07 февраля 2016, 22:58 / Экономика

Российский бизнес не хочет раскрывать иностранные активы

О них отчиталось лишь 15% компанийЕлизавета Базанова Елена Виноградова

Несмотря на усилия властей, российский бизнес все еще предпочитает хранить деньги в офшорах/ Е. Разумный/ Ведомости

После новогодних каникул многие крупные российские бизнесмены решили задержаться за границей. Значительная часть членов Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) стала проводить больше времени за пределами России в том числе и потому, что, прожив за границей больше 183 дней в году, можно отказаться от российского налогового резидентства, – мало кому нравится закон о контролируемых иностранных компаниях (КИК), вводящий новый механизм контроля и уплаты налогов с их иностранных активов, рассказал «Ведомостям» один из членов правления бюро союза. Чем же они недовольны?

Чем страшны КИК

В 2015 г. государство впервые потребовало от бизнеса раскрыть зарубежные активы. До 15 июня 2015 г. россияне должны были уведомить Федеральную налоговую службу (ФНС) об участии в КИК. Обязаны отчитываться собственники долей, превышающих 10%. С 2017 г. они должны будут платить налог с нераспределенной прибыли КИК по ставке 20% для юрлиц и 13% для физлиц – владельцев доли в 50%. Налог будут брать с компаний, прибыль которых по итогам 2015 г. составила 50 млн руб. и более. С 2016 г. налог будут обязаны платить и владельцы долей в 25%, причем уже даже с прибыли в 30 млн руб., а с 2017 г. – в 10 млн руб.

Задекларировать прибыль КИК юрлицам нужно впервые 28 марта 2017 г., а физлицам – 30 апреля 2017 г., при подаче декларации по налогу на прибыль за 2016 г. За недостоверные сведения или неуплату налога полагается штраф – 20% от недоплаченной суммы, а также накопившиеся пени.

Не придется платить налог, если эффективная ставка, по которой КИК платит налог за границей, не намного ниже российской (составляет не менее 75% средневзвешенной ставки). Также от выплат освобождаются НКО, компании из стран ЕАЭС. Не коснется закон и компаний, которые занимаются активным бизнесом и получают от него 80% доходов, а также холдингов, получающих дивиденды от таких компаний. Но платить налог придется в любом случае, если КИК работает в стране из черного списка, составленного ФНС.

Деньги затаились

Хотя закон о КИК вступил в силу с 1 января, компании и предприниматели с легкостью скрываются от ФНС, выяснили «Ведомости». За год было подано всего около 7000 уведомлений, рассказал федеральный чиновник. Из них в срок (до 15 июня 2015 г.) – 1004 от юрлиц, 2199 от физлиц. Если вспомнить, что, по минимальным оценкам, иностранные структуры есть у 50 000 российских организаций, получится, что отчиталось менее 14%, подсчитал управляющий партнер «Щекин и партнеры» Денис Щекин. По данным исследовательской компании CRIF Teledata, только в Швейцарии 2070 россиян значатся владельцами, членами советов директоров, генеральными директорами или уполномоченными должностными лицами местных компаний.

Минфин подготовил поправки, облегчающие амнистию капиталов

Экономика / Правила

В основном раскрываются средний бизнес и физлица, причем показывают главным образом активы в прозрачных юрисдикциях, с которых платить налог не придется, подводит предварительные итоги деофшоризации чиновник. Крупный бизнес по большей части ничего не открывает, продолжает он: многие пока пытаются понять, доберутся ли налоговики до информации о КИК в офшорах. Крупные компании пока присматриваются к закону, подтверждает налоговый консультант. Если налоговые органы выявят КИК в 2016 г., они смогут только оштрафовать владельца за неуведомление о нем, а это всего 50 000 руб., говорит Щекин. Доначислить же налоги за прошлый период налоговая сможет, если обнаружит КИК только после 15 июня 2017 г.

«Мой опыт показывает: пока нет правоприменительной практики, 60–70% клиентов, владеющих иностранными активами, предпочитают ничего не предпринимать», – объясняет партнер UFG Wealth Management Дмитрий Кленов. Бизнес присматривается к закону, согласен член РСПП: прежде чем раскрыться, многие хотят посмотреть, как закон применяется. Деофшоризация ушла на уровень низовых инспекций, а как они будут трактовать закон, совершенно непонятно, объясняет он. Вторая причина, по которой россияне боятся раскрывать данные, заключается в необходимости перечислить в уведомлении все иностранные активы, которыми российский резидент владеет даже косвенно – через российскую компанию. У некоторых описание структуры холдинга занимает 30–40 страниц и очень не хочется утечки этой информации, говорит собеседник «Ведомостей». Один из налоговых консультантов вспоминает, как его клиент подал уведомление о КИК, а низовые инспекции региона переслали уведомление прямиком в ФСБ.

