Крик-шоу "За Путина!"

"Мы не дадим вам просрать нашу победу!" Эта "емкая" фраза была брошена мне в лицо известным политологом. Точнее, нашептана. Что, собственно, и поразило меня больше всего. Ведь мы, как говорится, сто лет знакомы. Дело было во время очередной валдайской встречи международных экспертов-политологов осенью 2008 года, по горячим следам вполне реальной, хотя всего лишь пятидневной, войны, которую Россия затеяла тогда с Грузией. Прозвучи сия многозначительная сентенция публично, вслед за моим коротким выступлением, меня бы это не удивило – ну, должен же человек "отрабатывать", а я в тот момент первой из российских участников назвала войну войной, и именно российской.

Моего разгневанно-обиженного "тихого" оппонента, ныне депутата Госдумы, зовут Вячеслав Никонов. И он уже давно перестал стесняться открыто выражать глубинную неприязнь ко всему "незапутинскому" и столь же глубочайшее одобрение всему, что "про" и "за".

Впрочем, с тех пор на упомянутые встречи меня не приглашают. Собственно, то, что независимо мыслящим экспертам, политикам, журналистам, нечего делать на этой тусовке – как сегодня бессмысленно мелькать в крик-шоу на федеральных каналах немногим оставшимся оппозиционерам, – мы сами могли бы понять и раньше. Чтобы не становиться "обманкой" для почтенной западной публики, которая все еще полагала, что такие встречи отражают серьезные политические дискуссии в российском обществе, и не превращаться в необходимый элемент телешоу – мальчиков и девочек для битья на потребу жаждущим драки соотечественникам из числа тех, кто все еще включает телевизор.

Патриотическая истерика, последовавшая за объявлением об участии России в войне в Сирии, напомнила происходившее в первый день захвата Крыма

С "их победой" нам разобраться действительно не дали. Внутреннюю оппозицию власть превратила, говоря языком советского времени, в главного противника. С ней воюют на всех фронтах, и первый "груз 200" родственники получили – после выстрела на теперь уже навечно Немцовом мосту. Патриотическая истерика, последовавшая за объявлением об участии России в войне в Сирии, напомнила происходившее в первый день захвата Крыма. Тогда Совет Федерации дал президенту "добро" на отправку войск в Украину в прямом эфире. Единогласно. В качестве прикрытия вовсю идущего вторжения "зеленых человечков" в Крым. Серьезными дискуссиями о последствиях сенаторы не заморачивались. Проштамповали и ужинать пошли. Разрешение президенту направить войска в Сирию, опять же прикрывшее уже запущенную операцию, тоже никто серьезно не обсуждал – какие уж там споры специалистов о перспективе и опасностях наземных боевых действий против "Исламского государства", возможных потерях и расходах из российского бюджета. Сенаторам сказали – они сделали. И – в телевизор. Боевой дух возбуждать, населения и собственный.

Каковы все-таки цели России в Сирии? – настойчиво интересовался ведущий Первого канала у своих кричащих гостей, причем было не очень понятно, то ли имелись в виду цели бомбометания, то ли более, так сказать, общие – всей затеи. Из гвалта ему удалось выудить только один вменяемый ответ – и тот неконкретный: борьба с терроризмом. Остальные, перебивающие друг друга возгласы, сводились к следующему: "Попали не попали – дело десятое. Главное – Россия встала с колен и теперь займет положенное ей место под солнцем".

Бомбить Сирию? Под бомбежками погибнут невинные мирные граждане (до последнего времени главное обвинение, адресованное возглавляемой американцами международной коалиции)? "Ну и что?" "На войне люди гибнут, – в запале парировал один из участников крик-шоу. – Их там уже и так много погибло, да кто их вообще считает…"

О других целях сирийского похода, естественно, никто не кричал. Может, потому, что он скорее напоминает спецоперацию прикрытия? Да и вообще, о таких вещах в России нынче не то что кричать, говорить не принято – если только на ушко. Или на собственной кухне. И краны все включить на полную, чтобы вода шумела.

Здесь и не поддающиеся решению экономические трудности, которые отныне можно будет списать на помощь Сирии – раз уж мы, "избавляем человечество от террористов", а за общее дело и пострадать не грех. Здесь и нежелание самого Путина войти в историю президентом, проигравшим "Новороссию". Ведь в Сирии, даже если ничего путного не получится, поражение можно будет списать на "никчемных союзников" вроде США и "прочих европейцев" – вполне по-путински.

Сколько поляжет в Сирии российских солдат – из тех, кто "всегда гибнет", мы в ближайшее время вряд ли узнаем: Путин своевременно подписал указ, относящий к государственной тайне сведения Министерства обороны о потерях в ходе специальных операций в мирное время. Так что наши сограждане были избавлены от необходимости огорчаться по этому поводу. А несознательные журналисты обрели возможность попасть в тюрьму.

И, наконец, еще одно, на мой взгляд, вероятное последствие сирийской операции – новый раунд борьбы с теми, кто заранее записан в "непатриоты", чтобы они, не ровен час, не "просрали" ту самую "нашу победу". Тем более, как, видимо, надеются путинские аналитики, сочувствующему гражданскому обществу Западу будет вроде как не с руки одергивать партнера по борьбе с терроризмом.

А российским спецслужбам и напрягаться особо не придется в поисках этих надоедливых типов: вот они мы – все в списках "иноагентов". Депутат-коммунист Вадим Соловьев на днях очень кстати внес свою лепту в борьбу с "главным противником" – проект закона о введении уголовной ответственности за клевету на государство – не иначе пролистал старый добрый советский УК. Многообещающая тема для будущих крик-шоу.

Галина Сидорова, московский журналист