За пределами профессиональной жизни, например в отпуске, всё равно случаются эпизоды, не дающие полностью выпасть из русла основной деятельности. А когда ты одновременно и ученый, и журналист, результат очевиден. Набравшись впечатлений, садишься за клавиатуру и пишешь материал. «Как я провел лето». Конечно, не всё лето, а всего лишь две недели, но зато какие две недели!

Метод погружения

Место действия — Израиль. Страна, для посещения которой россиянам не требуется виз, что само по себе и редкость, и большое облегчение. Даже перелет туда-обратно, если грамотно подойти к покупке билетов, стоит всего лишь на четверть дороже1, нежели, скажем, в Минеральные Воды (находящиеся практически на середине пути от Москвы до Тель-Авива).

Главной идеей моей публикации является вовсе не реклама Израиля как одного из лучших в мире мест для туризма. Хотя, так или иначе, этого избежать не удастся. Мне довелось — вольно или невольно, запланированно и нет — слегка погрузиться в жизнь людей, имеющих прямое отношение и к науке, и к наукоемкому бизнесу, и к научной технологии. Я лениво подумывал написать что-то после возвращения из отпуска, но публикация в предыдущем номере ТрВ-Наука решительно нажала на спусковой крючок моей творческой мысли. Фонд инфраструктурных и образовательных программ, который входит в группу компаний РОСНАНО, объявил о начале отбора российско-израильских проектов в области промышленных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР).

Забавно, но то, чем я занимаюсь в свободное от основной работы время, на 100% соответствует требованиям этого отбора. Я, разумеется, не собираюсь использовать газетную площадь для продвижения проектов, в которых участвую, но совсем без их упоминания обойтись не получится. А начать хочется и вовсе с другого. Обычно во время визитов в Израиль я останавливался у отца, и ощущения, что ты находишься в другой стране, почти не возникало. Дома соблюдается чисто российская атмосфера (от языка и еды до репертуара телевизора), а городок, в котором живет отец, настолько русскоязычен, что на иврите говорит лишь совсем зеленая молодежь. Когда на автозаправке я обратился к юноше самого что ни на есть израильского вида на английском, он, смерив меня слегка высокомерным взглядом, сообщил, что мы лучше поймем друг друга на русском…

На этот раз я решил погрузиться в аутентичную жизнь аборигенов и при помощи туристического сайта снял «пентхаус на вилле неподалеку от моря». Насчет аутентичности сразу возникали сомнения, поскольку хозяйку виллы, с которой я договорился, звали Светлана. Действительность оказалась куда заковыристее, но об этом ниже. Если говорить в целом, то очень понравилось. Люди, которым сорок и больше, меня поймут. Чем-то это напоминало советский отдых дикарями где-нибудь в Геленджике, Гагре или Алупке. Только в условиях, полностью адекватных современности (удобства персональные, горячая вода всегда, кондиционер, телик во всю стену, вай-фай, ну и т. д.). И яркие южные звезды на открытой веранде с гамаком.

Хозяева оказались не только обязательными и гостеприимными, но и просто классными ребятами (если так можно сказать про достаточно взрослых людей) — общительными, доброжелательными, интересными. Они, конечно, стопроцентные израильтяне (в отличие от моего отца и его семьи), но столь же характерно для этой удивительной страны — «понаехали тут». Света, хозяйка, из Орехова-Зуева. В начале 1990-х совсем молодой девчонкой приняла предложение мужа и переехала… Хочется сказать, на его родину, но это совершенно не соответствует реальности. Арие Кольтун, как и я, родился в Астрахани, но на 12 лет раньше, в 1950-м. В Израиль попал в детстве, транзитом через Польшу, откуда происходила его семья. Прожив столько лет в Израиле, Арие, понятно, читает только на иврите, хотя и сохранил неплохой и бойкий русский, во многом благодаря жене, которой он старше на 22 года. Да, разница у них заметная, но… Люди, скажем так, «в возрасте» выглядят в Израиле моложе лет на десять, а то и больше и, видимо, чувствуют себя так же. Г-н Кольтун ни капельки не похож на пенсионера, каковым является по статусу. Он прекрасно и сейчас мог бы работать, но предпочел пенсию и… свободу. Благо размер пенсии свободе всячески способствует. Израиль умеет благодарить своих граждан за плодотворное сотрудничество.

