Выдуманный "каратель"

Дело еще одного "украинского заложника" в России развалилось, но его фигурант остается в тюрьме

На фоне громких судебных процессов над "украинскими заложниками" в России – Надеждой Савченко, Николаем Карпюком и Станиславом Клыхом – немного в тени осталось другое дело – жителя Луганской области Сергея Литвинова. Его задержали летом 2014 года в Ростовской области и обвинили в 39 убийствах мирных жителей и изнасилованиях, якобы совершенных в Луганске во время конфликта украинской армии и сепаратистов самопровозглашенной "ЛНР". Выглядевшее совсем уж фантастическим обвинение до суда не дошло: Следственный комитет России заявил, что Литвинов оговорил себя. Сам он утверждает, что был вынужден придумывать детальные показания об убийствах под пытками. Правозащитники уверены, что Литвинова российские власти использовали, чтобы обвинить в военных преступлениях украинских политиков Арсена Авакова и Игоря Коломойского (так же как Карпюка и Клыха – для обвинений в адрес Арсения Яценюка), но потом передумали. Несмотря на абсурдность дела, отпускать его из-под стражи никто не собирается.

Сейчас украинца Сергея Литвинова обвиняют "всего лишь" в грабеже: по мнению следствия, летом 2014 года он вместе с двумя "неизвестными украинскими военными", угрожая оружием, отнял у гражданина России Александра Лысенко, проживавшего в Луганской области, два автомобиля. Дело рассматривается в Тарасовском районном суде Ростовской области. При этом адвокат Литвинова Виктор Паршуткин, ходатайствуя в четверг о прекращении дела, заявил: "Дело политически мотивировано, оно было возбуждено с целью разжигания войны, вражды и ненависти между народами России и Украины".

Владимир Маркин

Почему "всего лишь"? До 25 ноября 2015 года спикер Следственного комитета РФ Владимир Маркин называл Сергея Литвинова не "грабителем", а бойцом батальона "Днепр-1", якобы убившим 39 человек, в том числе 12-летнюю девочку, и изнасиловавшим 8 женщин. Делал он это, по тогдашней версии СК, для "ухудшения демографической обстановки среди русскоязычного населения" Луганской области.

Однако уже в конце прошлого года подозрения в массовых убийствах и изнасилованиях с Литвинова были сняты: все "убитые" и "изнасилованные" оказались выдуманы, а психолого-психофизиологическая судебная экспертиза показала, что украинца пытали.

25 февраля очередное заседание по делу Литвинова состоялось в Тарасовском районном суде Ростовской области. Подсудимого завели в зал в наручниках, которыми он был пристегнут к приставу. На вопрос, не против ли он, чтобы журналисты проводили фотосъемку, украинец, целуя бумажную иконку в руках, ответил: "Не против, я православный человек, что мне скрывать" – и попросил судью ознакомиться с письмами поддержки, которые прислали ему в последнее время. "Посмотрите, мне даже папа римский написал", – удивил всех Литвинов. Письмо действительно оказалось из Италии, от редакции "Радио Ватикана". Судья Светлана Шаповалова посмотрела его, но приобщать к делу, как просил Литвинов, не стала.

Иконка с молитвой на оборотной стороне в руках Сергея Литвинова

Процесс по делу Сергея Литвинова начался месяц назад, но обвинительное заключение прокурор смог зачитать только сегодня. До этого суд три раза собирался на предварительные слушания и еще несколько раз, чтобы решить, нужен ли подсудимому еще один адвокат (нынешний, Виктор Паршуткин, допускает, что его таким образом пытались "оттеснить от дела"). Литвинов пожелал, чтобы его дело рассматривал Ростовский областной суд с помощью коллегии присяжных. Для этого украинец и его адвокат пошли на значительный риск и ходатайствовали переквалифицировать обвинение на 356-ю статью УК РФ: "Применение запрещенных средств и методов ведения войны" с возможным наказанием в виде срока лишения свободы до 20 лет. Сейчас Литвинова обвиняют лишь в грабеже, и ему грозит максимально семь лет тюрьмы. По мнению Виктора Паршуткина, единственный способ добиться адекватного рассмотрения политически мотивированного дела – суд присяжных, который можно требовать лишь при ужесточении обвинения: "Суд присяжных больше гарантирует права подзащитного, и есть больше шансов для оправдательного приговора".

