Вопросы Надежде Савченко

Курсивом выделены «важные».

— Если коротко резюмировать вашу позицию, почему вы считаете обвинения в свой адрес несостоятельными?

— Есть у вас надежда, что российский суд прислушается к вашим словам, доводам адвокатов и результатам экспертиз?

— Для чего вы снова объявили голодовку? Как не раз проверяли подсудимые в России, эффекта на российские власти это не оказывает.

— Почему вы отказались от апелляции? Можно ведь немного скостить срок.

— При этом вы все же участвуете в заседаниях. Зачем? Тот же Олег Сенцов свое участие в процессе ограничил последним словом.

— Довольны ли вы адвокатами Фейгиным и Полозовым? В России у них неоднозначная репутация после того, как они защищали [участниц Pussy Riot] Толоконникову и Алехину. Считается, что их способ защиты — политическая адвокатура — никак не помогает подзащитным выйти на свободу, зато привлекает много внимания прессы и вызывает дополнительное раздражение властей.

— Возможно, так и надо делать, если приговор все равно известен?

— Рассчитываете ли вы на обмен? На каких условиях, по-вашему, он должен состояться? Путин недавно сказал, что обмен должен быть «всех на всех».

— Вы готовы просить Путина о помиловании, если вдруг это будет необходимо для обмена?

— Порошенко раньше говорил, что не считает возможным ваш обмен на задержанных российских военных, потому что вы, в отличие от них, преступлений не совершали. Это имеет какое-то значение?

— Многие на Украине считают корреспондентов российских федеральных телеканалов не только пропагандистами, но и участниками военных действий. Что думаете про них вы?

— [Глава «Офицерского корпуса», занимавшийся обменом пленных на востоке Украины, Владимир] Рубан на процессе говорил, что из плена ЛНР вас не хотели отпускать, «потому что она ведет себя нагло, типичная бандеровка». Как вы считаете в целом: честь дороже свободы?

— Не жалеете, что, будучи кадровым военнослужащим ВСУ [Вооруженных сил Украины], поехали в отпуск на восток воевать в составе батальона «Айдар»? Все-таки ВСУ и добровольческие батальоны — разные вещи, в том числе и в связи с дисциплиной.

— [Бывший руководитель «Айдара» Сергей] Мельничук говорил, что именно он занимался корректировкой огня во время того злополучного боя. Получается, что все-таки «Айдар» виноват в гибели журналистов. Нужно ли его за это судить, скажем, на Украине, или это неминуемые случайности войны?

— Вы в плену и на суде говорили, что убивали людей. Речь идет о российских военных или сепаратистах?

— Военных из РФ вы называли «врагами», а сепаратистов — «противниками». В чем между ними разница?

— Можно ли в чем-то понять сепаратистов, которые не хотят жить на Украине, как, допустим, косовары не хотели жить в составе Сербии?

— В России считается, что украинская армия обстреливала и убивала своих же мирных граждан в захваченных сепаратистами городах. На Украине с такой постановкой вопроса не согласны. Вы считаете, действия ВСУ в ходе АТО были правильными?

— Что вы думаете о, мягко говоря, неоднозначных действиях «Айдара» на востоке Украины? Все-таки членов батальона судят за бандитизм и другие военные преступления, а в итоге он был распущен.

— Каково ваше отношение к жителям ДНР и ЛНР? Возможна ли их реинтеграция в состав Украины? Как она будет происходить?

— Как вы считаете, зачем Путину нужен был ваш процесс? Обменяли же без суда майора ВСУ Андрея Гречанова «Рахмана». Пропаганда и так отлично работает в России — дополнительных «доказательств преступлений кровавой хунты» ей не нужно.

— Что вы думаете о Путине? Вы служили в Ираке, кто, по-вашему, хуже — Путин или Хусейн?

— Не кажется ли вам процесс россиян Ерофеева и Александрова, возможно, спецназовцев ГРУ, ответом Украины на дело Савченко? Нужно ли их судить на Украине или лучше, как и вас, выдать на родину?

— Президент Украины подписал ваш законопроект о засчитывании осужденным дня в СИЗО за два дня в колонии. Как вам пришла идея этого законопроекта?

— Какие еще законопроекты вы хотели бы внести?

— Когда вы окажетесь на свободе, вы планируете вести парламентскую деятельность?

— Как вы отнеслись к решению «Батькивщины» поставить вас первым номером в списке? Не кажется ли вам, что Тимошенко вас использовала для того, чтобы получить побольше голосов на выборах?

— Ваша сестра говорила, что простые украинцы даже видят в вас будущего президента. Вы как к этой идее относитесь?

— Вы следите за происходящим на Украине? Некоторые считают, что Майдан своих целей не добился, у власти по-прежнему находятся коррупционеры и воры, а перемены происходят слишком медленно.

— С чем вы связываете падение общественного интереса к делу Савченко? Почему на ваш процесс никто не приезжает из проживающих в России украинцев, почему практически не освещают его украинские журналисты?

— Вы говорили, что получили профессию конструктора женской одежды, заочно учились по специальностям «философия» и «журналистика». Почему выбрали военное дело? Не жалеете?

— Как вы относились к России до начала крымских и донецких событий? Как изменилось ваше мнение потом? И что вы думаете о России сейчас?

— Возможно ли, что русские и украинцы когда-нибудь снова станут братскими народами?