Работа

Давно подмечено, что пенсионеры в цивилизованных странах едва ли не самые счастливые люди, живущие в свое удовольствие и практически ни в чем себе не отказывающие. Может, не везде и не все, но такие, как Арие, много, хорошо и правильно работавшие, — совершенно точно. «Правильно» — это значит механиком высшей квалификации на крупнейшем в Израиле военном заводе «Рафаэл». У него и зарплата там была на уровне, а пенсия так и вовсе одна из самых высоких в стране (и в мире, кстати, тоже!). «Рафаэл», по свидетельству очевидцев, супервысокотехнологичное и наукоемкое производство. Территория завода примыкает к городку, в котором мы жили, и занимает сопоставимую с ним площадь. При этом на гражданской жизни Кирьят-Яма это соседство никак в худшую сторону не сказывается. И секрета из того, что такое «Рафаэл», никто не делает. Израиль справедливо гордится своей армией и своим военным производством, не скрывая, что страна во многом благодаря военным — вот ведь парадокс! — процветает. Секреты «Рафаэла» находятся за высоким и надежным (что есть, то есть) забором и под землей. Территория завода прекрасно просматривается с верхних этажей соседних домов и никак свою специализацию не выдает. Увы, о ней прекрасно знают враги Израиля, и в моменты кризисов арабские ракеты летят в сторону завода. Предприятие защищено грамотно, нанести ему сколь-нибудь существенный ущерб крайне проблематично.

К тому же арабские ракеты имеют точность и надежность на порядок меньше даже российских и из-за этого регулярно попадают не туда. В Кирьят-Яме до сих пор есть следы последнего такого конфликта, десятилетней давности, при том что страна старается защищать свое мирное население на уровне стратегических объектов. Но не только «Рафаэл» обеспечивает работой окрестности. Израиль знаменит и своей пищевой промышленностью. На одном из предприятий этой отрасли работает Светлана Кольтун. Она микробиолог и тестирует качество продуктов питания. Ее лаборатория «Мелюда» оборудована по последнему слову науки и техники, а специальные боксы, в которых проводятся анализы, стерильны и полностью изолированы от внешнего мира. (Из-за такой специфики Светлана иногда выпадала из интернет-общения во время наших предварительных переговоров о съеме жилья.) Другая особенность ее работы (впрочем, для Израиля это не редкость) — очень раннее начало и, соответственно, окончание рабочего дня. Зачастую режим — с пяти-шести часов утра и до двух-трех пополудни.

Арие затемно вставать не надо, но без дела он не сидит. Собственными руками (кажется, он умеет всё!) хозяин увеличил площадь виллы раза в два как минимум. В семье четверо детей от первых браков супругов. Строили для них, но как минимум двое старших сыновей Арие не очень-то рвутся жить с «предками», тоже предпочитая свободу. Вот и возник на вилле излишек жилой площади, который хозяева сдают туристам практически со всего мира, благо кроме русского и иврита практически все сносно болтают по-английски. Ну и открытый и добродушный характер членов семьи (включая исключительно милых собачек) способствует постоянным неформальным контактам. Вечерние посиделки хозяев с постояльцами за общим столом — приятный бонус к стандартному времяпрепровождению туриста.

Хобби

Об уровне благосостояния семьи, состоящей из пенсионера и микробиолога, свидетельствует совсем недавняя история. Несколько месяцев назад супруги гуляли вдоль моря в соседнем городке (километра два-три) и увидели объявление о продаже квартиры. Обычная «трешка» в многоэтажке, но в 20 метрах от пляжа2. Вид из окна — на море, город Хайфу на горе — обалденный…

Через пару дней понравившаяся хата была приобретена за 660 тыс. шекелей (порядка 10 млн руб.), и летом ремонт в ней был в разгаре. Опять же Арие делал всё сам и грозился к бархатному сезону предложить еще один вариант жилья гостям Земли обетованной.

