«У вас даже украинцам дают только временный статус»

Массового притока мигрантов из стран Ближнего Востока в Россию не будет, уверен представитель Верховного комиссариата ООН по делам беженцев (UNHCR) в России Баиса Вак-Войя

Ситуация с беженцами в Европе — это действительно серьезный кризис? В этом году в Европу прибыло около полумиллиона человек — из Ливии, Сирии, Ирака… Задумайтесь: полмиллиона. Цифра ли это для Европы? Нет. Сейчас уже по миллиону беженцев живет в лагерях в Иордании, Ливане, Турции. Или возьмите Африку. В Кении в одном только лагере Дадааб — более полумиллиона человек. Так что Европа вполне в состоянии принять и расселить этих людей. Да, поток в 2015 году резко возрос. Но если бы мировое сообщество деятельнее участвовало бы в обустройстве лагерей беженцев на Ближнем Востоке, обеспечивая там, согласно регламенту ООН, минимальный жизненный стандарт, столько людей не потянулось бы в Европу.

Много ли людей из конфликтных регионов мигрирует в Россию? Сейчас основной поток беженцев — с Украины: 600 тыс. человек за последние полтора года. Из Ливии, насколько мне известно, нет никого. Сирийцев, приехавших после начала войны, немного, меньше 2 тыс. Как правило, их выбор обусловлен наличием родственников, живших или учившихся в России еще с советских времен. Российские власти всем им предоставили временное убежище — в таких случаях прав у заявителей нет никаких, кроме права на пребывание в стране, да и виза действительна на срок до года. Дальше ее надо либо продлевать, либо уезжать куда-то еще. Но обратно в Сирию эти люди вернуться уже не могут.

Как транзитную страну Россию использовать сложно. Страна у вас огромная, людей сам этот факт пугает. Да и в Европу отсюда самый долгий путь. Те, кто хотел в Россию или что-то знал о России, — они уже здесь.

Помогает ли как-то российское государство беженцам из Сирии, которые уже здесь? По нашим наблюдениям, подход властей — весьма избирательный. Украинские беженцы получили все — жилье, право на работу, дети в школу идут… Остальным — афганцам, африканцам, сирийцам — ничего не дают. Мы понимаем — Донбасс, русские православные люди… Ну и хорошо, что их так широко приняли. Тут дело в другом: избирательный подход сам по себе противоречит Конвенции ООН 1951 года по беженцам. Россия — правопреемница СССР, а СССР ту конвенцию подписал. Так что, ее надо выполнять.

Говорят, в России вообще непросто получить статус беженца, если вы конечно не Эдвард Сноуден… В России статус беженца рассматривают чуть ли не как национальное достояние — его почти никому не дают. Таких стран в мире наперечет. Даже украинцам вы даете только временное убежище. Почему — можно только догадываться. Такой статус позволяет государству брать на себя минимум обязательств перед людьми. Например, оно в любой момент этот статус может отозвать. Дело в том, что Конвенция ООН не регламентирует кому из беженцев какой статус давать, здесь каждая конкретная страна все решает на основе своего законодательства.

Но нас больше волнует другое: многим беженцам затруднен доступ к самой процедуре получения временного убежища. В ФМС постоянно очередь, причем многодневная, только пять человек в день, говорят, принимают. И в течение периода ожидания вам лучше не попадаться под руку полиции: остановят на улице для проверки документов, а документов-то и нет — за «нарушение миграционного режима» формально имеют право вас интернировать и выслать.

Вас тоже останавливали? Меня, если я не в костюме и не в автомобиле, останавливают постоянно: у полицейских стереотип — если ты африканец, значит, нелегал без документов. Им и в голову не приходит, что африканец может оказаться туристом или дипломатом. Причем останавливают меня не из-за того, что я черный, у них другой рефлекс срабатывает: человек без документов — источник дохода. Они так смотрят на людей.

Фото: news.vmarkse.ru