Фото: ЕРА

Французские националисты во главе с Марин Ле Пен одержали решительную победу в первом туре региональных выборов. Однако закрепить успех через два года на президентских и парламентских выборах ей вряд ли удастся.

Коричневая волна

Хотя опросы общественного мнения и прочили Марин Ле Пен, возглавляющей националистическую партию «Национальный фронт» (НФ), высокие результаты на прошедших в воскресенье во Франции региональных выборах, размах ее победы превзошел ожидания. «Фронт» оказался лидером в шести из 13 французских регионов. В регионе Нор — Па-де-Кале — Пикардия список националистов во главе с Ле Пен получил 40,64% в первом туре. В регионе Прованс — Альпы — Лазурный Берег список НФ, который возглавила ее племянница Марион Марешаль-Ле Пен, получил 40,55% голосов.

И для правых, и для левых результаты партии Ле Пен оказались шоком. «Эту волну «морской синевы» (marine — по-французски «морской». — РБК), или, точнее, коричневую волну, опросы предвещали на протяжении недель, и тем не менее она захватила врасплох», — оговаривает Le Monde в редакционном материале.

Результаты НФ стали провалом как для правящей Социалистической партии во главе с Франсуа Олландом — она получает большинство только в двух из 13 регионов, так и для правоцентристов из партии «Республиканцы» экс-президента Николя Саркози, которые стали лидерами только в четырех регионах против шести-семи ожидавшихся. По итогам подсчета голосов во всех регионах за НФ было отдано 27,9% голосов, следом идут «Республиканцы» (27,25%) и только потом Соцпартия (23,41%). Чтобы сгладить впечатление, в Елисейском дворце даже предпочли суммировать результаты двух основных политических лагерей: левые силы в совокупности получили более 35%, а правые — более 31% голосов.

Виновница торжества арифметику в расчет принимать не стала: НФ она назвала в воскресенье вечером «бесспорно первой партией Франции». Не скрывая своего удовольствия, Ле Пен в победной речи объявила, что принимает результаты выборов «со смирением, с серьезностью и с глубоким чувством ответственности».

Чтобы сформировать региональные органы власти, ее партии придется выиграть второй тур региональных выборов, к которому будут допущены все списки, набравшие больше 12,5% голосов избирателей.

Желая не допустить этого, социалисты готовы даже «пойти на жертву» и поддержать партию Саркози, снявшись с выборов как минимум в регионах Нор и Лазурный Берег. Правые на такие уступки не готовы: как заявил Саркози, его соратники не будут ни выходить из гонки (это может сыграть в пользу националистов), ни включать в свои списки левых. Наблюдая эти противоречивые попытки создать «республиканский фронт», который бы противостоял «фронту национальному», радиостанция RFI уже задается вопросом, а не возглавит ли Ле Пен в конечном итоге регион Нор.

Отвечая беженцам

Рост популярности НФ британский журнал The Economist объясняет наложением друг на друга трех таких конъюнктурных повесток: греческого долгового кризиса, наплыва в Евросоюз беженцев с Ближнего Востока и проблемы терроризма. Эти три вопроса «напрямую сыграли на руку националистам по всему континенту, от Польши до Швейцарии». «В запутавшейся и встревоженной стране у французов на грани срыва это уравнение страха бесспорно спровоцировало губительные последствия», — приводит те же соображения Le Monde.

Риторика «Национального фронта» 2015 года отличается от того, с чем приходила к избирателям одноименная партия десятилетней давности. Во многом это заслуга его лидера Марин Ле Пен, отмежевавшейся от своего отца Жана-Мари Ле Пена, основавшего партию сорок лет назад. Она порвала с присущей тому откровенной ксенофобией и антисемитизмом, объявив о «детоксикации» партии, и стала апеллировать к «простым французам», используя в том числе и ту риторику, которую раньше считали своей только левые партии. Промышленный регион Нор, в котором она победила, когда-то был вотчиной социалистов. Но основной посыл оставался: борьба с иммиграцией, диктатом европейских институтов и возрождение национального величия Франции. «На протяжении всей истории [в партии] были те, кто занимался защитой идей, и те, кто искал способов достичь власти», — объяснял Le Monde в 2012 году специалист по французским ультраправым Александр Дезе.

