Глава Следственного комитета рассказал о планах по борьбе с терроризмом и экстремизмом

В планах Александра Бастрыкина - реализация "интересного" китайского опыта по введению цензуры, конфискация имущества за экстремизм, борьба с электронными деньгами и многое другое.

18 апреля 2016 года "Коммерсантъ" опубликовал текст председателя Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина о борьбе с экстремизмом и терроризмом в России. Спекулируя на образе внешнего врага, страх перед которым, как представляется российским властям, способен полностью захватить и подчинить себе умы граждан, Бастрыкин заявил о необходимости введения в России ограничений доступа к СМИ и интернету по китайскому образцу и других мер по установлению идеологического контроля над обществом.

"Последнее десятилетие Россия, да и ряд других стран, - заявил Бастрыкин, - живут в условиях так называемой гибридной войны, развязанной США и их союзниками. Эта война ведется по разным направлениям — политическому, экономическому, информационному, а также правовому. Причем в последние годы она перешла в качественно новую фазу открытого противостояния".

Глава СК фактически обвинил США в росте статистики количества наказаний по антиэкстремистским и антитеррористическим статьям, которая, в реальности зависит от действий местных законодателей и правоприменителей — в России последовательно расширяется спектр деяний, подпадающих под эти статьи, а правоохранительные органы все более ревностно выявляют нарушителей. Однако глава СК утверждает, что виноваты во всем американцы, которые с помощью своих программ "так называемого развития институтов демократии в граничащих с Россией странах, а также в государствах Средней Азии" с использованием инструментов "международного права и основанной на нем юстиции" сеют ненависть на территории бывшего СССР.

Отсюда Бастрыкин делает единственно возможный для себя вывод о необходимости дальнейшего ограничения прав и свобод российских граждан ради "всеобщего блага" (читай, для удобства властей): "Хватит уже играть в лжедемократию, следуя псевдолиберальным ценностям. Ведь демократия или народовластие — это не что иное, как власть самого народа, реализуемая в его же интересах. Достижение таких интересов возможно только посредством всеобщего блага, а не абсолютной свободы и произвола отдельных представителей общества".

Оперируя такой примитивной и хорошо знакомой по учебникам истории риторикой, характерной для авторитарных и тоталитарных режимов, Бастрыкин переходит к делу.

Главой СК предлагаются следующие меры.