"В обвинительном заключении указано, что с апреля 2014 года по 15 февраля 2015 года на территории юго-востока Украины происходил вооруженный конфликт немеждународного характера между ополчением самопровозглашенной Луганской и Донецкой "народных республик" с одной стороны и "Национальной гвардией" и Вооруженными силами Украины с другой стороны, – отмечает Паршуткин. – И если это (грабеж в соучастии с двумя неизвестными военнослужащими. – РС) не жестокое обращение участников вооруженного конфликта с гражданским населением, то что тогда можно назвать им?"

Статья о "недопустимых средствах и методах ведения военных действий" уже фигурировала в деле Литвинова. Он был задержан сотрудниками ФСБ в августе 2014 года в Ростовской области, куда, по мнению следствия, явился из села Камышного Луганской области, чтобы вылечить воспалившийся флюс. До этого Литвинов, по первой версии следствия, находился в составе батальона "Днепр-1" и "проводил карательные расстрелы мирного населения Луганской области".

Сергей Литвинов в Тарасовском районном суде, 25 февраля 2016 года

"После того, как мы разместились в палаточном лагере, М. отозвал Ш. в сторону, и сообщил последнему, что нам необходимо также путем убийств проводить зачистку мирного населения поселка Макарово, о чем мне сразу же рассказал Ш., – записано якобы со слов Литвинова в его протоколе допроса. – Также Ш. пояснил мне, что М. приказал проводить зачистку населения, а именно женщин и детей, как пояснил М. и мне передал Ш. – "чтобы больше эти суки не плодились". То есть, как я понял, приказ о совершении нами указанных действий был направлен исключительно на ухудшение демографической обстановки среди русскоязычного населения". Дальше следует несколько десятков страниц текста с подробным описанием убийств и насилия. Подписан протокол следователем СК РФ А. Подопригором.

Вот еще одна выдержка из "протокола допроса" Литвинова. Подобных рассказов в нем десятки, описания подробные и даны с явным садистским характером, местами тексты протоколов напоминают дешевые боевики с книжных развалов "все по 10 рублей":

