Оригинал материала
Французский суд отказался снять арест с российской госсобственности
Апелляционный суд Парижа отклонил ходатайство России о приостановке принудительного исполнения на территории Франции решения гаагского международного арбитража о взыскании 50 миллиардов долларов по иску бывших акционеров ЮКОСа. Об этом сообщает РБК со ссылкой на гибралтарскую компанию GML, представляющую их интересы.
В GML назвали решение апелляционного суда своей победой, которая позволит продолжать обращать взыскание на имущество, принадлежащее России.
В ноябре партнер французской юрфирмы De Gaulle Fleurance & Associés, представляющий интересы России, сообщил, что с июня акционеры ЮКОСа добились более 150 решений об арестах российских активов. По его словам, Россия оспорила в нескольких французских судах первой инстанции все эти решения. При этом адвокат отказался раскрывать полный список арестованного имущества. По его словам, Россия не обладает полной информацией о том, какие ее активы заморожены.
В июле 2014 года Третейский суд в Гааге взыскал с России около 50 миллиардов долларов по иску бывших акционеров ЮКОСа. Поскольку Россия не начала выплаты истцам, с июня 2015-го в разных западных странах начались аресты российского имущества. Так, активы России были арестованы во Франции и Бельгии. Акционеры также подали заявления об исполнительных мерах по иску в суды США, Великобритании и Германии, поскольку в этих странах, в отличие от Франции и Бельгии, нельзя арестовывать имущество без санкции суда.
23 октября Госдума приняла закон о мерах в ответ на аресты российского имущества за рубежом. Согласно документу иностранное государство, предъявившее в российский суд иск или иным образом выступившее в разбирательстве по существу дела, признается отказавшимся от судебного иммунитета, причем этот отказ в отношении конкретного спора распространяется на все стадии разбирательства и отозван быть не может.
Во вторник Владимир Путин подписал закон, разрешающий Конституционному суду признавать неисполнимыми решения международных судов, в случае их противоречия российской Конституции.