"Это Австрия!" в Брегенце

Выставка история

На выставке «Это Австрия!» показывают, как искусство после Первой мировой предчувствовало Вторую
Фото: vorarlbergmuseum.at

"Все, что вы хотели знать об Австрии, но не знали, где посмотреть" — такой подзаголовок могла бы получить большая выставка австрийского модерна, открытая в Брегенце. В пучину стилистических поисков 1920-1930-х годов нырнул специально для "Ъ" АЛЕКСЕЙ МОКРОУСОВ.

Выставка "Это Австрия!" в Брегенце начинается еще перед входом в Музей земли Форарльберг. Здесь можно услышать фрагменты звуковой инсталляции Петера Вайбеля "Те, кто нас оставил" (австрийский художник и куратор стал гостем нынешней Московской биеннале), она звучит и в атриуме самого музея, и на всех его этажах. Точнее было бы назвать эту работу "Те, кого мы оставили на произвол судьбы" — известный концептуалист перечисляет имена тех, кто после присоединения страны к нацистской Германии эмигрировал из Австрии или решил остаться, а в итоге был арестован и погиб в концлагерях.

"Это Австрия!" — под таким девизом производитель фотоаппаратов Перутц устроил в 1933 году фотоконкурс, призванный воспеть красоту родных просторов, единство пейзажа и гражданина. Идеологическая подоплека затеи была очевидна — переставшей быть империей стране требовалась новая национальная идея. При срочных поисках идентичности роль главного мифологизатора отводилась фотографии, не зря среди многочисленных фотожурналов 1930-х был и "Зов родины", издаваемый в Инсбруке.

Кураторы выставки в Брегенце обошлись с этим зовом сурово: в первых залах они показывают солдатские альбомы Первой мировой, в последних — фотоработы авангардистов. Контраст тем сильнее, что в промежутке между ними почти одни шедевры.

Нельзя сказать, будто их авторов сегодня забыли: многие из них считаются классиками живописи и фотографии, архитектуры и журнального дизайна. У одних — слава национального масштаба, хотя Рудольф Ваккер (1893-1939), представленный полудюжиной картин, явно заслуживает большего. Его полотно "Петрушка с куклами" (1922), находящееся в собственности города Брегенца, напоминает о двусмысленной атмосфере эпохи, где радость уцелевших в бойне Первой мировой соседствовала с ужасом перед будущим.

У других — слава всемирная, как у Арнольда Шенберга (композитор увлекался живописью и конструированием объектов) или архитектора-визионера Фридриха Кислера. Появление последнего неслучайно. Подзаголовок выставки "Изобразительные стратегии и концепции пространства. 1914-1938" подразумевает обилие театральных и архитектурных и моделей. Среди последних — "Франкфуртская кухня" (1926), разработанная Маргарете Шютте-Лихоцки для массового жилья в рабочих районах. На площади 3,44х1,87 м автор разместила все нужное для жизни, отсутствуют лишь посудомоечная и стиральная машины, которых тогда еще не было.

Представлен и макет дома, построенного в Вене по совместному проекту ученика Адольфа Лооса Пауля Энгельмана и великого философа и логика Людвига Витгенштейна. Витгенштейн, дипломированный инженер и обладатель патента на усовершенствование пропеллера для самолета, учился и архитектуре, но это его единственный реализованный проект, и то он лишь дополнял изначальный замысел Энгельмана, сфокусировавшись в основном на отделке дома для сестры. В уже готовом здании он потребовал снести потолок, а новый поднять на три сантиметра, интуиция ему подсказывала, что так будет гармоничнее. Страсть к перфекционизму была ненапрасна — дому предстояло стать центром венской интеллектуальной жизни конца 1920-х, где встречались многие ученые.

Макет витгенштейновского дома сделали два года назад для фильма Дани Гала "Как из далеких времен". Фильм, премьера которого состоялась в прошлом году на Берлинале, показывают и в Брегенце. Он рассказывает о неожиданной дружбе Симона Визенталя и Альберта Шпеера, помимо фрагментов переписки знаменитый охотник за нацистами, прошедший через 12 концлагерей Визенталь сохранил копии своих писем к главному архитектуру Третьего рейха и его ответы — здесь много цитат из работ Витгенштейна.

Есть в Брегенце имена, вошедшие в историю искусства по не зависящим от них обстоятельствам. Например, Губерт Ланцингер: его портрет Гитлера в рыцарских доспехах и с алым штандартом в руках представлен фоторепродукцией, а проткнутый солдатским штыком оригинал хранится в Музее армии США, куда картина поступила как трофей.

Искусство предчувствует катастрофы. Выставка полна работ, предвидящих будущее: авторам было достаточно внимательно посмотреть вокруг, чтобы понять, куда способно завести настоящее. Хранящийся в Берлинской галерее фотоколлаж дадаиста Рауля Хаусмана "Люди — это ангелы и живут на небе" (1921) или фотомонтаж Фридл Дикер-Брандайс "Так он выглядит, мое дитя, этот мир" (1933-1934) из Венского музея современного искусства оставляют мало шансов оптимистам. У Дикер-Брандайс, например, мир представлен как нагромождение сцен разрушения, насилия и страха, где рядом с новорожденным изображения штурмовиков и Гитлера. Многие, конечно, пытались избежать сближения с персонажами в коричневых рубашках, но удалось не всем — Дикер-Брандайс, как и многие другие, погибла в Освенциме.

Утробный зов родины