"После этого я и М., имея при себе автоматы "АК-74", прошли в дом и увидели, что в спальной комнате, расположенной справа от входа, на диване, расположенном слева от входа в спальную комнату, лежит ранее не знакомая мне женщина, которая смотрела телевизор. Данной женщине на вид было примерно 34 года, худощавого телосложения, длинные черные волосы, ростом примерно 175 см. Я направил на нее автомат, который был заряжен и полностью приведен в боевую готовность, спросил у нее: "Где твой мужик? Говори, где он"; на что она ответила, что мужчин в ее доме нет, и дома она находится вместе со своей двенадцатилетней дочерью. В это время в коридор дома выбежала девочка на вид примерно 12 лет и подбежала к маме. Так как мужчины в доме не оказалось, и нам был поставлен приказ на убийство женщин и детей, я решил убить женщину и ее дочку, и направил на них автомат. В это время М. предложил мне: "Может мы ее того?", это я понял, как предложение совершить половой акт с женщиной, точнее ее изнасилование, и поддержал М. Совершать половой акт при ребенке я не хотел, и попросил М. увести девочку куда-нибудь. М. согласился и куда-то увел девочку. Я в этот момент направив автомат на женщину, потребовал ее снять одежду. На мои требования женщина ответила отказом, и тогда я снова потребовал, чтобы она разделась, пояснив, что в противоположном случае я убью ее. Женщина снова отказалась и пояснила, что не будет этого делать. В это время в комнату вошел М., который пояснил, что девочка никуда не убежит и ничего не увидит. Я попросил М. подержать на прицеле женщину, и после того, как он прицелился, я положил свой автомат на пол в комнате, подошел к ней и против ее воли, подавляя оказываемое ею сопротивление, которое выражалось в том, что она пыталась оттолкнуть меня руками и ногами, стал снимать с нее одежду. … Во время полового акта женщина лежала молча, а из ее глаз текли слезы. Данный половой акт по времени длился примерно 30 минут … По окончании полового акта, я встал с этой женщины, одел свои штаны, и предложил М., который все это время находился рядом со мной в комнате, и наблюдал за происходящим, совершить с этой женщиной также половой акт... Примерно через 40 минут из комнаты вышел М. и сказал мне: "Ну что, нужно заканчивать с ними". Я согласился и спросил у него: "Что, с девочкой тоже?", на что М. ответил: "Да". После этого я сказал М., что девочку я убивать не стану и не смогу этого сделать. М. сказал мне, что если я слабак, то он сделает это сам. После этого я вошел в спальную комнату, где на диване располагалась ранее изнасилованная мной и М. женщина, а М. вывел из кладовой комнаты девочку и увел ее в другую спальную комнату, расположенную за стеной от той комнаты, где находился я. Находясь в спальной комнате с женщиной, я стоя перед ней на расстоянии примерно 1 метра направил на нее свой автомат и с целью ее убийства произвел практически в упор три выстрела из автомата. Я прицельно выстрелил в голову (по центру лба), в грудь и в живот. От моих выстрелов женщина несколько откинулась назад и перестала подавать признаки жизни. В это время за стенкой я также услышал два выстрела и понял, что М. также застрелил девочку. Я вышел из комнаты я увидел, что на полу в спальной детской лежит девочка на голове и животе которой были пулевые ранения и под ее телом была лужа крови".

В итоге почти сорок описанных подобным образом "изнасилований" и "убийств" так и не стали основанием для обвинения. 25 ноября 2015 года уголовное преследование по ним было прекращено, а Владимир Маркин заявил, что Литвинов во время следствия оговорил себя. Следственный комитет, по словам Маркина, "провел кропотливую работу" и выяснил, что указанных жителей Луганской области "не существовало".

Эксперты комиссии, которая проводила психолого-психофизиологическую экспертизу Литвинова, указали, что его подпись под протоколом с описанием убийств и насилия поставлена под пытками:

"В ходе психофизиологического исследования с использованием полиграфа 73% психофизиологических реакций Литвинова свидетельствуют о том, что он подвергался физическому и медикаментозному воздействию (пыткам) с целью дачи признательных показаний об участии в карательных операциях батальона "Днепр".

Результаты экспертизы приобщены к материалам дела. О принуждении Литвинов заявлял адвокату еще на стадии следствия. Когда уже на процессе адвокат Виктор Паршуткин спросил, кто забрал его паспорт во время задержания, Литвинов ответил: "Ну, те, кто мучал меня".

Адвокат Сергея Литвинова Виктор Паршуткин на заседании суда 25 февраля 2016 года

"В базе Let My People Go Ukraine находится два дела о "незаконных методах ведения войны" – это дела Савченко и Литвинова, – отмечает киевская правозащитница Мария Томак. – Но Савченко хотя бы реально воевала, принимала участие в боевых действиях. А Литвинов – обычный селянин, человек даже без политических взглядов".

Отдельный вопрос – о том, как Литвинов оказался на территории России. По версии следствия, он оказался в Тарасовской районной больнице, перейдя границу. Здесь нескольким боевикам самопровозглашенной "ЛНР", проходившим лечение, Литвинов показался подозрительным, и они заявили на него в ФСБ. При этом у украинца были с собой не только свои документы, но и документы жены. Мария Томак не исключает версию, что он хотел просить статус беженца. Виктор Паршуткин также предположил, что Литвинов мог быть направлен в районную больницу намеренно, чтобы выявлять украинских военных, дезертировавших в Россию.

