Режиссер Джон Ву в интервью "Ъ FM"

О возможных съемках фильма об СССР, предпочтениях зрителей из разных стран, специфике кинематографа в КНР, международных копродукциях и своей новой картине "Переправа", которая выходит в российский прокат, — китайский и голливудский режиссер Джон Ву рассказал в эксклюзивном интервью кинообозревателю "Коммерсантъ FM" Даниилу Ротштейну.

— Мой первый вопрос такой же, какой часто задают мне. Большинство российских зрителей знает вас по фильму "Без лица", кто-то еще знает ваши гонконгские экшен-картины, но когда я говорю людям о "Битве у красной скалы" или "Переправе", они очень удивляются и спрашивают: когда это Джон Ву начал снимать такие эпические исторические ленты? Расскажите, пожалуйста, об этом творческом пути, который привел вас к "Переправе".

— Мне очень нравится снимать картины, которые больше направлены на людей, на широкие массы. Когда я еще не был режиссером, я сам снимался в фильмах, а так же очень много изучал, каким образом другие режиссеры снимают свои фильмы. Но настало время, когда я уже закончил свою деятельность в Китае, я уже большее внимание стал уделять историческим фактам, и каким образом данные факты передать в современной манере в фильмах, кинематографе. Это была моя такая сокровенная мечта, возможно, потом заняться этим делом, но только качественно, с размахом, в исторической перспективе.

— Почему после "Битвы у Красной скалы" вы выбрали именно этот проект, именно эти события? Все-таки Красная скала вызывает меньше вопросов, "Повесть о трех королевствах" — всемирно известное классическое произведение, но для людей за пределами Китая сюжеты, связанные с гражданской войной, описанные в "Переправе" куда менее очевидны.

— Поскольку я много лет прожил на исторической родине, я знаю, что многие страны интересуются нашей культурой, нашей историей, поэтому во время различных визитов за границу я замечал, что некоторые люди знают достаточно много о нашей истории и культуре. Поэтому у меня созрела такая мечта снять фильм о Китае, исторический фильм, что бы люди не только это увидели, но и были тронуты их чувства, их переживания, чтобы они побольше узнали о нашей истории, о наших легендах, о нашем фольклоре. В то же время я снял фильм о таком сложном периоде истории Китая, довольно насыщенным историческими событиями. К тому же, там есть история любви между молодыми людьми, и поэтому эти сюжеты на историческом фоне очень удачно сопоставились, сплелись на фоне войны, которая отразилась на их жизни. Их любовь, их чувства, они могли их не сохранить, и вот такая вот получилась комплексная картина.

— Тогда можно ли сказать, что вы снимали фильм в первую очередь для зарубежной аудитории, чтобы рассказать им об этих событиях? Или при съемках вы ориентировались на китайских зрителей?

— На самом деле, когда я снимаю фильмы, я об этом не думаю особо. Самое главное, я думаю о том, чтобы этот фильм смог привлечь внимание людей, затронуть их чувства, особенно если мы говорим о любви, об этом глубоком чувстве, то тут нет деления на страны, на континенты, здесь это всеобщие глубокие чувства, и люди это понимают. В настоящее время в развитых странах, странах с развитой экономикой, жизнь очень бурная, много факторов влияет на жизнь людей, проживающих в таких странах, поэтому людям нечасто приходится чувствовать себя веселыми и беззаботными, их жизнь сложнее. Поэтому мои фильмы международные, они направлены на всех людей. Что касается любви, то я считаю, что такие фильмы заставят людей быть более радостными и счастливыми.

— Последнее время мы наблюдаем налаживание контактов между Голливудом и китайской киноиндустрией, и это в том числе проявляется в регулярном появлении голливудских звезд в китайском кино. И с учетом вашего опыта, автоматически ожидаешь, что в ваших фильмах тоже появятся американские актеры, но в "Переправе" их особо нет. Почему?

— Да, в этом фильме много актеров, и в большинстве своем это китайцы, и я с ходу не могу назвать иностранных звезд, которые могли бы сняться в этой картине или изъявляли желание. Когда я снимал фильм, я больше думал о его качестве, о его исторической правдивости, чем о том, чтобы созвать туда побольше звезд.

— Что вы в целом думаете об этом процессе углубления связей между Голливудом и китайским кино, когда голливудские актеры снимаются в Китае и наоборот?

— Сейчас я должен отметить то, что вообще тенденция такая, что много китайских актеров все больше и больше отправляются в Голливуд сниматься в голливудских фильмах в Америке, это тенденция положительная. Здесь, конечно, есть очень много трудностей для этих актеров, потому что очень трудно китайским актерам себя качественно реализовать в Голливуде и проявить себя. Я знаю много людей, которые таким образом сталкивались с трудностями, приехав туда. Но в целом, это касается обеих сторон, народов по обе стороны океана, которые смотрят наши фильмы. В то же время мы очень рады, когда голливудские актеры снимаются у нас в фильмах. И для нас также важно, когда наши актеры прорываются на западные экраны, снимаясь в таких фильмах. Здесь много тонкостей в вопросе образа и реализации актера в фильме. У нас очень много тонкостей и различий в актерских школах, как можно выразить себя, приемов, которые нужны для аудитории, чтобы аудитория воспринимала это как должное, как свое. Но, тем не менее, я полагаю то, что этот вопрос очень важный, и в Китае очень рады, когда иностранные актеры снимаются в наших фильмах, и я думаю, что по ту сторону океана тоже рады, когда что-то удачно получается с участием китайских актеров.

