Неприязнь к потерпевшим

Доцент Центра изучения религий РГГУ Борис Фаликов рассуждает о причинах неприязни к новым религиозным движениям в российском обществе и основных мифах, сформировавшихся вокруг НРД.

Мало что вызывает в России такое раздражение, как новые религии. У нас их обычно называют «сектами» и «культами», что уже является оценочным суждением. На почве неприязни сходятся консерваторы и либералы. Первые возмущаются, что новые религии посягают на вековые устои, вторые видят в них покушение на человеческую свободу. Ученые же предпочитают называть это явление безоценочно – «новые религиозные движения». В религиоведении сложилось целое направление, которое исследует НРД. По ходу дела ему приходится сталкиваться с самыми разными мифами, которыми новые религиозные движения обросли, как дно корабля ракушками. Вот некоторые из наиболее расхожих.

Новые религии – это финансовые схемы по изъятию денег у населения.

Причиной обвинений служит то, что в отличие от религий старых у НРД нет традиционных способов самофинансирования (десятина), поэтому им приходится прибегать к таким современным средствам, как продажа религиозных услуг. Основателю саентологии Рону Хаббарду даже приписывают лихую фразу о том, что лучший способ разбогатеть – это создать религию. Во-первых, шутка принадлежит не Хаббарду, а саркастичному Джорджу Оруэллу, повторял ли ее когда-нибудь публично Хаббард – вопрос открытый, саентологи утверждают, что нет, их враги, что да. Во-вторых, попытки разбогатеть на новых религиозных идеях не приносят быстрых барышей: настоящие виртуозы финансовых махинаций Бернард Мейдофф и Сергей Мавроди предпочитали обходиться без них. В-третьих, в наше экономически непростое время продажей религиозных услуг в едва ли не большей степени грешат и старые религии.

Новые религии – это источник массового террора и коллективных самоубийств.

Теракта от имени НРД было только два. В 1984 году последовательница гуру Раджниша Ма Ананд Шила (Шила Сильверман) заразила сальмонеллой пищу в нескольких орегонских кафе, чтобы их посетители не смогли принять участие в местном голосовании. На кону стояло закрытие ашрама. Сдал рьяную адептку властям сам Раджниш. Человеческих жертв не было. Второй гораздо более серьезный теракт совершила в Токийском метро «Аум Синрике» в 1995 году. Коллективных самоубийств было, как считается, четыре – «Храм народов» в Гайяне (1978), «Ветвь Давида» в Техасе (1993), Храм Солнца в Швейцарии и Канаде (1994) и «Небесные врата» в Калифорнии (1997). Однако первые два случая под вопросом. «Народный храм» – это, по мнению ряда религиоведов, скорее не НРД, а обычная протестантская деноминация, пастор которой Джим Джонс попытался осуществить идеал межрасового равенства, скрестив христианство с марксизмом (John R. Hall, Gone From the Promised Land: Johnstown in American Cultural History. New Brunswick, N.J. 1987). Попытка закончилась трагедией. А в случае с «Ветвью Давида» не исключено самовозгорание во время штурма ее компаунда ФБР. Техасский суховей – вещь опасная. Но главное на фоне религиозно-мотивированного насилия, которое бурно расцветает сегодня на Ближнем Востоке (но не только на нем), число этих трагедий минимально. ИГИЛ вряд ли можно зачислить в НРД. Его учение восходит к радикально истолкованному суннитскому салафизму, которому много столетий. Но при этом от ИГИЛ неизмеримо больше вреда, чем от «Аум Синрике», которое скорее составляет исключение среди НРД. Типичным же примером НРД можно назвать безобидных кришнаитов и Трансцендентальную медитацию.

НРД – это не религии, поэтому они должны быть лишены религиозного статуса.

Главная характеристика религии – обретение трансцендентных целей, причем средства могут сильно отличаться друг от друга (это и молитва, и литургия, и йога). Под это определение попадают практически все НРД. Та же саентология, по мнению крупнейшего британского социолога религии Брайана Уилсона, ставит своей задачей достижение трансцендентной цели (освобождение из плена материи, энергии, пространства и времени) рационалистическими средствами. Какими диковинными эти цели ни казались бы внешнему наблюдателю, по мнению религиоведов, они являются именно религиозными. У старых религий, с точки зрения современного секулярного сознания, странностей, к слову, ничуть не меньше.

Новые религии – это преступные организации, завлекающие в свои сети и насильно удерживающие в них с помощью «промывания мозгов».