«Динамика партии объясняется деликатным балансом, который удается соблюдать Марин Ле Пен: между радикальными высказываниями, которые позволяют ей аккумулировать голоса, с одной стороны, и постоянным навязыванием идеи, что НФ также может быть частью правительства», — рассуждает на страницах La Croix сотрудник Национального центра научных исследований Жиль Ивальди.

Очередная победа националистов пока не означает, что во Франции на деле складывается трехпартийная система. Еще в 2006 году Ивальди пришел к выводу, что националисты не имеют присущей партийным институтам четкой структурной организации, а их успехи объясняются ростом протестного голосования, общим разочарованием французов в традиционных политических институтах и их готовностью поддерживать тех политиков, которые в ходе кампании поднимают частную конъюнктурную проблематику, но могут при этом и не иметь четкой идеологии. Кроме того, против НФ играет сам институциональный дизайн Французской Республики.

Ле Пен против всех

В 2017 году французам предстоит вновь прийти на избирательные участки, в мае того года они будут избирать президента, а в июне — парламент. В сложившейся во Франции политической системе ультраправым едва ли можно рассчитывать на кресло президента. Основатель НФ Жан-Мари Ле Пен ближе всего подошел к этой цели более десяти лет назад. В июне 2002 года он неожиданно обошел в гонке социалистического премьер-министра Лионеля Жоспена, который, как считалось, имел равные шансы на победу во втором туре с тогдашним президентом Жаком Шираком. До этого Ле Пен уже трижды пытался избраться президентом.

Разница между Ле Пеном и Жоспеном составила меньше 0,7% от общего числа голосов, националист получил 16,86%. Прохождение Ле Пена во второй тур стало шоком для французов, в крупных городах прошли массовые манифестации под лозунгами «Мне стыдно!», объединившие и левых, и правоцентристов — сторонников Ширака. «Я призываю всех французов и француженок объединиться на защиту прав человека! — призывал перед повторным голосованием Ширак. — Сегодня поставлены на кон наше национальное единство, республиканские ценности, сама идея того, что есть человечество, его права и достоинство». Через две недели действующий президент Ширак набрал 82,2% голосов — его кандидатуру поддержали 25,5 млн французов, в пять раз больше, чем в первом туре. Ле Пен получил всего на 700 тыс. голосов больше (5,5 млн, или 17,79%), чем в первом туре.

Пока опросы общественного мнения указывают на то, что Ле Пен в 2017 году имеет все шансы пройти во второй тур (в 2012 году на президентских выборах она получила 17,9% голосов). Но там ее уже ждут сложности: она уступает всем кандидатам от правоцентристов, Саркози например, со счетом 60:40. Единственный политик первого ранга, который рискует проиграть Ле Пен во втором туре, — это президент Олланд. За него, по данным сентябрьского опроса Ifop, во втором туре проголосовали бы только 46% избирателей, за националистического кандидата отдали бы голоса 54%. Но этот опрос проводился до террористических атак 13 ноября, с тех пор рейтинги одобрения главы государства подскочили сразу на 20%, почти достигнув тех же значений, что и после избрания три года назад.

Парламент заблокирован

Используемая на выборах в Национальное собрание избирательная система с высокой вероятностью гарантирует, что «Национальный фронт» останется за бортом политики. Нижняя палата парламента состоит из 577 депутатов, они избираются на пять лет прямым голосованием по мажоритарной системе, т.е. по одномандатным округам, опять же в два тура. Эта особенность на протяжении полувека не давала малым партиям получать существенное представительство в парламенте. Единственное исключение составили выборы 1986 года. Тогда с подачи президента-социалиста Франсуа Миттерана была введена пропорциональная избирательная система. Таким образом, считали противники президента, Миттеран хотел размыть представительство правой оппозиции за счет НФ. Расчет Миттерана удался лишь отчасти: партия Ле Пена получила 9,65% голосов и впервые сформировала собственную фракцию, но правая оппозиция все равно получила на два голоса больше, чем социалисты и коммунисты, — новое правительство сформировал лидер правоцентристов Ширак. Его кабинет сразу же отказался от пропорциональной системы, уже в 1988 году прошли новые выборы, на которых партия Ле Пена получила те же 9,66%, но провести в парламент смогла лишь одного человека.

Та же история повторилась три года назад. На выборах 2012 года националисты уже под предводительством Марин Ле Пен получили 13,6% голосов и только два места в Национальном собрании.

Правые стали первыми