Оружейный БОРН

В четверг в Выборге должно было начаться рассмотрение по существу дела торговцев оружием, предположительно связанных с ультраправой группировкой БОРН. Но обвиняемых — это Владимир Лапин, Дмитрий Родионов и Игорь Селезнев — не доставили в суд. Секретарь заседания объяснила корреспонденту «Медиазоны», что проблемы возникли у конвойной службы. В итоге судья Выборгского городского суда Дмитрий Мазуров перенес заседание на 18 сентября.

Согласно сообщению Генпрокуратуры, Лапина, Родионова и Селезнева обвиняют в том, что с ноября 2008 по ноябрь 2009 года они изготовили и передали лидеру БОРН Никите Тихонову пригодные для стрельбы пистолет-пулемет калибра 9 мм, самодельный пистолет, револьвер «Наган» образца 1895 года, самозарядную снайперскую винтовку, автомат АКС-74У, а также самодельные взрывные устройства.

Всем им предъявлены обвинения по частям 1 и 3 статьи 222 УК РФ (незаконный оборот оружия). Кроме того, Родионов обвиняется по части 3 статьи 223 УК (незаконное изготовление, переделка или ремонт огнестрельного оружия, его основных частей).

Арсенал БОРН

Именно у Лапина, Родионова и Селезнева приобретал оружие лидер нацистской банды БОРН Никита Тихонов. В суде отбывающий пожизненное заключение ультраправый рассказал, что ездил к этим людям за оружием в Ленинградскую область; он называл их «мужики-оружейники». В своих показаниях на следствии Тихонов отмечал, что с торговцами оружием его познакомил журналист «Комсомольской правды» Дмитрий Стешин. «Используя дружеские чувства Стешина, я упросил его помочь достать что-нибудь стреляющее», — вспоминал он. Летом 2007 года Стешин познакомил его с некими «Володей и Митей», у которых Тихонов приобрел пистолет-пулемет «Суоми», обрез винтовки Мосина и патроны к ним.

Через тех же знакомых Стешина Никита Тихонов приобрел и «Браунинг», из которого были застрелены адвокат Станислав Маркелов и журналистка «Новой газеты» Анастасия Бабурова. «За период с января по август 2009 года мною были приобретены помимо "браунинга": пистолет ТТ (передан Паринову летом того же года через Костю "Африку"), "Чезет" 2 штуки,"Наган" и "Наган" с глушителем, автомат АКС-74У, 5 гранат Ф-1, боеприпасы разных калибров», — вспоминал Никита Тихонов.

При помощи этого оружия и была убита большая часть жертв БОРН. Так, из одного из пистолетов «Чезет» Михаил Волков застрелил «Черного ястреба» Расула Халилова, а из нагана Алексей Коршунов убил антифашиста Ивана Хуторского и судью Эдуарда Чувашова.

В своих показаниях Тихонов описывал схему покупки оружия для банды так: «Я звонил Володе, договаривался о визите, в назначенный день и час приезжал в Питер на Васильевский остров к дому Володи, а затем мы следовали в поселок Рощино Ленобласти. Там в доме Мити происходила сделка».

По словам Тихонова, когда Володя и Митя поняли, что его «интересует не историческая реконструкция, а современные боевые стволы», они познакомили его с Игорем. Тот приезжал на вишневом «Фольксвагене», в котором возил оружие и боеприпасы. Неонацист отмечал, что «у него был очень широкий выбор оружия, самые разные образцы современного, дорогого, в основном западного, оружия».

Осужденная за убийство Маркелова и Бабуровой Евгения Хасис уточняла, как именно происходил выбор оружия. По ее словам, оружейники передали Тихонову «Энциклопедию боевого оружия» — эта книга была изъята при обыске в их квартире — в которой галочками были отмечены имеющиеся в наличии модели. Сделав выбор, Тихонов должен был позвонить по определённому номеру телефона и назвать номер страницы. «Человек на том конце провода, то есть продавец оружия, открывал точно такую же энциклопедию у себя. Смотрел, что на странице сто пятой находится пистолет марки такой-то», — рассказывала она.

