Вид на жительство и временное убежище в России получили уже почти 7 тыс. граждан Сирии. Об этом сообщили представители Федеральной миграционной службы. Между тем в прессе появились сообщения, что Польша обратилась к Москве с просьбой принять участие в разрешении нынешнего миграционного кризиса в Европе. Однако политолог Георгий Бовт сомневается, что совместные усилия в этой области могут стать почвой для потепления отношений между Россией и Западом.

Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ / купить фото

Прошла новость: якобы Польша просит Россию помочь справиться с нахлынувшими на Европу беженцами. Хотя польский посол в Москве Пелчинска-Наленч говорила лишь о том, что проблема беженцев — общая для ЕС и России. Насколько общая? Надо ли нам протянуть руку помощи старушке-Европе, забыв обиды санкций и переключившись с надоевшей Украины на более конструктивную повестку? Притом понимая, что ведь спасибо никто не скажет.

У нас злорадствуют по поводу происходящего в Европе. Сами виноваты, не надо было Каддафи трогать, Асада в Сирии пытаться свергать и демократию на штыках в Ирак приносить. Мол, российский МИД предупреждал. Стабильность, она, знаете, завсегда лучше всяких перемен, тем более революционных. Опять же, господа европейцы, вы так печетесь о правах человека. Вот, извольте, человеки идут к вам, уже сотни тысяч за полгода и все продолжают. Отличный шанс продемонстрировать приверженность евроценностям, которые предстоит смешать с ценностями исламскими. Главное — не взбалтывать.

С другой стороны, многие в Западной Европе — не в Восточной, бывшей «нашенской», не большинство, конечно, но многие — беженцам искренне хотят помочь. Несчастным сочувствуют, волонтеры собирают деньги и вещи. Больше всех на государственном уровне сострадают немцы. Им как в 1945-м привили сострадание, так прививка все действует. В этом году Германия получит 800 тыс. заявок на убежище, в четыре раза больше прошлогоднего. Им платят пособие, размеры которого из-за треклятого обменного курса позволили бы этих людей сейчас формально причислить к нашему среднему классу.

А нам что до этого? Конечно, проблема беженцев и нас кое-где касается: оказывается, путь бегства с Ближнего Востока в сытую Европу дешевле именно через Россию. К тому же у нас у самих уже более 600 тыс. беженцев. С Украины. И на Западе никто не всполошился по такому поводу. Ах, мол, гуманитарная катастрофа! Тоже, видать, злорадствовали: «сами виноваты — вот и расхлебывайте». Можно, конечно, и нам сейчас сделать широкий русский жест, вспомнив, что величие державы подтверждается тем, сколь она готова участвовать в решении мировых гуманитарных проблем. Не будем тут даже кивать на ненавидимую у нас Америку.

И мы могли бы по-великодержавному броситься, задрав штаны, на помощь братским арабским и прочим народам, принимая их, как детей испанских республиканцев в 30-х. Но нет, не бросимся. Такой жест и раньше выглядел бы натужным. Не имеющим никакой поддержки в обществе. А сейчас и подавно. Мы поселились с Западом в разных гуманитарных измерениях. Что бы ни делали мы или они — противоположная сторона даже самые благие шаги воспринимает в лучшем случае с подозрением. У нас почти никаких общих ценностей не осталось. По-хорошему, решение проблем ближневосточных беженцев могло быть предложено в рамках масштабной военной гуманитарной интервенции. Типа антигитлеровской коалиции, если угодно. С участием России, ЕС, Америки, а лучше еще и Китая. Но разве кто-то решится сейчас на этот бред?

«Мы поселились с Западом в разных гуманитарных измерениях»