Гибридный референдум как прикрытие

Референдум об ассоциации ЕС и Украины в Нидерландах используется для "усиления антиевропейских настроений в стране"

В среду в Нидерландах проходит общенародный референдум, на котором подданные королевства могут высказаться за или против соглашения об ассоциации Европейского союза с Украиной. Между тем, как признаются сами устроители референдума, украинскую тему они использовали лишь как прикрытие.

За последние несколько недель по всей Голландии можно было каждый день и вечер посещать мероприятия на украинскую тему: дебаты, фильмы, презентации книг, концерты. С другой стороны, Украина в голландском дискурсе превратилась в некий симулякр, надувной конструкт, который интересен только в контексте референдума. Последнее – точно в соответствии с задумкой его устроителей. На днях они на страницах ведущей нидерландской газеты NRC Handelsblad прямым текстом заявили о том, что Украина им "до лампочки", что она была взята лишь как подходящий повод для сбора подписей о первом общенародном референдуме и что настоящая его цель – сконцентрировать и канализировать антиевропейские настроения голландцев. Говорит эксперт независимого аналитического института Clingendael Тони ван дер Тохт, специалист по внешней политике, бывший генеральный консул Нидерландов в Санкт-Петербурге.

– Проблема в том, что лагерь противников соглашения все время избегает дискуссии по существу вопроса. Возможно, из-за недоверия к собственным аргументам, не знаю. Например, на прошлой неделе у меня был такой случай: меня пригласили выступать в библиотеке города Лелистад, там должны были состояться дебаты между теми, кто за и кто против. От сторонников представители прогрессивной демократической партии D66 собирались приехать, а противники – из социалистической партии (SP). Но когда узнали, что я буду выступать, сказали, что не смогли никого найти. Очень жаль, потому что мне больше импонирует открытый спор лицом к лицу с оппонентом. От организаторов других подобных дебатов, например от комитета Brand NewUkraine, я также слышал, что те, кто призывают голосовать "нет", на дебаты не приходят.

– На минувшей неделе члены оргкомитета референдума сами объяснили нам, что дискуссия по существу вопроса вовсе не входила в их планы…

– Да, больше всего меня шокировало это интервью, в котором они сами признались, что до Украины им нет дела, а референдум задумывался как способ расшатывания Евросоюза, что их цель – подрыв ЕС как проекта и подготовка референдума о выходе Нидерландов из ЕС – Nexit, получается. Что это какой-то неправильный референдум. В моем бюллетене ничего не написано о выходе из ЕС, меня спрашивают: я за или против ассоциативного соглашения с Украиной? Для меня это стало подтверждением давнего подозрения, что Украина – случайная жертва в борьбе за право проведения подобных референдумов, просто удобный повод для сбора подписей, за который они ухватились в прошлом году.

– Гибридный референдум?

– Да, гибридный референдум, в котором Украину и украинцев просто используют. Даже официальные визиты делегации из нидерландского парламента на Украину, в составе которой видную роль играл ярый противник соглашения социалист Харри ван Боммел, не раскрыли глаза на то, что это соглашение значит для Украины. Тех, кто призывает голосовать "нет", не интересует содержание, – отмечает эксперт.

Как истинные солдаты гибридной войны, устроители референдума Арьян ван Диксхоорн и Пепяйн ван Хауелинген в нашумевшем газетном интервью на фотографиях скрывают свои лица. Через несколько минут мы с моим собеседником зайдем в битком набитый зал амстердамского театра "Деламар". На его сцене в качестве оппонентов министру иностранных дел Украины Павлу Климкину и блестящему болгарскому политологу Ивану Крастеву сидят сотрудники "Европейского института демократии и сотрудничества" в Париже Наталья Нарочницкая и ее заместитель Джон Локленд – о них было немало сообщений, что они получают огромные деньги из Кремля. По словам Крастева, если британский референдум честно задает вопрос о выходе Великобритании из ЕС, то такие псевдореферендумы по мелким вопросам, как голландский – если они начнут проводиться по всей Европе, – способны парализовать всю европейскую демократию. Может ли голландский референдум быть заказом из Москвы? Тони ван дер Тохт продолжает:

