Избранники в рублях и копейках

Как выросли задекларированные доходы депутатов и уменьшился их аппаратный вес — разбирался The New Times

Бизнесменам больше не интересно коррумпировать депутатов — они не принимают самостоятельных решений 2 июля сотрудники СКР и спецназа ФСБ штурмом взяли петербургский филиал Сити Инвест Банка в рамках спецоперации по расследованию некоего дела о мошенничестве в особо крупных размерах. Силовиков интересовали документы, но помимо документов они изъяли кучу наличности. «Сто килограммов долларов», — сообщила газета «Фонтанка», молниеносно сделав знаменитым депутата-справедливоросса Алексея Лысякова. Именно ему, по утверждению следователей, принадлежали обнаруженные в банке деньги. Позже депутат — без конкретики — подтвердил, что, да, в банке хранилось именно его «имущество». «Там не просто деньги, там имущество, целый состав — я мог хранить картины, книги», — сказал Лысяков корреспонденту ТАСС. Причастность к уголовному делу, из-за которого штурмовали банк, парламентарий отрицает. Пострадал случайно.

Кстати, 100 кг американских денежных знаков — это примерно $7 млн, или — по курсу — 350 млн руб. Задекларированный доход депутата Лысякова в 2014 году — 4 млн 131 тыс. 950 руб. и 76 копеек. Недвижимости нет, зато имеет два дорогих немецких автомобиля. А вот доход супруги депутата за тот же период — 82 млн руб.

На свету Депутаты ГД обязаны публиковать данные о своих доходах. И если, воспользовавшись онлайн-базой данных «Декларатор», в которой собраны сведения о доходах нескольких тысяч публичных должностных лиц за семь последних лет, сравнить депутатские декларации за 2013 и 2014 годы, картина в целом обнаружится отрадная: благосостояние народных избранников стабильно растет.

Согласно декларациям, только у 59 депутатов ГД шестого созыва доход в 2014 году снизился. Обеднели 7 коммунистов, 8 либерал-демократов, 9 членов фракции «Справедливая Россия» и 35 единороссов. Среди них, что по своему символично, — председатель Комитета по бюджету и налогам Андрей Макаров и два его заместителя. У всех остальных доходы выросли.

Среди депутатов, естественно, есть очень обеспеченные люди — те, кто пришел в политику из большого бизнеса и продолжает получать доходы от переданных в доверительное управление активов. Единоросс Владислав Резник, в прошлом предприниматель, банкир и страховщик, заработал в 2014-м, согласно декларации, свыше 375 млн рублей. Его коллега по фракции, бывший владелец крупнейшего в России производителя соков ОАО «Лебедянский» Николай Борцов, — 421 млн руб. Коммунист Сергей Муравленко, выходец из ЮКОСа, — почти 402 млн. Но доходы большинства депутатов много скромнее. В среднем народные избранники зарабатывали в год примерно 3,9–4,5 млн рублей. И еще — крупных сделок с недвижимостью в декларациях 2014 года не зафиксировано.

доподлинно неизвестно, сколько получают депутаты за свою работу. Согласно закону о статусе депутата, ему должны платить столько же, сколько платят федеральному министру (около 360 тыс. руб. после сокращений марта 2015-го). На данный момент базовое вознаграждение депутата, установленное указом президента, — 81 500 руб. А обещанное законом равенство с министрами достигается за счет «денежных поощрений» и «компенсаций». В итоге получает депутат от 320 до 350 тыс. Интересно, что сами депутаты тоже не знают точно, сколько именно им положено денег. «Мы ничего не знаем. Один день получаешь 327 тыс., в другой — 347, не поймешь, как они считают», — возмущался в комментарии для «Газеты.Ру» справедливоросс Михаил Емельянов. Надо надеяться, что в виду он имел при этом все-таки не ежедневные, а ежемесячные выплаты.

Обозначенные в качестве минимальной планки 327 тыс. умножаем на 12 и получаем 3 млн 924 тыс. руб. — тот самый доход большинства народных депутатов в декларациях за 2014 год. Как видим, и предполагаемый обладатель 100 кг долларов Алексей Лысяков из массы думских середняков не выбивается. Собственно, общий рост доходов по сравнению с 2013 годом — это как раз рост зарплаты с учетом выплат и компенсаций — 161 тыс. руб., затем — 250, теперь — свыше 300.

Из чего следует вывод: живут депутаты на одну зарплату и в этом с народом едины. Правда, зарплата у них несколько больше, чем в среднем по стране (32 600 рублей в 2014 году, по данным Федеральной службы государственной статистики). Кроме того, депутатам положены служебные квартиры в Москве, служебные автомобили в столице и регионах, бесплатные билеты на все виды транспорта, компенсации за проживание в гостиницах, командировочные, бесплатная связь, бесплатное медицинское обслуживание в лучших ведомственных поликлиниках и путевки в санаторий. За переезд в Москву депутаты-регионалы и члены их семей получают дополнительную компенсацию.

Кстати, еще в феврале текущего года председатель Госдумы Сергей Нарышкин предложил коллегам «подумать о сокращении зарплат на 10%». О результатах депутатских раздумий ничего достоверного на данный момент не известно.

Что бы ни происходило в стране — депутаты довольны, Москва, Госдума, весна 2015 годаВ тени* Депутатский мандат привлекает не только возможностью вершить судьбы страны и принимать законы во благо граждан. Мандат — это полномочия и власть, то есть шанс для коррупции. Работа в Думе предыдущих созывов давала, как утверждают собеседники NT*, массу способов заработать.

