Кипрские власти готовят ряд льгот для международного, в том числе российского, бизнеса. Цель — убедить бизнес не отправлять деньги транзитом в офшоры, а оставлять на Кипре и создавать на Кипре не прокладки, а реальные компании.

Реформа в начале июля была одобрена советом министров Кипра, ее еще должна утвердить палата представителей республики. Изменения, которые кипрское подразделение EY в своем отчете называет самыми значительными с 2003 года, когда был введен действующий налоговый режим, должны убедить бизнес оставлять в стране деньги, которые сейчас транзитом идут в офшоры, и создавать в стране не прокладки, а действующие компании.

Задержать деньги

Сейчас многие кипрские компании де-факто являются прокладками, через которые бизнес переводит деньги в офшоры. Принципиальная схема выглядит так. Есть три компании, например: одна — в России (она ведет бизнес), другая — на Кипре (низконалоговая, но вполне «белая» юрисдикция), третья — на Британских Виргинских Островах (в настоящем офшоре). Офшорная компания выдает заем кипрской, та под чуть больший процент — российской. Когда наступает время платить проценты по кредиту, российская компания переводит их кипрской, при этом налогов в России она не платит — действует полное освобождение от налога у источника в России по российско-кипрскому соглашению. (Напрямую в офшор переводить проценты из России было бы невыгодно — с ним соглашения нет, и пришлось бы платить налог по ставке 20%.) Получив платеж, кипрская компания отправляет его в офшор, оставляя себе небольшую разницу между той ставкой, по которой она получила кредит, и той, по которой выдала, обычно — 0,1–0,35% суммы кредита, с которых она платит налог 12,5% (какая-то прибыль нужна кипрской компании, чтобы не возникало претензий со стороны налоговых органов).

Кипрские власти хотят, чтобы эти деньги остались на Кипре. Но для этого надо помочь владельцу избежать необходимости платить с них 12,5-процентный налог. Нынешняя реформа и состоит в том, что инвестору предложат получить налоговый вычет на взнос в акционерный капитал. Минимальный вычет составит 9% (высчитан как доходность 10-летних государственных облигаций Кипра плюс 3%).

Допустим, инвестор вложит в акционерный капитал $10 млн, которые будут выданы в виде займа российской компании. Вычет составит минимум $0,9 млн, подсчитывает партнер International Tax Associates Рустам Вахитов. Если предположить, что те же 9% кипрская компания получает в виде процентного дохода от выданного займа, то с этой суммы компания не заплатит налог вообще. И стимула уводить деньги дальше не останется.

Вычет предполагается ввести задним числом — с 1 января 2015 года.

Заманить реальный бизнес

Другая часть реформы направлена на то, чтобы сделать Кипр удобным не только для создания холдингов с прокладками, но и для обустройства там операционных компаний — с офисом и персоналом. Тут киприоты тоже готовы предложить налоговые льготы.

На Кипре действует прогрессивная шкала налогообложения физических лиц: от 0% для доходов ниже €19 500 в год до 35% для годового дохода выше €60 001. Такая шкала не способствует притоку высококвалифицированных (и высокооплачиваемых) менеджеров, которые в России, например, отдают по плоской шкале 13%. Поэтому сейчас те, кто переехал на Кипр работать и получает компенсацию более €100 тыс. в год, на пять лет освобождаются от половины налога. Этот срок киприоты готовы продлить до десяти лет, указывает старший юрист по международному налогообложению Goltsblat BLP Артем Торопов. Льгота снизит налоговую нагрузку при создании реальных штаб-квартир за рубежом — с собственными квалифицированными сотрудниками, отмечает он.

Есть еще один налог, который снижает привлекательность жизни на Кипре для иностранных владельцев бизнеса — это налог на оборону. Он сейчас выплачивается с определенных категорий дохода: дивидендов, процентов и рентных платежей. В 2015 году для физлиц этот налог составляет 30% по процентам и 17% по дивидендам, говорит Вахитов. Этот налог для иностранцев, живущих на Кипре, де-факто будет отменен.

Россия поможет

Пригодятся ли все эти нововведения бизнесу — захочет ли он оставлять деньги на Кипре и открывать там свои штаб-квартиры? Возможно, принять такое решение ему поможет российское антиофшорное законодательство, которое действует с этого года.

Схему с пассивными выплатами легко оспорить с точки зрения резидентства на Кипре, объясняет Вахитов из International Tax Associates. В соответствии с российским законодательством по деофшоризации, компания, которая «стоит» несколько тысяч евро в год и управляется из России, будет считаться российским налоговым резидентом, и структуры, использующие такой метод финансирования, рискуют заплатить налог по российской ставке — 20%.

Разница с Кипром огромная. Пусть, например, заем из офшора на Кипре составляет €100 млн под 10% годовых, а с Кипра в Россию — те же €100 млн под 10,1% годовых. Компания на Кипре получает €100 тыс. дохода (0,1% от займа), с которого платит 12,5% — €12,5 тыс. Само содержание компании (например, выплаты юристам) может обходиться в €6 тыс., говорит Вахитов. Итого стоимость схемы — €18,5 тыс. в год. А в России с €10 млн процентного дохода пришлось бы заплатить — €2 млн.

Получается, говорит Вахитов, что, может быть, проще держать на Кипре реальный офис и реальных сотрудников — допустим, за €100 тыс. в год — но иметь больше шансов защитить свою структуру в российском суде и доказать, что кипрская компания действительно является бенефициарным собственником процентного дохода. Реальными с точки зрения российской судебной практики считаются компании с несколькими сотрудниками, с квалифицированным персоналом, собственными средствами ведения операционной деятельности, автономией в области принятия управленческих решений.

Так что у Кипра есть шанс получить и деньги, и реальный бизнес — борьба с офшорами в России может сделать кипрские льготы востребованными.

Мечта киприота