Щенячьего подобострастия по отношению к Москве в Голландии не наблюдается

– Из лагеря с флагом "нет" очень много слышно аргументов, которые звучат в унисон с российской пропагандой. Вопрос: "Не получают ли авторы идеи о референдуме финансирование из Кремля?" проскальзывает в прессе, но пока никаких прямых свидетельств этому я не встречал. Тот факт, что они говорят одно и то же с российскими пропагандистами, еще не означает, что они получают деньги из одного источника. Возможно, они и на самом деле так думают.

– А контакты с российской стороной у них были?

– У меня нет такой информации. В Нидерландах вообще пока такого не наблюдается, как, например, во Франции, где уже ни для кого не секрет, что "Национальный фронт" Марин Ле Пен получает деньги из России. Известно также, что греческая "Сириза" получала деньги из России, от людей из кремлевского окружения. В Голландии таких явных примеров не было.

Видные голландские политики не ездят давать интервью на RT (российский телеканал Russia Today. – РС). Герт Вилдерс был один раз на Russia Today уже после аннексии Крыма, но он не одобрил эту аннексию. Не думаю, что в России с радостью восприняли то, как он в этом смысле держит дистанцию. Такого щенячьего подобострастия по отношению к Москве, какое демонстрируют праворадикальные и леворадикальные политики из некоторых других европейских стран, в Голландии не наблюдается.

– Так каков же ваш прогноз на среду?

– Я думаю, шансы на "да" и "нет" почти равны. Порог явки в 30 процентов будет преодолен.

– А что если все-таки будет "нет"?

– 70 процентов соглашения, то есть его торговая часть, только в компетенции Еврокомиссии. Иными словами, торговая часть соглашения в любом случае будет реализована, вне зависимости от голландского референдума. В случае негативного исхода голосования на референдуме соглашение будет заново обсуждаться в обеих палатах нидерландского парламента. Если кабинет продолжит ту же линию, которую он проводит сегодня – что соглашение несет за собой преимущества и для Украины, и для ЕС, и для Нидерландов, то они выступят в парламенте с рекомендацией голосовать за, несмотря на референдум. У парламентариев нет обязательств следовать результатам референдума, до сих пор все парламентские партии, за исключением партии Герта Вилдерса, социалистов и партии защитников животных, голосовали за ассоциативное соглашение.

– Я слышала, что в одной из правящих партий – в Партии труда (PvdA) обещали с уважением отнестись к народному выбору.

Основная часть соглашения не изменится, и на взаимоотношения ЕС и Украины референдум тоже вряд ли повлияет

– Я надеюсь, что победит здравый смысл. Но если вдруг Голландия не ратифицирует соглашение, то нашему премьеру придется в Евросовете своим коллегам объяснять, почему так случилось. Учитывая, что референдум консультативный и не имеет юридической силы, я полагаю, что зарубежные коллеги премьера Марка Рютте вряд ли проявят понимание. Прецедентов таких пока не было, но думаю, что если мы окажемся в такой ситуации, что одна Голландия не ратифицирует этот документ, то на европейском уровне его повторного рассмотрения не будет: другие страны никогда на это не пойдут только лишь из-за того, что группа голландцев проголосовала против.

Единственное, что может произойти, – это добавление к основному тексту соглашения протоколов, в которых участие Нидерландов будет ограничено в тех частях соглашения, которые касаются политического сотрудничества. Но и это было бы странно, потому что означало бы, что Нидерланды не станут сотрудничать с Украиной по вопросам миграции, борьбы с терроризмом, нераспространения ядерного оружия, то есть по таким областям, против сотрудничества в которых, по-моему, вообще никто в Голландии не выступает. Но даже в этом странном случае основная часть соглашения не изменится, и на взаимоотношения ЕС и Украины референдум тоже вряд ли повлияет, – полагает эксперт независимого аналитического института Clingendael Тони ван дер Тохт.