Специалист по корпоративным информационным войнам на условиях анонимности согласился рассказать NT, как изменился в последние годы рынок коррупционных услуг, которые готовы оказать заказчикам отдельные депутаты.

Самый простой способ получить деньги — отправка депутатского запроса. Согласно закону о статусе депутата, парламентарий «вправе обращаться с запросом к Правительству Российской Федерации, Генеральному прокурору Российской Федерации, Председателю Центрального банка Российской Федерации, руководителям федеральных органов исполнительной власти, руководителям исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления по кругу вопросов, входящих в компетенцию этих органов». В рамках локальных схваток за собственность письмо прокурору или губернатору, на которое те обязаны отвечать, а значит, как минимум проводить предварительные проверки, — большая неприятность для той стороны конфликта, которая не озаботилась покупкой продажного законодателя.

«(Депутатский) запрос — от $3 тыс. и выше, в зависимости от самооценки персонажа, — поясняет собеседник NT. — Бывают и такие, кто просит $10 тыс., даже $20 тыс.»

Дальше — хуже, для потенциальных коррупционеров хуже. «Существовала практика вывозить депутата на рейдерские захваты. За $50 тыс. выезжали. Сейчас никого не возят». Печальное свидетельство падения престижа законодательной власти — нынешние депутаты на силовиков впечатления больше не производят. Не могут ни помочь, ни помешать. В прежних же созывах, по данным СМИ, участие в рейдерских захватах было, например, основным бизнесом фракции ЛДПР.

Еще одна важная услуга — «право входа в любую дверь». Согласно все тому же закону о статусе депутата, чиновники любого уровня и даже военные обязаны безотлагательно принимать парламентария. Войти во властный кабинет в регионе и если не решить вопрос, то хотя бы озвучить, а заодно обозначить факт наличия у клиента покровителей в Москве, — дорогого стоит. Конкретнее, по словам все того же собеседника NT, — $10 тыс. Но и здесь не все обстоит ладно: недавно одного «заряженного», то есть оплаченного, депутата начальник регионального министерства принимать отказался — предложил записаться на прием к помощнику.

Можно также открыть в собственном офисе депутатскую приемную. Соответствующая вывеска действует (или должна действовать) на силовиков, как икона на чертей: неприкосновенным становится весь офис, а не только комната, отведенная депутату для «встреч с гражданами» (в которой он, кстати, появляться не обязан). Услуга экзотическая, редкая и дорогая: цена, по словам источника NT, может доходить до $100 тыс.

Но в целом рынок коррупционных услуг сужается. На депутатов просто перестают обращать внимание, куда важнее «свои люди» в региональных администрациях и силовых структурах. Вкладывать черную наличность в народных избранников неэффективно. «Недавно встретил в офисе одном бывшего партнера из Думы как раз по таким делам, — заканчивает свой рассказ собеседник NT. — А он говорит: «Хочешь, я тебе за 50 баксов лифт вызову?» Это он шутил: надо же как-то деньги, вложенные в депутатство, отбивать».

Исчезающий парламент «Снижение коррупции в Думе в первую очередь связано с простой причиной: это место перестало быть реально работающей площадкой с точки зрения реализации власти и продвижения каких-либо инициатив», — уверен Андрей Жвирблис, заместитель генерального директора «Трансперенси Интернешнл Россия».

С ним согласен действующий депутат Госдумы справедливоросс Дмитрий Гудков. Отвечая на вопрос NT о том, есть ли сейчас в парламенте возможности для серьезных лоббистских действий, он говорит: «Я вообще таких разговоров в этом созыве не слышу». И продолжает, подтверждая, кстати, сказанное выше: «Наверное, есть какая-то мелочь типа рейдерских захватов, кто-то на кого-то наехал, депутат приезжает, разбирается… У меня есть один хороший знакомый, у которого отбирали бизнес. Я говорю: давай, я попробую тебе помочь. Он говорит: «Дима, боже упаси, во-первых, ты мне никак не поможешь, а во-вторых, если ты сейчас и напишешь какой-то депутатский запрос, как оппозиционер, мне же еще хуже будет». Гудков резюмирует: «Коррупция там, где принимаются решения. Дума сегодня решений не принимает. Возьмем комитет по экономической политике — все решения уже давно приняты в Министерстве экономики или Минфине, комитет по энергетике — за них все решили в соответствующем ведомстве. Какой смысл бизнесменам им платить? Заносить стоит туда, где принимаются решения. В правительство, например».

Геннадий Гудков-старший, которого Дума шестого созыва лишила депутатского мандата, а справедливороссы исключили из партии, с Гудковым-младшим согласен. «Коррупционная составляющая в нижней палате, как это ни странно, при общей коррупционности системы власти, невысокая. Она может быть у отдельных депутатов — какие-то запросы лоббирующего характера, которые, как правило, не очень высоко котируются. Поэтому среди бизнес-сообщества Госдума непопулярна», — сказал Геннадий Гудков NT.

Можно было бы радоваться — хоть где-то перестали «брать», да не получается: эта вынужденная честность — знак полного падения веса законодательной власти, исчезновение парламента как властного института. Депутатам оставили лишь небольшое поле для игр — право формулировать разнообразные запретительные инициативы, более или менее пугающие, и некоторые даже воплощать в жизнь.

Фото: en.ela.mobi, rus2web.com