— В России мы часто говорим о том, как засилье голливудских фильмов, можно даже сказать, угрожает отечественному кинематографу, потому что зрители очень часто отдают предпочтение Голливуду в ущерб российскому кино. Есть ли такая проблема в Китае?

— В каждой стране такое случается, в принципе, и в Китае тоже фильмы Голливуда априори занимают лидирующие позиции в широком прокате. Многие наши зрители с удовольствием идут на просмотр этих фильмов. Есть ситуации, когда эти фильмы дают положительный эффект, а есть, когда отрицательный. Но вот то, что касается нашего кинематографа, то нам необходимо в некоторых вещах быть более толерантными, сглаживать некоторые моменты, где-то лучше готовить аудиторию к этому, прививать общую точку зрения, какое-то общественное мнение, чтобы в целом эти западные фильмы имели положительный оттенок, положительный эффект. Еще для нас важно, что бы наши зрители стремились к нашему кинематографу и находили в нем уважение к нашей культуре, нашим традициям, нашей ментальности.

— Когда я смотрел фильм, многие сцены вызывали знакомые эмоции, я увидел сходства между фрагментами истории России и Китая. Нам хорошо понятна тема гражданской войны между лоялистами и коммунистами, или, например, эмоции, которые возникают в начале фильма, где изображаются баталии Второй мировой. Вы уже говорили, что снимаете кино для мировой аудитории, но, на ваш взгляд, можно ли сказать, что, например, в силу каких-то сходств, Россия и Китай более приспособлены понимать кино друг друга, чем например Россия и Запад или Китай и Запад?

— Ваш вопрос такого философского характера. Что касается моего творчества, то в Голливуде оно многим очень нравится. Но я сам в свою очередь трачу силы на то, чтобы приблизить мои фильмы к этой аудитории, к их восприятию. Что именно меня касается, как такого примера человека, который работает за границей и работает у себя на родине, то мне неважно, где снимать, в Америке или в Китае, для меня самое главное максимально воплотить свой замысел в фильме, максимально себя вложить. В то же время, я использую такой совмещенный комплексный способ, я стараюсь и дух своего фильма воплотить, и насытить фильм реалиями того места, где я работаю. Если за границей, то за границей значит. Чтобы был кратчайший путь донести это до людей, которые это будут там воспринимать в первую очередь.

Допустим, у нас в Китае очень сильно воспринимают связи между родственниками, между членами семьи, и эти вещи часто меня в фильмах увлекают, ну, там, где это уместно. Многие люди, которые могут посмотреть это со стороны, подумают, мол, он очень тут переборщил, перетянул в стороны семьи и родственников, но для китайцев это абсолютно нормально. Я думаю, в России есть такая же философия, такой же образ мысли, и если нас, допустим, сравнить в этом смысле, и у России, и у Китая, и у других стран между собой есть очень много общих точек соприкосновения в общности, и вот на этих местах нужно максимально работать, если мы хотим, чтобы наша продукция была максимально воспринимаема там. Но в то же время еще раз подчеркну, что во всех странах глубокие чувства, общие мысли одинаковы.

— Сейчас ведется много разговоров и об углублении связей между китайским и российским кино. Было бы вам интересно поработать над какой-то китайско-российской копродукцией, может, уже были какие-то такие предложения. Или нет?

— Я об этом думал очень долго, на самом деле, и в настоящее время это по-прежнему актуально, потому что многие мои коллеги мне предлагали давно в разных странах посмотреть и поработать, в том числе и касательно России. Здесь у меня тоже есть друзья. Местная культура и обычаи, разумеется, тоже интересные и здесь можно работать. Самое главное, чтобы в этой совместной работе, в кооперации, если такое случится, чтобы мы понимали друг друга, имели консенсусы по всем вопросам с этой страной, чтобы мы могли максимально сгладить какие-то другие эффекты негативные и максимально себя в этом реализовать, и только тогда у нас получится что-то хорошее совместно. Я думаю, тогда у нас получится совместная работа, которая заставит людей по-настоящему восхититься нашим трудом.

— И заключительный вопрос: вы сказали, что были предложения в связи с Россией, есть ли у вас какие-то конкретные сюжеты на примете, может быть, исторические периоды или литературные произведения?

— Ну в общем, у меня есть такая мысль, в принципе довольно конкретная. Я думаю, в целом виде можно использовать какое-либо произведение из национальной литературы, или что-то из культуры, чтобы создать такую драму. В том числе, чтобы этот фильм умел затронуть чувства людей, и был связан с историей как-то. Или на основе какой-то исторической легенды. Ну, вот например, допустим, в 30-е годы прошлого века очень много китайских студентов приезжали в СССР учиться. На этом фоне было очень много драматичных историй любви, мелодрам между этими ребятами в Советском Союзе. На этой основе можно подумать, что бы что-то снять.

"Мне очень нравится снимать картины, которые направлены на людей"