Наган, из которого были убиты Эдуард Чувашов и Иван Хуторской. Фото из материалов дела

«Белая раса в лице Дмитрия Анатольевича»

Дмитрий Стешин, познакомивший лидера БОРН с оружейниками — старый друг как Тихонова, так и лидера «Русского образа» Ильи Горячева, которого присяжные на этой неделе признали виновным в создании БОРН и совершенных членами банды убийствах. Прокуратура просит приговорить его к пожизненному заключению. Горячев рассказывал в интервью, что он крестный отец сына Стешина; они кумовья. В 2008 году, судя по воспоминаниям Горячева, они вместе летали в Боснию на конференцию, посвященную резне в Сребренице. Но на суд к Горячеву корреспондент «Комсомольской правды» так и не пришел, несмотря на вызов в качестве свидетеля.

Сам Стешин во время допросов по делу об убийстве Маркелова и Бабуровой рассказывал, что с молодым неонацистом Тихоновым он познакомился на редколлегии журнала «Русский образ» в 2004 году.

Стешин писал статьи для ультраправого журнала, который начали издавать Тихонов и Горячев, а позже, видимо, вошел в состав выросшей из него одноименной организации. Во всяком случае, в записях, которые были обнаружены на компьютере Ильи Горячева, Стешин несколько раз упоминается среди «основы» «Русского образа». Горячев педантично записывал, кто сколько денег должен скинуть в «общак» организации — так, в 2009 году «Дима Ст.» был должен общаку 1 000 рублей.

В списке основы «Русского образа» упоминается и «Мост», который вместе с некой Татьяной должен в «общак» организации 500 рублей. «Мост» — прозвище журналиста Андрея Гулютина, который раньше был главредом сайта «Молодой гвардии "Единой России"», а сейчас работает заместителем главного редактора онлайн-издания «Ридус». Гулютин также играл на барабанах в ультраправых группах «Банды Москвы» и «Хук справа», последняя поддерживала с «Русским образом» близкие отношения (сам Гулютин, впрочем, утверждает, что «не является сторонником ультраправых взглядов»).

За несколько дней до ареста Тихонов в скайпе обсуждал с Горячевым одну из его статей.

— Мост огненно зажег, мне понравилось, — пишет Тихонов.

— Мост очень молодец, когда в амплуа журналиста, жаль он часто из него выпадает, — отвечает Горячев.

Помимо Гулютина с МГЕР был связан и свидетель обвинения по делу Горячева Михаил Кудрявцев. Он дал в суде показания, согласно которым Горячев звал его в БОРН, когда Кудрявцев уже работал на прокремлевскую молодежную организацию. Защита называет Кудрявцева лжесвидетелем.

Никита Тихонов рассказывал, что он некоторое время скрывался в квартире у Стешина, когда в 2006 году скрывался от следствия по делу об убийстве антифашиста Александра Рюхина и пустился в бега. «С Дмитрием Стешиным общим интересом у нас были походы. Будучи энтузиастом военной археологии, он предложил мне выезжать в места боев времен Второй мировой войны для исследовательско-краеведческой работы и отдыха на природе. Мы сдружились», — говорил в своих показаниях Тихонов.

Корреспондент «Комсомольской правды» упоминается и в материалах прослушки, которая велась в квартире Тихонова и его гражданской жены и подельницы Евгении Хасис в октябре 2009 года, незадолго до их ареста. Они обсуждают свои планы переезда на другую съемную квартиру и рассуждают о том, что делать со своим арсеналом оружия. Тихонов предполагает отвезти «палево» к Дмитрию Стешину. «Я что думаю-то, завтра приеду, завтра с утра. Значит, займусь сбором вещей. Соберу все палево, которое нам в данный момент не нужно при себе держать. Вот, и отвезу к Диме Стешину, если что. Хоть это не пропадет на квартире, если мы туда не переедем», — говорит Тихонов.

Свои планы он, впрочем, не осуществил, и в итоге рюкзак оружия оказался у активиста «Русского образа» Сергея Ерзунова. Тем не менее, при обыске дома у Стешина обнаружилась часть вещей Тихонова — несколько мужских курток, брюки, шапка, книги «1000 вопросов об оружии» и «Тревожный сценарий будущего». У Стешина же хранился и настоящий паспорт Никиты Тихонова (сам неонацист жил по поддельным документам).

