Оригинал материала
«Сил организовать собственную бузу у них нет»
11 декабря 2015 года журнал "Профиль" опубликовал интервью с директором информационно-аналитического центра "СОВА" Александром Верховским о том, как сейчас себя чувствуют националистические движения в России.
11 декабря 2010 года, на Манежной площади в Москве около пяти тысяч человек собрались на митинг, посвященный памяти болельщика «Спартака» Егора Свиридова, погибшего в ходе нападения группы выходцев с Северного Кавказа. Митинг на Манежной перерос в столкновения с милицией. Потом по России прокатилась волна митингов и уличных столкновений коренных жителей с выходцами из кавказских республик. – Сопредседатель запрещенного в России движения «Русские» Александр Белов Поткин уже год сидит в СИЗО, другого сопредседателя этого движения, Дмитрия Демушкина, вызывают на допрос в Следственный комитет России в связи с делом об экстремизме. Правоохранительные органы стали вести себя более агрессивно по отношению к националистическому крылу?**
– Последние год-полтора мы наблюдаем такую тенденцию. Все политические группы, придерживающиеся этих взглядов, находятся сейчас под давлением явно большим, чем раньше. Достаточно точечных дел, не обязательно связанных с посадками, и движение быстро как-то затухает.
– С чем может быть связана активность правоохранителей?
– Это отчасти гадание на кофейной гуще, но я думаю, что это связано с экономическим кризисом и окончанием конфликта на юго-востоке Украины, откуда возвращаются тысячи воевавших там людей, не обязательно националистов. Можно предположить гипотетически, что эти люди могут влиться в какие-то радикальные формирования. Поэтому в каком-то смысле идет превентивное искоренение подобных групп.
– Дмитрий Демушкин в одном из своих недавних интервью говорил, что политический национализм прекращает свое существование в России…
– Движение националистов в глубоком кризисе, но давление со стороны властей здесь не самый главный фактор. И вползать в этот кризис оно начало еще до конфликта на Украине, расколовшего российский националистический лагерь. Политическое движение должно ставить перед собой политические цели. Недостаточно просто ходить на марши – это все должно делаться для чего-то. Движение русских националистов в том виде, в каком оно сформировалось в начале 2000‑х годов, было заточено под создание этнически чистой России, «России для русских». Это была политическая цель, к которой они пытались идти разными способами. То пытались провоцировать беспорядки, то пытались присоединиться к уже вспыхнувшим беспорядкам, то пытались участвовать в выборах. Но к своей политической цели они не смогли приблизиться ни на шаг. Это само по себе со временем начинает обескураживать. При этом само движение в какой-то момент перестало расширяться численно. Московский «Русский марш» начиная где-то с 2010 года собирал порядка шести тысяч человек. И приходили на эти акции одни и те же люди. Если посмотреть, то «Русский марш» на 90 процентов – это радикальная, уличная молодежь с националистическими идеями. И не обязательно скинхеды – это уже ушедшая натура, в столицах по крайней мере. В принципе это неплохой материал для политического строительства, только ограниченный численно. И за пределы этого материала они выйти никак не могли. Количество сторонников не увеличивалось. В 2013 году, когда сверху запустили антииммигрантскую кампанию, они воспряли духом. Но их надежды испарились, когда стало ясно, что государство свою кампанию сворачивает. А потом вспыхнул конфликт на Украине, пошли раздоры в рядах националистов. Думаю, что у нынешних лидеров нет политического будущего. Сейчас процветают прокремлевские движения, в первую очередь это «Родина».
– Попытка перехватить инициативу?
– Не совсем. В отличие от 2003 года, когда создавалась первая «Родина», здесь нет такого масштаба. Прокремлевские группы пользуются режимом благоприятствования, но никто их особо не двигает. Мы видим, что результаты «Родины» на выборах печальные. Это значит, что в нее совсем не вкладывается административный ресурс. Но им дают жить.
– Спрос на националистическую идею существует сейчас в российском обществе?
– Мы знаем, что какое-то количество наших сограждан не любят мигрантов и хотели бы избавиться от всех «неместных». Но при этом, как мы видим, эти люди совершенно не поддерживают националистические партии. Не голосуют за них, на марши не ходят. Националисты всегда думали, что это на них спрос, но выяснилось, что это не так. Граждане, которые не любят мигрантов, обращаются к власти, от власти ждут каких-то действий. Националистов ни оппозиционных, ни провластных не поддерживают, а рассчитывают, что начальство придет и все решит. Эта ситуация невыгодна стратегически любому политическому движению, националистическому – тоже.
– В одном из недавних докладов «Совы» указывалось, что сейчас резко увеличилось число связанных с националистами спортивных клубов, члены которых занимаются боевой подготовкой. Они готовятся к смутным временам?
– Эта среда всегда была склонна к силовым развлечениям. Но сейчас эта работа стала проводиться более систематически. И, несомненно, это связано так или иначе с конфликтом на юго-востоке Украины. Какие-то группы просто были вовлечены в эту войну, регулярно туда ездили, какие-то, может быть, планировали поехать туда в будущем. «Русское национальное единство» в 90‑е годы тоже занималось подобными тренировками и все надеялось, что настанет момент, когда оно разом выйдет из подполья и совершит национальную революцию. А кончилось для РНЕ все довольно плохо.
Нынешние группировки тоже надеются, что не век же этой политической стабильности быть, рано или поздно случится какая-нибудь катавасия, и вот они такие боеготовые выйдут и примут в ней участие. Но тут все зависит от того, будет катавасия или не будет. Сил организовать собственную бузу у них нет, а вот подключиться к уже существующей – это они могут.
– Нынешняя антизападная риторика властей как-то влияет на позиции националистического движения?
– Государство выступает в роли адепта политического национализма, но не этнического. Это не попытка играть на их поле, а именно попытка предложить другой национализм. При большом патриотическом подъеме, который мы наблюдаем, и несравнимых возможностях государство здесь выигрывает. Вопрос в том, куда это пойдет дальше.
Источники