Young and Dramatic

Загадочные Young and Dramatic играют седативные песни на английском языке, по которым невозможно установить прописку группы. Такую печально-уютную музыку сейчас записывают 20-летние и в Осло, и в Лидсе, и в Брянске. Накануне питерского и московского концертов группы мы попросили Young and Dramatic рассказать о себе в 10 фотографиях: выяснилось, что они из Минска, а история эволюции проекта — от «песни за пивасик» до интернет-популярности и концертов с «Иисусом донецкого блэк-метала» — типическая история молодой инди-группы образца 2015 года.

Алексей Чумак, вокалист и основатель Young and Dramatic

1.

Мы начали играть шесть лет назад. Нам сразу же улыбнулась фортуна в лице единственной музыкальной студии в нашем почти окраинном районе Минска. Улыбнулась довольно снисходительно, ну оно и понятно: точка была оккупирована ребятами за 30 разной степени патлатости, игравшими в основном что-то в диапазоне от ню-метала до фолк-метала. Да и точку мне показал мой брат, который сам тогда играл в ню-метал-группе. Место, надо сказать, совершенно замечательное. Админы сначала смотрели на нас, явно сдерживая смех, но потом мы как-то стали их любимцами, и они скакали под наши песни похлеще Мика Джаггера под спайсами. На моей памяти это единственная студия, где можно было записать песню за 30 баксов и свести ее за пивасик.

2.

Прошла пара лет, и мы решили сменить нашу панковскую точку и попробовать что-то новое. Этим новым для нас тогда оказался инди-рок, и мы с моим верным товарищем и по совместительству басистом Никитой подумали, что было бы здорово найти еще кого-то, кто такую музыку играет. На одном форуме нашелся парень, который утверждал, что он практикует «драмминг». Мы позвали его в команду, и он оказался заядлым фанатом Led Zeppelin, поэтому перенимал у их барабанщика практически со стопроцентной точностью все, кроме игры на ударных. Так мы проиграли почти полгода и выступили первый и последний раз. Обычно первое выступление у никому не известных команд происходит в каком-нибудь «обрыганном» клубе на 50 человек, которых тебе предлагается упрашивать покупать билеты, но у нас все было по-другому: мы должны были играть в парке на сцене под открытым небом на дне рождения одного нашего состоятельного знакомого. И вот тут началось что-то вообще непонятное: когда мы вышли на сцену и начали играть, мы с удивлением обнаружили сзади танцовщиц гоу-гоу. Надо сказать, музыка у нас и тогда особой веселостью не отличалась, поэтому бедные (и бледные — шел довольно холодный сентябрь) барышни просто не знали, какие движения под это дерьмо вообще можно делать. В середине концерта подошел именинник и попросил сыграть что-то немного повеселее.

3.

Довольно скоро инди-рок нас утомил, и мы открыли для себя мидвест-имо и мат-рок-волну: Colour, This Town Needs Guns, American Football и вся вот эта музыка с гитарами, под которую абсолютно невозможно танцевать и не выглядеть при этом как лох. Песни писались по негласному правилу «чем сложнее, тем лучше». У меня было по гитарному строю на каждую песню, поэтому большую часть концерта занимала перестройка — в общем, было тухленько.

4.

Все время, что я играл в группах, я параллельно писал песни под одолженную у Никиты акустику. Как-то раз я приболел в аккурат на свой день рождения, и родители купили мне звуковую карту, «чтоб побыстрее поправился». Как быстро я тогда поправился, не помню, но карта пригодилась.

5.

В какой-то момент я решил выкладывать то, что записывал у себя дома, под довольно сомнительным именем Young and Dramatic. И вот как-то пошло-поехало. Постепенно музыка начала расходиться по интернету. В то время я все еще доигрывал в мат-рок-команде, но ее дни были сочтены, и она вполне предсказуемо распалась. Тогда мы с Никитой начали подумывать о том, что стоило бы собрать команду и играть песни Young and Dramatic, но поиски музыкантов растянулись почти на полгода. Одно время с нами даже играл барабанщик Дима из Донецка, которого на родине прозвали «Иисусом донецкого блэк-метала». Дима оказался легендарен еще и тем, что играл в Донецке с самой «Коррозией металла».

6.

Прошлым летом мы начали записывать альбом. Дело это очень затратное и по времени, и по средствам. Альбом вышел довольно «гэрэжбэндовским» — все эти песни до записи почти не игрались вживую всей командой; все партии, кроме баса (Никита мне не доверяет), я придумывал дома или где-то в дороге и записывал на айфон, а потом разучивал дома. В итоге альбом мы записали вдвоем с Никитой, разве что ударные помог записать наш друг Вик из минской команды ENAU. Сведение потом тянулось так долго, что к тому моменту, как альбом уже был готов, мы его почти возненавидели.

7.

После записи мы наконец нашли прекрасного барабанщика Рому и блестящего тапера Серегу. Еще в процессе записи мы понимали, что вживую все это будет звучать по-другому. К тому же мы репетировали (и репетируем) на такой панковской точке, что там грех играть что-то, не включив овердрайв. Тут стоит остановиться и немного подробнее рассказать об этом месте. Вот приходишь в эту каморку в полузаброшенном здании, и сразу хочется играть то ли Cloud Nothings, то ли Touché Amoré, то ли рэп читать. Удивительной силы место. Нигде такого не видел.

8.

Прошлой зимой мы отправились в наш первый тур. Мы даже почти не пили в тот раз. Нам понравилось.

9.

А летом мы еще раз ездили в тур. Мы много пили. Нам понравилось.

10.

Совсем скоро, уже на следующей неделе, мы выдвигаемся в Питер и Москву снова. К сожалению, Серега-клавишник не сможет с нами поехать в этот раз, но с нами поедет Серега-гитарист, с которым мы начинали играть рок-музыку еще на той самой точке, где можно было записать песню за 30 баксов и свести ее за пивасик. Мы сыграем много новых треков из второго альбома, который мы планируем начать записывать по возвращении.

Young and Dramatic выступают 29 ноября в «Биржа-баре» (Санкт-Петербург), а 1 декабря — в «16 тоннах» (Москва)