По мнению адвоката, уголовное дело Литвинова стоит в одном ряду с делами Савченко, Сенцова – Кольченко и другими, появившимися во время военного противостояния России и Украины. "Эти судебные дела появились по инерции, когда шло противостояние. Раз уж мы их так долго расследовали, давайте доведем до конца. Все, и в России, и в Украине, понимают: продолжение этих процессов сейчас – большая ошибка", – отмечает Паршуткин. Основной целью дела Литвинова, по всей видимости, был не сам обычный украинец, а политическое руководство Украины, как и в деле Николая Карпюка и Станислава Клыха, где фигурировал премьер-министр Арсений Яценюк. В деле Литвинова первоначально обвинения строились против министра МВД Арсена Авакова, Игоря Коломойского и командира батальона "Днепр" Юрия Березы.

"В период с 12 апреля 2014 по 13 августа 2014, находясь на территории Украины, министр внутренних дел Украины Аваков, действуя согласованно с губернатором Днепропетровской области Украины Коломойским, командиром батальона специального назначения "Днепр" Березой и иными неустановленными лицами из числа высшего военного и политического руководства Украины, умышленно, по мотивам политической ненависти, ... организовали убийства неограниченного числа гражданских лиц, проживающих на территории самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик и не принимавших участия в вооруженном конфликте на юго-востоке Украины", – написано в предварительном обвинении, которое Литвинову так и не было предъявлено.

"На мой взгляд, со стороны Следственного комитета России было желание выдать желаемое за действительное, – предполагает Мария Томак. – Они искали повод, чтобы наполнить содержанием работу вновь созданного в СК "Управления по расследованию преступлений, связанных с применением запрещенных средств и методов ведения войны" (ведомство генерала Александра Дрыманова, которое организовало и следствие по делу Надежды Савченко. – РС). И тут в этом уголовном деле появляются украинские власти: Аваков, Береза, Коломойский, который, по версии следователей, "привозит ночью деньги за расстрелянное население". Выглядит это ужасно несуразно, но нашло место в уголовном деле. Если бы не было защиты, которая опровергла это все конкретными фактами, следствие пошло бы с этим в суд".

Через год после задержания Литвинова сотрудниками ФСБ, когда стало понятно, что обвинение "в геноциде русскоязычного населения" разваливается, в деле появился российский гражданин Александр Лысенко. Он заявил, что летом 2014 года Литвинов с двумя неизвестными украинскими военными похитили у него в селе Колесниковка два автомобиля, а его самого избили и угрожали оружием.

"Литвинов вступил в преступный сговор с не менее чем двумя военнослужащими ВСУ, с целью совершения разбойного нападения на мирных граждан, – зачитал прокурор обвинительный приговор на заседании 25 февраля. – Литвинов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вместе с не менее чем двумя военнослужащими Украины, вооруженными автоматами Калашникова, зная, что у Александра Лысенко имеется автомобильное средство, приехали к нему домой. Применяя насилие, опасное для жизни, они напали на Лысенко, один из них ударил потерпевшего автоматом в лицо. После чего направили на Лысенко автомат, угрожая ему, потребовали ключи от двух автомобилей: Opel Frontera и УАЗ 1986 года. Будучи подавлен применением насилия и опасаясь продолжения насилия, видя автомат, Лысенко отдал ключи. Неизвестный и Лысенко проникли в гараж и попытались завести автомобиль, но у того не было заряда аккумуляторной батареи, и они отбуксировали его. Впоследствии автомобилями Литвинов и другие неизвестные воспользовались по своему усмотрению".

