Оригинал материала
Последнее слово Ильдара Дадина
Ильдар Дадин и его жена Анастасия Зотова во время апелляции. Фото Дмитрия Борко
Мосгорсуд, 31 марта 2016 года. Рассмотрев жалобу на приговор Ильдару Дадину, апелляционная инстанция снизила срок наказания с трех до двух с половиной лет ( 
Я хочу обратиться к инквизиторам путинским. Меня люди часто называют идеалистом, я об этом сегодня уже адвокатам своим говорил. Но я считаю себя не только идеалистом, но и прагматиком. И более того, я думаю, что меня можно считать в какой-то мере реалистом. Потому что я умею соотносить факты и видеть предполагаемый исход, по крайней мере наибольшую его вероятность. Я видел по фактам, как людей, абсолютно невиновных ни в чем, которые просто выражали свою точку зрения, правду по поводу оккупации фашистской Россией Крыма, по поводу войны России с Украиной, по поводу бомбежки мирных граждан Сирии, которая прикрывается борьбой с ИГИЛ, а на самом деле давят мирный народ, сопротивляющийся режиму Асада, убившему полмиллиона мирных граждан Сирии.L
Так вот, я видел, что этих людей сажают. Я понимал, что меня тоже посадят. Здесь, анализируя факты, что Савченко, одной из самых достойных дочерей Украины, дали, мне тут ребята сказали, то ли 22, ну в общем больше 20 лет... Даже в моей камере есть рашист убежденный имперский, у него фашизм головного мозга, он понимает преступления нашей власти, но абсолютно поддерживает фашистскую агрессию, захват Крыма, войну с оппозицией в Сирии (он понимает, что воюют не с ИГИЛ, а с оппозицией). Тем не менее, увидев запись, как Савченко на Майдане останавливает каких-то агрессивных людей своим телом, потому что она против насилия тоже... Так вот даже этот убежденный рашист сказал: ну я не верю, что, как представляет пропаганда фашистско-путинская, что она убийца, злобный маньяк. Даже этот рашист говорит: это ложь, я не верю, что она такой злостный убийца.
Так вот, понимая, что такого достойного человека посадили незадолго до моей посадки - татарина [Рафиса Кашапова. - Прим. "Граней"] на два или три года посадили только за то, что он осудил фашистскую оккупацию Крыма, - то есть просто людей сажают за правду; зная, что другого учителя где-то в южной области посадили за то, что он поддерживал борьбу порядочных украинцев за свою свободу, что в его отношении велось уголовное дело только за стихи [Александра Бывшева не посадили, а приговорили к обязательным работам. - Прим. "Граней"], я прекрасно понимаю, что у вас есть приказ- ну не Путина лично, а путинского режима - посадить меня, я знаю, что приговор останется без изменений. Но я этого не боюсь, потому что я живу по совести.
Многие люди не понимают. "Чего ты достиг этим - nем, что ты сидишь? Ты ничего не достиг". Они не понимают, что я уже сейчас человек. Они путают главное и второстепенное. Главное - это быть человеком сейчас. Посадка, смерть физическая - это не так страшно, как смерть нравственная. Как молчать, когда палачи убивают людей. Как молчать, когда наши летчики-налетчики убивают на самом деле мирных граждан, детей Сирии, прикрывая все это доблестными войнами с ИГИЛ, верят лживой пропаганде - хотя, я думаю, они-то прекрасно знают, кого они бомбят.
Я к чему это сказал? Один человек очень мне близкий не понимает главного - почему я здесь нахожусь. Я здесь нахожусь не потому, что там эта статья 212.1 законна или незаконна, - это все второстепенно. Я здесь нахожусь, потому что я говорил правду, потому что я поступал по совести, потому что я был против убийств. Потому что я понимал, что любые отговорки людей, которые даже считают, что они непричастны к убийствам, совершаемым бандитской мафиозной группировкой Путина ("мы за него не голосовали, мы не причастны к этому, мы в сторонке")... Они не понимают, что если вы родились здесь, вы имеете к этому отношение. Вы моральную ответственность несете, даже осуждая. Пока вы не выходите, не заявляете прямо палачам: "Вы палачи, которые должны быть нашими слугами, обслуживающим персоналом, которые нами наняты, не должны совершать этих страшных преступлений"... Пока ты молчишь, пока ты в фейсбуке прячешься за аватарками, что-то высказываешь, это разговор на кухне, это как советские диссиденты... не диссиденты, а советская интеллигенция. Как мне рассказывал учитель истории, который все понимал о преступлениях советского чекистского подлого режима, о страшных преступлениях кровавого режима, но ничего не делал, говорил на кухне. В отличие от европейской интеллигенции, которая, когда ее права нарушаются, ударяла кулаком по столу и выходила отстаивать свои права.
Потому что пока ты молчишь, на кухне осуждаешь, толку от этого нет. Ты являешься пусть и пассивным, пусть осуждающим этот фашизм - но пока ты не вышел и не заявил, ты его соучастник. И не надо говорить, что только большинство, улюлюкающее фашизму Путину, является соучастником. Вы тоже являетесь соучастниками, пока что вы не вышли, не заявили фашистам: "Фашисты! Палачи! Мы вам запрещаем это делать. Потому что мы родились здесь. Мы россияне". Хотим мы этого или нет, мы несем ответственность за преступления, которые производит наша страна.