Понятие «промывание мозгов» - калька с китайской фразы. Дело в том, что один из его авторов психолог Роберт Лифтон исследовал случаи идеологической перековки американских узников в китайском плену во время корейской войны. Результаты, и в правду, были поразительны. Но перенос этих методов на религиозную сферу невозможен, так как обращение в конечном счете акт свободной воли. Поэтому Американская психологическая ассоциация отвергла формулировку о промывании мозгов как ненаучную еще в 1987 году. Главное в подобных техниках – насильственное лишение свободы. Но НРД никак не лагеря для военнопленных, а социологи зафиксировали высокую текучесть их состава, так что версия промытых мозгов отпадает. Буквально следовать китайскому примеру пытался депрограмист (борец с сектами) Тед Патрик, который похищал членов НРД, запирал их на ключ и пытался переубедить, нередко прибегая к физическому насилию. Иногда его жертвы прикидывались «депрограмированными», но вырвавшись на волю, жаловались властям. За эти опасные эксперименты над людьми Тед Патрик и был несколько раз осужден. Кстати, ни один американский пленник не сохранил веры в величие Мао, вернувшись на родину.

НРД – это источник духовной опасности.

Религиоведение не пользуется такими понятиями как духовная опасность/безопасность. Подобные оценки даются в рамках конфессионального подхода. Но опираясь на опыт исследований и здравый смысл, религиовед может высказать и свое мнение по данному вопросу. Высокая текучесть состава НРД свидетельствует о том, что их участники люди религиозно ищущие. И этот поиск может вести их не только в лоно новых религий, но и в лоно вполне старых. Немало нынешних православных прошли через увлечение новыми религиями. Вряд ли их отпадение от прежней веры - заслуга православных борцов с сектами, которые миссии предпочитают контрмиссию, то есть борьбу на уничтожение, что лишь отталкивает от них потенциальных неофитов. Скорее это отражает дух времени, когда религия перестает транслироваться традиционным путем и становится объектом свободного выбора человека.

Мифы о новых религиях мешают разглядеть реальные опасности, которые в них порой таятся.

Первая - «гуруизм». Этот термин возник сравнительно недавно от санскр. гуру, но имеет негативную коннотацию и обозначает злоупотребление авторитетом со стороны духовного лидера. Дэвид Кореш из «Ветви Давида», Герфф Эпплуайт из «Небесных врат» типичные образчики гуруизма. У нас в России тоже есть сходный персонаж - Константин Руднев из «Ашрама Шамбала». Следует признать, что с гуруизмом в самих новых религиях борются гораздо эффективнее на Западе, чем на Востоке. Демократический этос извергает из себя подобные вещи: в 1984 году члены Сан-Францисского необуддийского центра изгнали своего лидера - роши Бейкера. Да и сам термин возник на Западе.

Вторая опасность «радикальный апокалиптизм». Калифорнийские «Небесные врата» ожидали прилета кометы Хейла-Боппа, в хвосте которой «таился» корабль пришельцев. Инопланетяне должны были забрать их духовные сущности и уничтожить Землю, а собственные тела адептам были не нужны и они отравились. Члены «Аум Синрике» ожидали конец света, а когда он не произошел, решили приблизить его своими руками и распылилизарин в Токийском метро. Общее у всех трех трагедий – авторитарные лидеры, которые сумели убедить своих адептов, что конец света неминуем и надо срочно спасаться. Очевидно, что «гуруизм» и «апокалиптизм» нередко связаны между собой.

Но они встречаются отнюдь не только в новых религиях. Немалое число православных сражаются с ИНН, потому что там зашифровано число Зверя, а некоторые и вовсе под землю зарываются - ждут в апокалиптическом экстазе прихода Антихриста. Пороком «гуруизма» старые религии тоже страдают. В православии есть термин «младостарчество», когда духовник вертит людьми как хочет, не имея для этого оснований, то есть собственной духовной зрелости. По мнению Г. С. Померанца, у старых религий просто лучше развиты защитные механизмы против подобного рода искажений. Другой вопрос, насколько часто они ими пользуются. Патриарх Алексий II официально заклеймил «младостарчество», но мало что изменилось, многие духовники ведут себя непотребно.

Так что бороться надо не с новыми или старыми религиями. Бороться надо с «гуруизмом», «радикальным апокалиптизмом» и т. д., которые – подобно раковой опухоли – могут появиться и на теле новых религий, и на теле старых. Надо выявлять причины появлений этих «опухолей», разрабатывать механизмы борьбы с ними.

Мифы и стереотипы лишь мешают этой борьбе.