Все письменные материалы обвинение успело представить суду за одно заседание. Среди них – документы на машину, заявление Лысенко, которое он принес 11 июня 2015 года, и протокол очной ставки между ним и Литвиновым. Во время нее Лысенко рассказал: "Я знаю Сергея Литвинова. В один из дней в июне 2014 года ко мне приехали несколько человек, в том числе и он. Напали на меня, угрожая автоматами. После этого спросили у меня ключи от автомобилей, я сказал, что они на веранде. Они взяли их и забрали два автомобиля. УАЗ был на ходу, а у второго не было аккумулятора, и они его отбуксировали с помощью УАЗ". Литвинов во время очной ставки показал: "Никогда не видел этого человека. С показаниями я не согласен, преступления этого не совершал, с представителями украинских военных и Нацгвардии не контактировал". Такую же позицию он занял и на судебном заседании. "Я по этому обвинению вообще не при делах, – заявил судье Литвинов. – Не знаю, что такое навесили на меня. Прошу, ваша честь, это неправда. Я невиновен".

Потерпевший Александр Лысенко в суд не явился и вообще, по словам адвоката, участвует в процессе крайне неохотно. По запросу Литвинова генконсульство Украины прислало ему информацию о том, что, судя по данным пограничной службы, Лысенко покинул Украину 27 февраля 2014 года и больше границу не пересекал, то есть летом, когда Литвинов и военные якобы угнали два автомобиля и избили Лысенко, последнего в стране вообще не было. В ответ обвинение заявило, что кусок границы не контролируется Украиной, и Лысенко вполне мог пройти через территорию "ЛНР".

Руководители самопровозглашенных "ДНР" и "ЛНР" Сергей Захарченко и Игорь Плотницкий

С машинами, которые якобы угнал Литвинов, тоже не все ясно. Opel принадлежит, судя по информации ГАИ, предоставленной Генконсульством Украины, жителю Молодогвардейска, с регистрации снят еще в 1997 году, а номер, указанный в заявлении Лысенко, относится к другой машине, числящейся в розыске. УАЗ и вовсе до сих пор числится за жителем Луганска. Из документов на машину Лысенко представил только полис обязательного страхования, но почему-то на имя Александра Лысенко – гражданина Украины, хотя сам по документам является россиянином.

Адвокат Виктор Паршуткин в самом начале процесса заявил ходатайство о прекращении дела, указывая на все эти противоречия, но судья его не поддержала, так же как и собственный отвод, который ей заявил адвокат. Короткое заседание закончилось по просьбе прокурора, который предложил дождаться выступления потерпевшего, а не зачитывать его показания. Когда судья огласила решение, Литвинов начал возмущаться, прокурор улыбался. "Чего он смеется? – не выдержал Литвинов. – Он все сфабриковал. Лысенко с ними заодно. Эта ... в больнице лежала. Я прошу увести меня, не собираюсь слушать заседание. Прокурор, чего вы смеетесь? У вас дети есть? С вами нормально православный человек общается".

Приставы шепотом пытались успокоить подсудимого, а потом надели на него наручники и увели. Литвинов почти все время находится в СИЗО в Ростове, но на время заседания его перевозят в Новочеркасск, где находится и Надежда Савченко. "У меня с потолка вода капает, крысы бегают, я либо печень, либо легкие там оставлю. Примите меры, пожалуйста", – пожаловался Литвинов украинскому консулу в перерыве заседания. "Дома у тебя все хорошо, я говорил с мамой..." – начал в ответ консул, но приставы продолжить не дали: "Нельзя никому, кроме адвоката, общаться. Пусть он это скажет".

"Такие дела служили оправданием действиям России в отношении Украины на Донбассе, – говорит правозащитница Мария Томак. Она съездила в родное село Литвинова, где пообщалась с родными и теми, кто знал его лично, и убедилась, что украинец не имел никакого отношения к вооруженным силам страны. – Именно это является главной стратегической целью появления этого дела. И я не уверена, что нет еще таких же дел, о которых мы пока не знаем. Потому что два дела для управления СК слишком мало".