Можно сказать, что прямой юридической ответственности вы за это никакой не несете, но тем не менее как минимум косвенную юридическую ответственность вы несете в связи с тем, что в соответствии со статьей 3 Конституции РФ единственным носителем суверенитета и источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Мы власть. Мы позволяем палачам убивать людей. Мы, получается, не заявляем нашим слугам: "Не делайте этого, вы не имеете права", - не хватаем их за руку. Не заявляем об этом прямо, явно. Мы кричать об этом должны: "Прекратите убивать". Потому что мы несем ответственность за те преступления, которые совершают наши так называемые слуги. Потому что мы власть, мы, и мы позволяем это совершать.
Далее. Ответ тому человеку, который хотел мне сказать, что не надо говорить об Украине, не надо надевать футболку с "Тарасом Бульбой" [на футболке изображен украинский казак, которого один из оперативников в справке назвал Тарасом Бульбой. - Прим. "Граней"], не надо отвлекать внимание от статьи, мы работаем чисто над правами человека в России. Я хотел этому человеку объяснить: права человека в России неотделимы от тех преступлений, которые совершает наша страна, жизнь - это высшая ценность. И когда мы молчим, боясь за свою шкурку, когда наша страна убивает тысячи украинцев, сейчас убивает граждан Сирии, мы ответственны за это. Наши права неотделимы от тех преступлений, которые совершаются нашей страной.
Статья 212.1 - это лишь один из рычагов, чтобы запугать человека. Можно ударить по голове, как одного журналиста, не вспомню сейчас его фамилию. Можно 30 ударов ему нанести дрыном. Можно убить человека. А статья 212.1 - это лишь один из способов. И если я буду молчать, не буду заявлять фашистам путинским: "Прекратите, я вам не позволю совершать эти преступления. Я есть. Учитывайте мое мнение. Не делайте этого", - только этим показывая, что я не являюсь соучастником, - тогда я соучастник. Это лишь один из рычагов. И если я ему подчиняюсь, то все, я являюсь соучастником. Если я боюсь сказать правду только потому, что я испугался этой фашистской незаконной антиконституционной репрессии, то все, они сломали меня. Они нашли на меня рычаг.
Поэтому не молчать. Если я считаю правильным носить футболку, если я считаю, что там достойный человек, я буду ее носить. Я считаю не только правом, но и обязанностью заявить палачам моей страны, которые занимают высшие государственные должности: "Не смейте убивать людей из соседней страны". Я буду об этом заявлять.
Я понимаю, что у меня будет три года без изменений, что суд наплевал на Конституцию (это с самого начала было видно, как суд нарушал нормы УПК), что ему плевать, что есть приказ и я буду дальше сидеть.
Ребята! Друзья! Хочу обратиться к вам. Не переживайте сильно. Я готов к этим трем годам. Разве это сравнится с тем, что делает наша страна: отрывает руки, ноги, пробивает головы, мозги... Если посмотреть фото, видео, что делает российская власть путем наших вооруженных сил... Это мелочь. Три года - это е-рун-да! Я не боюсь, мне здесь вообще приемлемо. Моя совесть спокойна, потому что я не молчу. Поэтому за меня не беспокойтесь. Поступайте по совести. Не становитесь соучастниками фашизма, не находите себе оправданий. Мирно и без оружия отстаивайте свои права. Да, за это могут посадить. Но я вам абсолютно твердо заявляю: да, здесь есть некоторые проблемы, возможна угроза жизни. Но я сплю ночью спокойно. Мне здесь нормально. Не с той точки зрения, что меня разлучили с любимой, мне тяжело от этого. Но зато меня не мучает совесть. Я чувствую, что я человек. И те люди, которые в камере не понимают меня, думают: "А чего ты достиг? Ты сидишь", - они не понимают: я своей цели уже достиг! Да, я повторяюсь...
Моя цель не избежать тюрьмы, моя цель человеком остаться. Наши люди понимают это, я уверен. Поэтому будьте спокойны. Воспримите этот фашистский антиконституционный приговор с насмешкой. Не доставляйте им удовольствия от вашего отчаяния. Ведите себя достойно. Мы победим в любом случае, потому что правда на нашей стороне.
Я говорю: всех этих преступников, которые сажают людей по заведомо неправосудным приговорам, позже такие люди, как мы, привлечем. Пусть они не надеются, что по преступлениям средней тяжести (заведомо неправосудный приговор) истекут сроки давности и они избегут ответственности. Нет. Будьте уверены. Мы добьемся отмены сроков давности. Мы привлечем их. За каждый неправосудный приговор.
Я не боюсь этих инквизиторов. Я знаю, что правда на моей стороне. Что закон на моей стороне. Что Конституция на моей стороне. А они ее нарушают. Вот уйду я сейчас и буду сидеть в колонии. Я ее не боюсь. Поэтому, ребят, не переживайте. Любимая, Насть, не плачь, все будет хорошо. Все равно мы победим, потому что сила в правде, а не в фашистах и не в палачах. А у честных людей совесть будет спокойна, что они не были соучастниками палачей и не являлись сами палачами.
Завершая. Коротко. К палачам, к инквизиторам. Вы можете меня посадить. И я знаю, что вы меня посадите. Я этого не боюсь. Но виновными в этом случае будете вы, а не я. И это очевидно всем честным, порядочным людям.