«Я вижу, что особенно никто не хочет декларировать деньги на счетах офшорных компаний», – рассказывает банкир, специализирующийся на private banking.

Возвращаются домой

Подпавшие под санкции Аркадий и Борис Ротенберги стали прямыми владельцами нефтегазового подрядчика – «Стройгазмонтажа» (данные «СПАРК-Интерфакса»), ранее принадлежавшего кипрской Milasi Engineering Ltd. В декабре 2015 г. Геннадий Тимченко, также включенный в санкционные списки, поменял схему владения холдинговой компанией ООО «Волга груп». По данным «СПАРК-Интерфакса», в декабре бизнесмен стал собственником 99,99% его долей (остальные 0,01% – у ООО «Волга груп холдинг»), тогда как ранее они принадлежали кипрской Volga Resources Ltd. и люксембургской VRN Sarl. В конце 2014 г. изменил структуру владения активами Алишер Усманов. Принадлежащая ему и партнерам USM Holdings реструктурировала активы, в результате принадлежащие ей контрольные пакеты «Мегафона» и «Металлоинвеста» были переведены на российских «дочек». В феврале 2015 г. группа компаний «Мать и дитя» (MD Medical) объявила, что становится налоговым резидентом России. До этого российскими подразделениями компании владела кипрская MD Medical Group Investments. В октябре 2015 г. компания «Новые облачные технологии» также вышла из иностранной юрисдикции – ранее 43% компании принадлежало «Сервис плюс» (по данным «СПАРК-Интерфакса», она принадлежала кипрской Jurel Holdings). Масштабную реструктуризацию и возврат части активов в российскую юрисдикцию проводит управляющая компания Виктора Вексельберга и его партнеров Евгения Ольховика и Владимира Кремера ГК «Ренова», следует из данных «СПАРК-Интерфакса». В декабре крупнейший бенефициар строительной группы ЛСР Андрей Молчанов стал напрямую владеть 57,56% акций компании, до этого они принадлежали офшору AEM Asset Management Ltd. «Акции в иностранной юрисдикции были удобны для процесса первичного и вторичного размещения на бирже. Наши акции размещались на ММВБ, а депозитарные расписки – на LSE. В текущей ситуации наиболее удобный вариант хранения акций – в России», – объяснил член правления, коммерческий директор группы ЛСР Юрий Ильин. Это технический процесс, и он никак не сказывается на управлении и контроле над группой ЛСР – доля основателя и основного акционера Молчанова не изменяется.

Если каждый год платить налог с нераспределенной прибыли, через несколько лет она просто закончится, объясняет крупный предприниматель нежелание показывать ФНС свой иностранный «кошелек». «Что же, я должен за несколько лет отдать на налоги всю накопленную прибыль? А если я не хочу вкладывать свой капитал ни в производство, ни в какие-то активы?» – возмущается бизнесмен.

Переводят владение бизнесом в Россию публичные люди и компании – и иногда по политическим причинам (см. врез). Как минимум часть госкомпаний вовремя отправили информацию в ФНС. Например, «Газпром» уведомил службу об участии в иностранных организациях в установленные сроки, группа ВТБ направила в ФНС уведомления о наличии у банка КИК, сообщили их представители. Сбербанк и «Роснефть» на запрос «Ведомостей» не ответили.

Некоторые просто вынуждены раскрыться. Наиболее проблематичным закон оказался для банковских холдингов, которые инвестируют в финансовый бизнес, где много пассивных организаций, подпадающих под категорию КИК, говорит партнер PwC Екатерина Лазорина. Все финансовые небанковские институты, включая брокерско-дилерские компании, управляющие активами, инвестиционно-банковские подразделения, накапливают пассивный доход, объясняет она: не у всех банковских «дочек» есть банковские лицензии. Такие компании по возможности распределяют дивиденды, чтобы они не подпали под налогообложение, говорит она. Многие проводят реструктуризацию, подтверждает партнер KPMG Анна Воронкова: избавляются от лишних структур, погашают внутригрупповые задолженности, в том числе чтобы не накапливался лишний бумажный доход. Некоторые ликвидируют иностранные компании и переводят на себя активы, говорит Лазорина.