• Разработка идеологической политики государства на основе национальной идеи и соответствующая профилактика в молодежной среде.
• "Широкомасштабная и детальная проверка соответствия федеральному законодательству деятельности всех религиозных, национально-культурных и молодежных организаций, в отношении которых есть основания полагать, что они занимаются запрещенной экстремистской деятельностью".
• Воспользоваться опытом Китая в области цензурирования интернета - "в целях защиты национального информационного пространства" ограничить работу иностранных СМИ на территории государства, ввести запрет на работу электронных СМИ, "полностью или частично принадлежащих иностранным резидентам", лишить их возможности распространять информацию в сети, "а в лучшем случае — посредством печатных изданий", допустить сотрудничество национальных СМИ с иностранными только с разрешения министерства, запретить доступ к руководству СМИ негражданам. Серверы местных он-лайн СМИ должны располагаться только на территории государства.
• Разработать единые для интернет-провайдеров правила хранения личной информации их клиентов и пользователей "в нужном объеме на тот случай, если подобные сведения будут затребованы при расследовании нарушений в сфере кибербезопасности".
• В общественных местах доступа в интернет (библиотеки, школы, другие учебные заведения) установить фильтры, ограничивающие доступ к сайтам, содержащим экстремистские материалы.
• "Предусмотреть внесудебный (административный) порядок включения информации в федеральный список экстремистских материалов, а также блокировки доменных имен сайтов, которые распространяют экстремистскую и радикал-националистическую информацию" при формальном сохранении возможности обжаловать запрет и блокировку через суд.
• "Активизировать работу по внедрению современных технических средств для эффективного контроля радиоэфира и интернета".
• "Расширить спектр уголовно-правовых мер по пресечению противоправных действий террористических организаций, совершаемых в сети интернет, связанных с вербовкой. В этих целях рассмотреть вопрос о признании уголовно наказуемыми деяниями обладание такими материалами, их сбор или загрузку с компьютера".
• Регулярно проводить на площадке Госдумы и широко освещать в прессе "специальные слушания с привлечением экспертов Федеральной службы безопасности, видных исламских ученых и авторитетов, ученых-исламоведов" для "разоблачения истинных целей и намерений исламских экстремистов, установления несостоятельности их теоретических подходов, противоречащих реалиям современного мира и коренным интересам исламских стран".
• "Усовершенствовать" законодательство в сфере миграции, поскольку мигранты "часто становятся объектом вербовки, радикализации", "совершенствовать работу участковых уполномоченных полиции с иностранными гражданами в сфере контроля за соблюдением установленных правил проживания на территории России (контроль за лицами, сдающими жилье внаем, снимающими жилые помещения на обслуживаемом участке, получение сведений о характере занятости этих лиц)", при этом "в полной мере использовать помощь общественности". "Службам собственной безопасности ведомств исключить возможную здесь коррупцию".
• В связи с событиями в Крыму "дополнить содержащееся в федеральном законе "О противодействии экстремистской деятельности" понятие экстремистской деятельности (экстремизма) таким проявлением, как отрицание итогов всенародного референдума", "может быть предложено также дополнить диспозицию ст. 280 УК РФ (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) квалифицирующим признаком, предполагающим призывы к экстремистской деятельности, если они сопряжены с фальсификацией сведений об исторических фактах и событиях".
• "Ввести уголовную ответственность за незаконный выпуск и оборот криптовалют, а также других денежных суррогатов", поскольку "криптовалюта, которая не имеет централизованного эмитента, единого центра контроля за трансакциями и характеризуется анонимностью платежей" может использоваться для финансирования терроризма, а "кроме того, в результате широкого распространения эти валюты могут вытеснить с рынка законные деньги, что угрожает финансовой стабильности государства".
• "Пересмотреть законодательство о социальном обеспечении на предмет наличия у близких родственников лиц, причастных к терроризму, прав на пособия по случаю потери кормильца и других выплат. Лицо, которое идет на совершение этих преступлений, должно знать, что не только в случае смерти будет похоронено в безымянной могиле, но и лишит своих близких родственников финансовой поддержки со стороны государства".
• Введение конфискации имущества как уголовного наказания за экстремистские, террористические "и другими опасные проявления преступности". Как поясняет Бастрыкин, соответствующие "законодательные предложения подготовлены и нуждаются в скорейшей законодательной реализации. К сожалению, этот процесс неоправданно затянулся".

Отметим, что перечисленные меры разнообразны как в смысле области применения, так и в степени подготовки или реализации. Некоторые из них, такие как контент-фильтрация на компьютерах в общественных местах, внесудебная блокировка материалов в сети, хранение сведений провайдерами для выдаче их правоохранительным органам по требованию, масштабные проверки организаций, "работа с молодежью", ужесточение контроля над мигрантами — уже фактически реализуются. Другие, вроде введения конфискации имущества, еще не рассмотрены парламентом. Третьи — китайская система контроля над интернетом или запрет на отрицание итогов референдума по Крыму или "фальсификацию истории" — еще не подготовленные законодательные инициативы.

В целом, следует в очередной раз повторить, что российская правоприменительная практика не выявила предпосылок к ужесточению мер борьбы с экстремизмом, поскольку на данный момент суды практически не используют максимальные наказания по соответствующим статьям. В связи с многочисленными злоупотреблениями при применении антиэкстремистского законодательства, когда осуждены часто оказываются вовсе не виновные люди или люди, масштаб деяний которых не заслуживает уголовного наказания, введение такой меры наказания как конфискация имущества представляется бессмысленной жестокостью, которая только поспособствует росту социальной напряженности. Мы также полагаем, что борьба с экстремизмом и даже терроризмом не может оправдать введение мер, прямо или косвенно ограничивающих и так чрезмерно ограниченные в России право на свободу слова, в том числе на историческую дискуссию, право на информацию и право на личную жизнь, а также дискриминационных норм, препятствующих осуществлению свободы вероисповедания и передвижения.

Источники

• "Пора поставить действенный заслон информационной войне" // Коммерсантъ. 2016. 18 апреля.