В прослушке квартиры Тихонова и Хасис есть момент, когда Тихонов рассказывает, как Алексей Коршунов просил его купить пистолет. «Дима пусть купит мне ствол», — пересказывал слова товарища Тихонов. Он рассказывает, что ответил Коршунову: «Не уверен, что мой товарищ согласится и станет так рисковать не из-за меня».

Нельзя исключить, что здесь имеется в виду именно близко общавшийся с Тихоновым Дмитрий Стешин. Возможно, о нем же идет речь в отрывке, где влюбленные нацисты обсуждают пост некоего Бугаева о легализации оружия.

— Он до сих пор магазин нам (неразборчиво) не восстановил, который обещался восстановить, — говорит Тихонов.

— Но, он же не знает, почему.

— *****-муха, белая раса в лице Дмитрия Анатольевича его об этом просила.

«Чезет» Горячеву и Glock Симунину

В скайп-переписке, которую Никита Тихонов и Илья Горячев вели под никами leshiy-1 и enotov46, немало разговоров было посвящено покупке двух пистолетов, которые Тихонов должен был привезти от оружейников осенью 2009 года. Один пистолет предназначался Горячеву, второй — лидеру люберецкого отделения движения «Местные» Леониду Симунину.

— Напомни, сколько стоит изделие, что мы ожидаем? — спрашивает Горячев в ночь на 3 сентября.

— В течение ближайших двух недель я никуда поехать не смогу. 2 262 евро, — отвечает Тихонов.

— Ясно. Это я так, чисто чтоб финансы свои рассчитать, — говорит Горячев.

Никита Тихонов на следствии и в суде подробно рассказывал, что Горячев заказал у него пистолет — Тихонов присоветовал другу «Чезет». За оружием надо было ехать в Петербург, но поездка все время откладывалась. Во время этого разговора Тихонов сидел дома с больной ногой, которую поранил на тренировке по ножевому бою — именно из-за этой травмы он, по собственным словам, не смог участвовать в убийстве Расула Халилова, которое было совершено как раз 3 сентября.

Через пару недель Горячев интересуется: «У нас в силе вопрос про 2 200 ойро?» Тихонов обещает поехать за оружием через неделю, однако так и не успевает сделать этого, и 3 октября Горячев пишет:

— Общался с нашим общим знакомым Л. Он проявляет заинтересованность в покупке. Я ему назвал цену 3К евро, он согласен и готов.

— Эххх… Л. очень не вовремя нарисовался. Люди сказали, что не ждут новых поступлений до Нового года, — пишет Тихонов в ответ.

— А из того, что там у них есть? Ты же говорил, там что-то еще было?

— Было, но я ж не заказал. ЧЗ (вероятно, пистолет «Чезет» — МЗ) тоже был, но я продинамил сроки покупки, и он ушел.

— Думаешь, уже разошлось остальное?

— Я-то думал с тобой увидеться, показать на картинках, что там есть возможность заказать. И заказать. Потому что там еще интересный вариант есть.

— Ага. Может увидимся сегодня?

— Давай. Я книжку прихвачу.

Как Горячев, так и Тихонов говорят в своих показаниях, что этот заказ на пистолет делал Леонид Симунин; Горячев в суде подтвердил, что «Л.» — это Симунин. «Главное, чтобы идея была такая же как у ЧЗ. Ну то есть без барабана», — передавал Горячев требования потенциального покупателя к «девайсу». В итоге выбор пал на пистолет Glock. Его стоимость объявили в 3 250 евро, и, по словам Горячева, заказчик был готов дать 50% предоплаты. Горячев очень просит Тихонова назвать конкретный срок доставки оружия: «Он мне весь моск съест от простоя».

«Л. приедет ко мне сегодня ночью, привезет предоплату», — сообщает Горячев 15 октября. Однако «доставка» снова отложилась, и привезти оружие до своего ареста Никита Тихонов не успел. Сам Леонид Симунин, пришедший в суд, подтвердил, что у них с Горячевым был разговор про оружие, однако настаивал на том, что от предложения покупки он «почти сразу отказался».