Как уходят от налоговиков

Выявление схем с КИК требует ювелирной работы налогового инспектора, не каждому это по силам, надеется крупный бизнесмен. «Платить налог придется только с 2017 г., поэтому я решил пока подождать и продумать все варианты, возможно, даже сократить нераспределенную прибыль – часть перевести в глубокие офшоры, не обменивающиеся данными с российской налоговой», – рассказывает другой предприниматель. В конце 2015 г. ФНС опубликовала первый проект перечня стран, которые вообще не обмениваются либо плохо обмениваются с Россией налоговой информацией. Первая версия напугала бизнес: он был в 3 раза больше аналогичного списка Минфина и среди попавших в него 119 юрисдикций оказалось много тех, что традиционно считаются прозрачными. «Клиент в срок раскрыл ФНС все свои активы в Швейцарии, будучи уверенным, что налог с нераспределенной прибыли платить не придется, – рассказывает консультант аудиторской компании. – А увидев список, он был просто шокирован, осознав, что налог его все-таки ждет». Но новая версия списка ФНС, которую служба планирует утвердить к 1 апреля, оказалась либеральнее. Из проекта собираются исключить Великобританию, Швейцарию и Австрию. Список будет пересматриваться и дальше, обещал представитель ФНС. Позже из него могут быть исключены даже многие популярные офшоры – например, Бермудские, Каймановы и Сейшельские острова, острова Мэн, Гернси, Маврикий, Аруба, рассказывал ранее чиновник службы.

Амнистию капитала могут продлить еще на год

Экономика / Госинвестиции и проекты

Тем не менее многие предприниматели отказываются от налогового резидентства России, говорит партнер EY Марина Белякова, особенно популярные места для регистрации в качестве налогоплательщика – Великобритания, Швейцария, Кипр и Мальта. Смена налогового резидентства вообще не проблема – это вопрос не более чем двух месяцев, ведь бизнесмены и так в среднем проводят четыре месяца в году за рубежом: зимние и летние каникулы, поездки на заседания советов директоров, переговоры, считает член правления бюро РСПП.

Конечно, часть бизнесменов понимают, что, бросая свой бизнес в России почти на полгода, они рискуют вообще его лишиться, и некоторые по этой причине даже задумываются о возвращении в Россию, говорит налоговый консультант. Кроме того, налоги в белых юрисдикциях выше, чем в России. Например, налог с накопленных банковских вкладов свыше 15 млн руб. в Великобритании составляет 42,5%. «Высокие налоги не пугают, – спорит крупный бизнесмен. – Я в России провожу не больше недели, куда важнее обезопасить свои активы, а сделать это за рубежом проще». «Хотя КИК находится в прозрачной юрисдикции и налог платить не придется, раскрываться все равно не буду», – рассказывает сотрудник крупной компании с зарубежными активами, ссылаясь как раз на вопросы безопасности.

Как закапывают активы

В поисках наиболее эффективного и дешевого способа спрятать активы опыт юристов и смекалка клиентов рождают множество самых разных схем. Собственники могут переводить иностранные структуры на доверенных лиц, проживающих в других юрисдикциях, или распределяют их на родственников так, чтобы контроль над КИК не превышал 10%, рассказывает Щекин. Или, например, переписывают трасты на детей, проживающих за рубежом.

«У нас в последнее время было несколько случаев с «закапыванием» активов, – рассказал «Ведомостям» сотрудник крупной юридической компании. – В одном клиент предпочел переоформить свои доли в иностранной фирме на нерезидента России, а в других мы возвращали владение активами в Россию, «убирая» офшоры и переводя все на конкретных физлиц, родственников клиентов». Большинство этих схем чревато частичной потерей контроля над активами, признает юрист: «Представьте – неожиданно умрет ваш дальний родственник. Как вы будете возвращать деньги?» Есть еще риск, что налоговые органы воспользуются нормой о фактическом контроле. Достаточно, чтобы лицо контролировало КИК в интересах своего супруга и несовершеннолетних детей. Второй способ обойти закон – менять структуру холдинга и переводить его в глубокие офшоры, например на Маршалловы острова или в Панаму, «закапываться все глубже», рассказывает Щекин. Еще одна популярная схема – регистрировать КИК на второй паспорт: для российских органов такое лицо становится невидимым, только если налоговая не вычислит его через миграционные службы. Можно и просто раздробить активы. «Есть небольшой бизнес за рубежом, с которого выплачиваю налоги, и пассивная прибыль в офшоре, о которой не сообщаю, так что налоговики вряд ли смогут придраться», – уверен сотрудник крупной компании с иностранными активами.

Но компания может засветиться, например, если у нее есть контракт с контролируемым лицом или она является акционером, предупреждает Воронкова, тогда налоговые органы смогут запросить информацию о ней, включая структуру ее владения, у налоговых органов другой страны. Раскрывать информацию стали даже совсем черные юрисдикции, радуется федеральный чиновник, так что налоговые органы начнут получать от них достаточно полную информацию через 3–5 лет. Россия уже ратифицировала Конвенцию ОЭСР о взаимной налоговой помощи, которая предусматривает автоматический обмен данными с ее участниками, с 2018 г. она технически сможет воспользоваться механизмом.

Можно найти непрозрачную юрисдикцию, но это временное решение, предупреждает Лазорина: бизнес с ними слишком дорог, а информация становится все более открытой.