Оригинал материала
Эпоха сильного доллара. Два пути для американской валюты
Кто радостно ждет краха доллара и верит в скорое обрушение американского госдолга, – не верьте глупостям. Что имеем? Доллар очень потеснил евро после 2008 года, когда стал укрепляться к этой валюте.
Доля доллара в расчетах на мировом валютном рынке – более 40% (2011), в накопленной массе международных долговых бумаг – 55% (евро – 25%) (2013), в трансграничных ссудах – больше 55% (евро – 18–19%) (2013), в международных депозитах – 58–59% (евро – 19–20%), во внебиржевых валютных деривативах – больше 44% (евро – 18%), во внебиржевых процентных деривативах – 30% (евро – более 40%), в международных расчетах за товары в Европейском союзе – 30–40%, в Азии – 50–90%, в валютных резервах – чуть более 60% (евро – примерно 25%) (МВФ, 2013–2014 годы) и т.д. Каждая цифра подтверждается признанной международной финансовой статистикой.
Всему этому основой простая вещь – США производят более 20% мирового ВВП (по номинальной стоимости). Россия производит чуть более 2% мирового ВВП, но доля рубля и рублевых активов крутится вокруг 1% – из-за слабой финансовой системы, с задачей строительства которой одно поколение (25 лет, четверть века прошло) уже не справилось.
Рубль смиренно слабеет, изображая из себя старца. С 18 мая, всего за два месяца, он обесценился на 22%. Когда-то, еще год назад, мы бы это посинение рубля сопровождали громкими звуками, а нынче: ну, пошел погулять. А что тут такого? На что матушка наша, нефть, резонно замечает: гори все синим пламенем!
С 5 мая, за два с половиной месяца, она свалилась на 21% и двигает фартучком дальше. И все это, конечно, оттого, что доллар укрепился с середины мая почти на 4–6% к евро и хорошим людям спокойно спать не дает, посылая всех: цены на нефть, рубль, золото, металлы, продовольствие – туда, что на идише зовется португальско-испанским словом «тухес».
Эпоха сильного доллара
Доллар плавает в длинных, 15–17-летних, циклах с начала 1970-х годов (демонетизация золота) (см. график). То слабеет к евро (к корзине мировых валют), то усиливается. Причины – отдельная тема. Если кратко, дело в длинных бизнес-циклах американской экономики, связанных с ними изменениях денежно-кредитной и процентной политики Федеральной резервной системы. А еще проще? Изменения в разнице между процентными ставками в США и ЕС.
Доллар к корзине валют. Индекс рассчитывается Федеральной резервной системой. Динамика индекса практически повторяет динамику ключевой пары из двух резервных валют «доллар – евро». Эта пара – ключевой объект в игре на финансовых рынках
С 2000-х годов нефть, металлы, продовольствие стали финансовым товаром. Мировые цены на них определяются на биржах товарных деривативов в Нью-Йорке, Чикаго, Лондоне, Канзас-Сити и так далее. Инвесторы легко переходят из доллара в нефть, из нефти в акции, из акций в металлы. Все цены формируются в долларах США. Расчеты за сырье – преимущественно в долларах США. Курс доллара как мировой резервной валюты стал главным поводком, формирующим цены на нефть. Запасы, производство, спрос, избыток или недостаток нефти – все эти фундаментальные факторы действуют «на хвостах». Хотя, конечно, изредка они бывают настолько сильны, что начинают перешибать доллар.
Для России эпоха «слабого доллара» – блаженство. Доллар слабеет, мировые цены на все активы растут. Это то самое золотое время в 2001–2007 годах (см. график), когда доллар год от года падал, а цены на нефть, газ, металлы, акции, недвижимость – на все, что есть в товарном мире, – с головокружительной скоростью ввинчивались в небо.
Но впереди время «сильного доллара».
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]