Покупка нефтетрейдером завода в Нидерландах может означать, что в Европе не предполагают ужесточения санкций против России

Депутат и политолог Вячеслав Никонов утверждает, что NASA специально объявила об обнаружении воды на Марсе в понедельник, чтобы «перебить» выступление Владимира Путина в ООН. Следуя этой логике, можно предположить, что и сама Генассамблея с учетом всей сопутствующей ей шумихи была призвана отвлечь мир от каких-то других событий, которые по тем или иным причинам не должны оставаться в тени.

Не будем злоупотреблять Никонов-style, но нельзя не отметить тот факт, что именно в день российско-американского дипломатического ристалища в Нью-Йорке деловые СМИ сообщили о намерении швейцарского трейдера Gunvor приобрести нефтеперерабатывающий завод Q8 Europort НПЗ в Роттердаме.

Ориентировочная сумма сделки — $300-500 млн — не очень большая. Да и актив не так чтобы очень перспективный. Предприятие надо либо модернизировать, либо закрывать, используя площади под склады. Собственно, так и собирались поступить другие претенденты на Q8 Europort — инвесткомпании Carlyle и Riverstone Holdings. В отличие от них, Gunvor обещает использовать НПЗ по прямому назначению. И поэтому швейцарский трейдер считается предпочтительным претендентом с точки зрения местных властей, заинтересованных в сохранении рабочих мест.

Но у Gunvor есть другой «вшитый дефект», который, по идее, не может не учитываться теми ведомствами, которые визируют сделку.

Основателя этой компании Геннадия Тимченко Вашингтон включил в «черные списки» чуть ли не сразу после того, как Путин объявил о присоединении Крыма. Минфин США аргументировал санкции в отношении Тимченко его близостью к российскому президенту.

Формально Gunvor к тому моменту уже был выведен из-под удара. Накануне американского демарша Тимченко продал свою долю главе компании Торбьорну Торнквисту. Но это не помешало в ноябре 2014-го Минюсту США и прокуратуре Восточного округа Нью-Йорка вновь вспомнить швейцарского трейдера и его основателя. По данным The Wall Street Journal, правоохранительные органы реанимировали антикоррупционное дело трехлетней давности, фигурантом которого была одна из дочерних компаний Gunvor.

«Gunvor не был уведомлен о расследовании против компании. Компания попала в политическую перестрелку», — так не без драматизма прокомментировал происходящее официальный представитель Gunvor Сет Пьетрас.

Американским прокурорам надо очень сильно постараться, чтобы достигнуть уровня мастерства сотрудников российского СК. И не стоит удивляться, что уже не связанный с Тимченко швейцарский трейдер сумел отбить атаку.

Мало ли что про кого говорят и кто с кем был связан.

Другой всемирно известный сырьевой трейдер — Glencore, тоже базирующийся в альпийской республике, — был основан Марком Ричем, который тоже имел большие проблемы с американским правосудием. Но в 1993-1994 годах, спустя 10 лет после бегства основателя из США, Mark Rich&Co сменила владельца и название (на Glencore) и, что называется, вышла на свободу с чистой совестью.

Правда, конфликт между Ричем и властями США носил, если можно так сказать, персональный характер. Бизнесмену инкриминировали уклонение от уплаты налогов. Без геополитического фактора тоже не обошлось — Рича подозревали в том, что он торговал иранской нефтью в обход эмбарго, наложенного Вашингтоном. Возможно, это даже было основной причиной преследований. Однако речь шла все же о противостоянии госмашины и хитроумного дельца. Никто не ассоциировал его с враждебным Тегераном. Для Запада Марк Рич оставался своим, хотя и блудным, сыном. Не случайно, он достаточно спокойно прожил остаток своих дней в Швейцарии.

К российским бизнесменам или бизнесу, имеющему российские корни, сегодня отношение принципиально иное. Наглядное тому подтверждение — мытарства Михаила Фридмана, которого британские власти вынуждают спешно продать третьей стороне недавно купленные нефтяные месторождения в Северном море. Министерство энергетики и изменения климата Великобритании отказалось согласовать сделку, опасаясь сложностей в случае введения санкций против новых собственников. Это при том, что владелец месторождений — фонд LetterOne — зарегистрирован в Швейцарии. А сам Фридман, не фигурирующий ни в каких «черных списках», чуть ли не в начале года перебрался в Лондон.

У Gunvor, несмотря на развод с Тимченко, позиция намного уязвимее. Особенно если антироссийские санкции будут ужесточаться. И нефтяное эмбарго будет введено уже в отношении Москвы. Ведь, скорее всего, британское Минэнерго имело в виду именно такое развитие событий, когда торпедировало сделку Фридмана. Наличие на европейском сырьевом рынке любого бизнес-субъекта, в той или иной степени связанного с Россией, — это лазейка для обхода гипотетического эмбарго.

Но как же тогда быть с НПЗ, принадлежащими Gunvor? Получается, что либо голландские власти недооценивают геополитические риски. И всплеск безработицы из-за остановки крупного предприятия их волнует намного больше. Либо вероятность дальнейшего усиления санкционного давления на Россию снизилась. Например, из-за решения Москвы, пусть и очень по-своему, но помочь США в борьбе с «Исламским государством» (группировка признана экстремистской и запрещена на территории РФ).

Тут, что называется, возможны варианты. Конечные выводы можно будет сделать лишь тогда, когда Gunvor станет (или не станет) владельцем Q8 Europort.

Но данный кейс лишний раз показывает действенность санкций.

В том числе, и персональных. Не окажись Тимченко в «черных списках», Запад не смог бы использовать бархатную реабилитацию его детища как повод для продолжения дипломатического торга с Кремлем.

Швейцарский связной: как Gunvor выходит из политической перестрелки