Нынешняя российская власть не умеет работать с негативной повесткой и еще никогда не шла на выборы в тяжелых экономических условиях. Кто сумеет внушить людям надежду, станет главным бенефициаром предвыборной кампании

Надежда на избавление

Одной из самых главных эмоций в политике является надежда. Люди предпочитают идти за теми вождями, которые внушают им оптимизм. В наступившем году надежды россиянам будет очень не хватать. Социологи в один голос говорят, что уровень социального оптимизма в стране падает, вместо эйфории приходит осознание того, что за внешнеполитические успехи последних двух лет надо платить. В таких условиях в стране начинается избирательная кампания.

Главный секрет победы на выборах можно описать простой фразой: «Найди, чем напугать избирателя, а потом предложи ему надежду на избавление от источника страха». С первой частью формулы проблемы сейчас нет — россияне боятся и войны, и террористов, и бедности. Вопрос в том, кому из политических игроков удастся разрешить вторую задачу — вселить в людей оптимизм. Теоретически такой силой может оказаться и оппозиция. Пока во всяком случае недостатка в прогнозах, предсказывающих успех на будущих выборах КПРФ, нет. Если что и помешает коммунистам преуспеть, то это как раз их неумение внушать оптимизм. Обычно их прогнозы носят апокалипсический характер, а рисуемый образ будущего — чрезвычайно мрачен. На их фоне правительство, утверждавшее, что трудности носят временный характер, а будущее светло и безоблачно, всегда внушало гораздо больше надежды. В этот раз, однако, все может измениться.

Российские власти сталкиваются с таким вызовом впервые за последние пятнадцать лет. Начиная с 2000 года они всегда шли на выборы на восходящем тренде — уровень жизни в стране рос, росли и надежды на будущее. Даже прошлый избирательный цикл, который Кремль прошел с большим трудом, начинался в гораздо более благоприятной обстановке (до третьего квартала 2010 года точка зрения, что дела в стране идут в правильном направлении, оставалась устойчивой). Снижение началось лишь в конце лета. Теперь же выборам будет предшествовать гораздо более длинный и постоянно усиливающийся пессимистичный тренд.

Чилийский опыт

Авторитарные режимы не умеют работать с негативной повесткой. Как правило, их крушение начинается в условиях падающей экономики. Российская власть здесь не исключение: не найдя ответа на снижение социального самочувствия граждан осенью 2010 года, «Единая Россия» ухудшила свой результат на 15% и, не сумев набрать простого большинства (получив 49,32% голосов), по сути проиграла думские выборы.

Обычно на снижение легитимности все авторитарные правители реагируют одинаково — они пытаются консолидировать вокруг себя социум, создавая и раздувая образ врага. Это эффективно работающий прием, который плох только одним: он не внушает оптимизма. Если российская оппозиция поймет это и сумеет этим воспользоваться, то впервые за долгие годы у нее появится шанс овладеть главной политической эмоцией — надеждой.

Примеры того, как это сделать, в истории есть. В 1988 году, после пятнадцати лет правления в Чили диктатора Пиночета, в стране был назначен референдум по вопросу продления его полномочий еще на восемь лет. Опросы, организованные оппозицией, показали, что оптимизма по поводу будущего страны народ не испытывает, однако при этом открыто высказываться против режима люди опасаются.

В такой атмосфере лидеры оппозиции сознательно отказались строить свою стратегию на обличении властей. Они понимали, что в атмосфере жесткого противостояния конформистское большинство испугается и предпочтет революции «стабильность». Поэтому ставка была сделана на позитив. На первый взгляд это было парадоксальное решение: отказаться от борьбы, чтобы победить; провести оппозиционную кампанию без негатива.

Это не была кампания против Пиночета, не было это и рекламой оппозиционных лидеров. Речь шла об эмоциях: о том, как хорошо иметь свободу выбора, как радостно будет снова поверить в будущее. Правительство ответило негативом: оно пугало народ возвратом к хаосу 1970-х и говорило об угрозе нестабильности. Рекламные ролики оппозиции, в которых дети запускали воздушных змеев, рисовавших в безоблачном небе слово «нет» (именно этот вариант ответа должны были выбрать голосующие), выглядели на фоне правительственных страшилок еще более позитивными и привлекали все больше сторонников.

Даже готовясь противостоять фальсификациям, оппозиционеры, как могли, старались избежать конфронтации. Настраивая журналистов, они делали акцент на том, что просят их описывать не «выступление против властей», а «ошибки в подсчетах, допущенные компьютерами». Впрочем, бороться с фальсификациями не понадобилось. Через сутки после голосования Пиночет признал свое поражение. Консультировавший его знаменитый английский политтехнолог Тим Белл говорил впоследствии, что кампания «нет», проведенная оппозицией, была одной из лучших кампаний всех времен. «В ней не было ничего, кроме одной эмоции — счастья. — писал Белл. — Вопрос был поставлен очень просто: «Хочешь быть счастлив? Голосуй «нет!»

Игра на эмоциях

Решение, которое после победы стало выглядеть как естественное и единственно правильное, далось оппозиции нелегко. Многие ее лидеры требовали жесткой конфронтации, обличений преступлений режима и призывов к революции. Предложение противопоставить диктатору поющих детей и смеющиеся лица было, по мнению закаленных борцов с генералом, слишком легковесным и несерьезным. Они подходили к политике слишком рационально. Политика была, с их точки зрения, соревнованием идей и аргументов, царством логики. К счастью для чилийцев, в оппозиции оказались и другие люди. Которые почувствовали, что политика — это не столько логика, сколько эмоции. И что уставшим от атмосферы ненависти, подозрений и противостояния чилийским обывателям хочется не продолжения борьбы, а чего-то обнадеживающего и радостного. Оппозиция создала атмосферу праздника и победила. Ее слоганом была фраза «Чили, радость приближается».

Оценивая во время предыдущей думской кампании мотивы, которыми руководствуются в ходе голосования россияне, специалисты Левада-центра пришли к выводу, что рационально-мотивированных избирателей у нас меньше половины — 35–40%. Еще 10–15% никогда не ходят на выборы, а остальные 45–50% голосуют, не задумываясь о том, почему они совершают тот или иной выбор. Играть на эмоциях — единственно возможный способ достучаться до них. Партия, сумевшая внушить этим людям веру в завтрашний день, и станет главным бенефициаром начинающейся кампании.

Об авторе

Аббас Галлямов политолог Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

Право на надежду: что станет главной интригой думской кампании