Некролог оперативнику Бойко

Последним предметом вооружения, который Никита Тихонов успел приобрести у оружейников, стала снайперская винтовка «Застава». «Была приобретена снайперская винтовка производства Югославии “Застава”, которую я в футляре от музыкального инструмента (гитары) оставил в доме родителей жены Стешина Елизаветы в городе Сестрорецке Ленобласти. Что находится в футляре, я им не сообщал, намерение забрать винтовку не реализовал по причине ареста», — уточнял неонацист на следствии.

Тихонов купил ее во время поездки в Петербург 18-25 июля 2009 года. Перед этой поездкой Горячев помогал найти ему съемную квартиру. «Шавки в Невограде (антифашисты в Петербурге — МЗ) очень борзые, я таких еще живьем не видел. Там реально они кажутся самыми опасными для правого человека», — после возвращения делился Тихонов впечатлениями.

Никита Тихонов утверждал, что оставил винтовку в доме родителей жены Стешина из-за того, что у него были «дурные предчувствия», и что он собирался вернуться за ней позже. Однако нельзя исключать, что Тихонов оставил оружие для совершения в Петербурге очередного преступления. Так, Евгения Хасис рассказывала, что среди жертв, которые наметила себе группировка БОРН, был оперативный сотрудник Георгий Бойко, участвовавший в поимке неонацистской банды Боровикова-Воеводина и написавший об ультраправых книгу «Неприрожденные убийцы».

«Была такая задумка, тоже неосуществившаяся боевой организацией по независящим от Никиты Тихонова обстоятельствам, задумка убийства следователя Бойко в Санкт-Петербурге», — рассказывала Хасис на следствии.

По ее словам, мотивом для убийства Бойко была как раз его роль в расследовании дела БТО Боровикова-Воеводина: «Так как Никита Тихонов часто посещал Санкт-Петербург в рамках приобретения оружия, то возникла идея о ликвидации, убийстве следователя Бойко <…> Его идея также была с подачи находившегося в следственном изоляторе "Кресты" Алексея Воеводина. Он активно публиковал какие-то свои статьи, находясь под следствием, в которых призывал к расправе над этим следователем».

Хасис утверждает, что перед поездкой в Петербург Никита Тихонов даже написал «скажем так, некролог» — заявление БОРН об убийстве Георгия Бойко, которое было бы разослано в случае удачного покушения. Но ничего не получилось. «С его слов мне известно, что он съездил по адресу регистрации следователя Бойко, но, не дождавшись там следователя, не дождавшись, чтобы кто-то оттуда выходил, попытался прозвониться по этому адресу, там никто не взял трубку. В общем, ничего не получилось, в итоге следователь Бойко жив», — говорила Хасис.

Оперативник Бойко, который счастливо избежал покушения, в 2011 году был приговорен к двум годам колонии за кражу 900 тысяч рублей, присвоенных им при обыске в декабре 2009 года. «Фонтанка» отмечает, что изначально речь шла о краже 1,6 млн рублей, 80 тысяч долларов США и одной тысячи евро.

Фамилия Бойко в скайп-переписке Тихонова и Горячева поминалась в связи с человеком по прозвищу «Егерь». Тихонов жаловался товарищу на Хасис, которая рассорилась со всеми его друзьями:

— В общем, никто из моих друзей ей не угодил. Ни СС, ни Музыкант, ни ты. Один Егерь хороший… пока.

— За ним тоже косячок с Бойко есть, — замечает Горячев в ответ.

Впрочем, неизвестно, идет ли речь об оперативнике Георгии Бойко, или о журналисте «Комсомольской правды» Александре Бойко. Последнего после статьи о нацистах из «НСО-Север» и Максиме Базылеве, как рассказывала Хасис, хотели убить Максим Баклагин и Вячеслав Исаев, но Тихонов не дал на это добро. В последнем случае нельзя исключать, что Егерь — это снова корреспондент «Комсомольской правды» Дмитрий Стешин.