Депортация на казнь

27 января Миграционная служба Москвы в очередной раз отказала во временном убежище беглецу из Северной Кореи, однако шанс остаться в России и уцелеть у него все-таки остается

Гражданин Северной Кореи, имя которого официально не называется, с 2013 года находится в России, ожидая решения Федеральной миграционной службы (ФМС) о предоставлении статуса беженца. Теперь, после официального отказа, беглеца могут депортировать в КНДР, где его, скорее всего, отправят в лагерь или казнят.

Есть два статуса — беженца и предоставления временного убежища. В первом беглецу из КНДР отказали дважды — несмотря на то что суд признал это решение незаконным. Предыдущее решение об отказе во временном убежище нам выдали 22 декабря 2015 года — через пять дней после обращения в миграционную службу. В течение января северокореец ходил с сотрудниками комитета в УФМС пять раз. Он должен был получить документ, который выдается на время рассмотрения дела — то есть на три месяца. В конце концов и вместо этой бумаги ему выдали отказ.

После поднявшейся шумихи нам позвонили из миграционной службы. Давно закончился рабочий день — это было около восьми вечера, и сказали, чтобы 28 января он пришел и подал заявление. Оно было принято. Надеемся, что это не маневр, чтобы успокоить общественность. Мы видели сотни уведомлений в отказе, и это необычная ситуация: раньше миграционная служба себя так не вела. Пересматривать решение о статусе беженца они не будут — стараются сохранить лицо при плохой игре. Однако, видимо, дано указание не только принять документы, но и дать убежище.

В прошлый раз миграционная служба мотивировала отказ тем, что беженец не доказал, что в КНДР его могут казнить — не привел статьи корейских законов

В прошлый раз миграционная служба мотивировала отказ тем, что беженец не доказал, что в КНДР его могут казнить, — не привел статьи корейских законов. Да, он действительно не знает, по какой статье его осудили. (Первый раз юноша бежал из КНДР в Китай. Несколько лет он жил там на нелегальном положении, но был пойман и депортирован в Северную Корею, где его посадили в тюрьму, били и пытали, а позже перевели в трудовой лагерь. — NT) Он даже не в курсе, был ли суд, — потому что на нем не присутствовал. В трудовом лагере заключенные ему рассказали, что обычно депортированные из Китая считаются изменниками. А изменники сидят по 10 лет. Что грозит рецидивисту, повторившему побег дважды, — неизвестно. Могут дать и «10 лет без права переписки».

По-хорошему выяснение обстоятельств — дело миграционной службы. Беженец может быть человеком неграмотным, иметь доказательства или нет. Специалист должен его внимательно опросить, посмотреть документы и сопоставить с ситуацией в стране — есть ли риск при возвращении на родину. Будут ли его преследовать. На самом деле никакого расследования нет: действует не закон, а установка. А она такова: статус беженца не давать.

Мы можем только догадываться, что это за установка. Но практика показывает, что если начальство сказало давать убежище одному из десяти или из ста, — будут давать, и не важно, каковы личные обстоятельства конкретного человека. Мы видели документы, по которым было очевидно — специалист готовил положительное решение, но в конце отказ — начальство не утвердило. Поступила директива украинцам давать — просто давали, никто не смотрел на индивидуальную ситуацию. Одно время давали сирийцам, но потом передумали.

Если миграционная служба снова откажет, мы пойдем в Европейский суд. Он может применить «правило 39» — запретить депортировать беженца до принятия окончательного решения. Оно применяется в срочном порядке. Решение ЕСПЧ может принимать в течение нескольких лет. Но выдворить человека уже будет нельзя.