Но и это не самое интересное. Помимо «деловых развлечений» для рук и семейной экономики у Арие есть замечательное хобби. Как выражается он сам: «Я коллекционирую ВСЁ». На самом деле Арие собирает материальные свидетельства, имеющие отношение к более-менее современной истории Израиля. Но не всякие там безделушки-железячки, а документы. Книги, карты, газеты, фото, открытки. В его коллекции, занимающей целый специально оборудованный кабинет, имеются воистину уникальные экспонаты. И практически каждую неделю историк-любитель едет на крупные рынки страны, где его в первую очередь интересуют развалы барахолок и прячущиеся там раритеты.

Наверное, Арие сложно назвать профессиональным историком, но благодаря увлечению его познания весьма обширны и, я бы сказал, энциклопедичны. Среди прочих книг он с удовольствием изучает Библию, но не как верующий (Арие — типичный агностик и ко всем религиям дышит ровно), а как историк.

Если подходить с этой точки зрения, Библия действительно интереснейший документ. Главное — правильно его понимать и трактовать.

Сотрудничество

Другой израильский пенсионер — мой папа — истории предпочитает жизнь современную, во многом устремленную в будущее. Сколько себя помню, главным, а может, и единственным его хобби всегда была работа. Но работа — творческо-научная. Пребывая в весьма солидном возрасте (поездка была приурочена в том числе к празднованию его 80-летнего юбилея), профессор Наум Мирмов возглавляет несколько серьезных научно-технологических проектов. Любой из них смело можно называть инновационным. Проекты базируются на разработках с высокой степенью новизны и подразумевают широкую международную кооперацию. То есть коллектив, возглавляемый отцом, хоть и преимущественно израильский, но за минувшие несколько лет прирос коллегами из Литвы, Латвии, США, России… Чем не образец плодотворного сотрудничества без границ и (опустим нецензурные определения) санкционных ограничений? Главным же поводом для гордости можно считать тот факт, что основным языком этой коллаборации является русский.

Не буду вникать в подробности технологических разработок компании (для этого необходима отдельная статья на полосу газеты), лишь упомяну несколько основных направлений: градирни нового поколения для электростанций; установка и технология для производства топлива из биологического сырья; системы кондиционирования и отопления с использованием солнечной энергии и вторичных источников теплоты… Проект каскадной холодильной машины нового поколения уже получил грант израильского Министерства энергетики, а проект переработки использованных автомобильных шин с получением качественной резины (из нее вновь можно делать шины) очень заинтересовал российских инвесторов и производителей — вплоть до планов строительства двух-трех полномасштабных производств этого профиля. Вот и получилось, что в отпуске, помимо морских и солнечных ванн, а также приобщения к исторической сокровищнице человечества, которой является Израиль, мне довелось провести несколько дней в лаборатории нашей коллаборации — и на переговорах с возможными инвесторами, и непосредственно в цеху, где проходят тестовые испытания инновационные холодильные машины. И это вовсе не омрачило отдых. А наоборот, сделало его более насыщенным и разнообразным. Полноценным.

Илья Мирмов

Фото автора и из архива

---

1 Стоил тогда — сейчас стало гораздо хуже. Нефть, знаете ли, подешевела, а валюта вздорожала.

2 Пляжи на средиземноморском побережье страны ничего общего не имеют с какой-нибудь Анапой или Сочи. Чистый, мелкий, ежеутренне просеиваемый песок; теплое, ласковое, хоть и не без волн, и тоже чистое море; не менее чистые туалеты и раздевалки; обязательные души с пресной водой и поилками; обязательные навесы, под которыми даже в час пик можно найти свободное место, на солнце же вообще пустовато… Большая часть таких пляжей бесплатна.