальную стадию. Было объявлено, что в октябре стоит ожидать окончательного доклада, который уже сейчас прислан в Россию для предварительных комментариев, оценок, возражений и замечаний. Было дано определённое время. Понятно, что сама по себе эта катастрофа очень громкая, и предложения об организации трибунала звучали и будут звучать в дальнейшем. С такой инициативой выступали и Малайзия, и Нидерланды.

И теперь наступает «момент истины», в том числе для нас. Потому что если мы считает, что это преступление совершила Украина и мы заинтересованы в максимально широком, непредвзятом и открытом обсуждении, то нам стоит идею этого трибунала поддерживать, потому что он станет судом над действиями украинской стороны. Но уже первые заявления со стороны российского МИДа свидетельствуют, что у нас такой трибунал считают «преждевременным» и «не нужным», что Россия выступает против. И это, очевидно, ставит Россию в крайне неудобное положение, потому что любые высказывания против трибунала свидетельствуют о том, что мы сильно опасаемся того, какой будет вердикт и кто будет призван виноватым. Россия, таким образом, попала в ситуацию реального политического цугцванга. И если этот вопрос будет поставлен в Совете Безопасности ООН, то нельзя исключить, что мы увидим там российское вето, так же, как мы только что увидели его по вопросу геноцида в Сребренице. Тем более что Министерство иностранных дел нашу отрицательную позицию уже обозначило.

Но снявши голову по волосам не плачут. С точки зрения наличия союзников и международной репутации наша ситуация и так достаточно плоха, в нынешнем положении в Кремле уже не очень думают об имидже, каких-то тонкостях и деталях. Положение слишком сложное. Понятно, что реакция на блокирование проведения трибунала будет скорее негативной, и многие сочтут именно это действие косвенным доказательством того, что Россия понимает, к чему дело идёт и чем оно закончится. После этого наш авторитет ещё упадёт. А с нашей стороны будут звучать аргументы, что этот трибунал заранее предвзят, что Россию хотят наказать и предъявить ей обвинения, что мы не доверяем никакому мировому сообществу и не хотим видеть никакого трибунала по этому вопросу. Никаких дивидендов сейчас это нам не принесёт, сейчас стоит вопрос только о минимизации ущерба.