В процессе ожидания

Едва ли не главной отличительной особенностью уходящего года – по крайней мере в том, что касается экономики, – стал практически непрерывный процесс ожидания. Ждали стабилизации нефтяных цен, рубля и российской экономики. Ждали отмены санкций или хотя бы импортозамещения. Уже с весны, практически ежемесячно, кто-то из экономического блока правительства выходил на публику и бодро рапортовал о скорой стабилизации экономики и ее грядущем восстановлении. Однако недолгие периоды стабилизации вместо роста сменялись новыми потрясениями: падали цены на нефть, за ней курс рубля, а за рублем и реальные (с поправкой на инфляцию) зарплаты и реальные доходы населения. В ожидании улучшений многие проели свои последние накопления, многие залезли в кредит под высокие – 20–25% – ставки.

Не будет большим преувеличением сказать, что именно население России от нынешнего кризиса страдает сильнее всего, и в этом отличие ситуации от потрясений 2008–2009 годов. Если объемы экономики в целом, по оценке Минэкономразвития, сократились менее чем на 4%, то зарплаты в реальном исчислении уменьшились почти на 12%. А если учесть, что продовольственная инфляция в этом году серьезно превысила общие официальные показатели инфляции – около 13%, то несложно сделать вывод о том, что рядовые россияне стали хуже питаться. Это подтверждают и данные о динамике розничной торговли, и многочисленные опросы, свидетельствующие о том, что население в 2015 году стало экономить на еде. И дело не в отказе от запрещенных властями иностранных деликатесов. За черту бедности было вытолкнуто более 2 миллионов граждан – теперь их в России больше 17 миллионов человек.

Но пострадали не только самые незащищенные. Если посмотреть, что происходит на автомобильном рынке, который оправданно считается индикатором благополучия среднего класса, то несложно заметить: продажи в уходящем году рухнули более чем на 40%, а по отдельным маркам падение превысило 90%. Представительства некоторых мировых автоконцернов, включая китайские, начали паковать чемоданы. Схожая ситуация – на рынках бытовой техники и электроники. Говорить в условиях стремительно схлопывающегося рынка об инвестициях в импортозамещение, да еще и при неконкурентоспособных ставках по кредитам, по меньшей мере наивно. Последние события не добавляют оптимизма. Запрет турецких помидоров вовсе не означает расцвета овощеводства в Краснодарском крае. Оставшись без дешевого турецкого продукта, граждане вовсе не перейдут на дорогой краснодарский. Многие просто сократят потребление, а то и вовсе исключат помидоры из будничного рациона.

Всем нам и впредь предстоит "приспосабливаться", сокращая, экономя на еде и другом самом необходимом

Никаких серьезных улучшений в 2016 году, по крайней в первой его половине, ждать не приходится. Цены на нефть, с некоторых пор целиком и полностью определяющие все аспекты экономической и политической жизни России, никаких признаков роста не обнаруживают. Снятие действовавшего в течение 40 лет запрета на экспорт нефти из США делает США еще одним участником в разразившейся с подачи Саудовской Аравии торговой войны за рынки сбыта. Предложение серьезно превышает спрос, сухопутные хранилища почти переполнены, да еще и Иран готовится с января начать битву за свою долю.

Наконец, еще один не слишком приятный для российской экономики фактор. В декабре Федеральная резервная система США повысила ставки. Это бы еще полбеды – событие было ожидаемым, к нему весь год готовились. Хуже другое: глава ФРС Джанет Йеллен недвусмысленно дала понять, что речь идет не о разовой акции, а о цикле, который продлится как минимум весь 2016 год. Это значит, что при прочих равных условиях инвестиций российской экономике ждать не стоит. Ближе к концу года ряд российских чиновников выступили с умеренно-позитивными прогнозами, указывая на то, что российская экономика начинает приспосабливаться к низким ценам на нефть. Для населения это не слишком хорошая новость, поскольку всем нам и впредь предстоит "приспосабливаться", сокращая, экономя на еде и другом самом необходимом.

Максим Блант – экономический обозреватель, начальник отдела макроэкономического анализа компании "ФинГрад"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции