Под покровом Сочи

Когда два месяца назад президент Путин на совещании с членами правительства делал строгое внушение и давал руководящие указания чиновникам, отвечающим за спорт, он и они прекрасно понимали друг друга. Только очень наивные люди способны верить в то, что спектакль для камер - это и есть процесс принятия решений. В словах президента был ясный сигнал: допинговый скандал - досадная оплошность, не более того.

"Россия является дисциплинированным членом международного спортивного сообщества, пользуется в нем большим авторитетом, в этом ни у кого нет сомнений, - говорил Путин. - Мы по праву гордимся достижениями наших спортсменов, и их результаты не могут быть поставлены под сомнение никакими скандалами, это абсолютно очевидная вещь".

Министр спорта Виталий Мутко в ответ бодро отрапортовал: "Наша задача - так называемое замещение этого допинга; конечно, как вы сказали, находить, работать в области новых технологий, современных, в подготовке спортсменов. Так что будем заниматься, Владимир Владимирович".

Президент одернул сказавшего лишку министра: "Что это за замещение, не понял". И Мутко стал торопливо заверять, что речь идет, конечно же, о разрешенных препаратах.

Установка была вполне очевидна: Россия провинилась лишь в том, что вовремя не сообщила спортсменам и тренерам о запрете мельдония. А если кто знал, но применял, так это единичные, нехарактерные случаи, не бросающие тень на весь российский спорт, и теперь, как заверил Мутко, будут усилены "меры ответственности, особенно касаемо тех людей, которые побуждают спортсменов применять эти запрещенные средства".

Иными словами, официальная версия состояла в том, что некоторые недобросовестные тренеры и врачи давали допинг спортсменам, а те потом делились с ними призовыми деньгами. Впрочем, не давали, а продавали. Впрочем, делились и с теми, кто фальсифицировал допинг-тесты. Но никак не более того.

К этому времени руководство Российского антидопингового агентства (РУСАДА) ушло в вынужденную отставку, а в феврале с интервалом в 10 дней скоропостижно скончались бывший председатель исполнительного совета РУСАДА Вячеслав Синев и его бывший исполнительный директор Никита Камаев. Еще в ноябре уволились директор Московской антидопинговой лаборатории Григорий Родченков и его заместитель Тимофей Соболевский. В конце года оба оказались в США.

8 мая телекомпания CBS News показала большой сюжет с участием Юлии и Виталия Степановых - дисквалифицированной за употребление допинга бегуньи и ее мужа, бывшего сотрудника РУСАДА. Они теперь тоже живут в США. Степанов, ссылаясь на свои разговоры с Родченковым, рассказал о масштабных фальсификациях допинг-тестов во время сочинской Олимпиады и о том, что Родченкову известны имена четырех золотых медалистов Сочи, принимавших стероиды во время Игр.

А 12 мая The New York Times опубликовала интервью Родченкова, которое он дал по электронной почте. Его откровения рисуют совсем другую картину ситуации с допингом в российском спорте. Из них следует, что решение о фальсификациях результатов допинг-контроля принималось на государственном уровне, а его исполнение было тщательно разработанной операцией ФСБ.

На предыдущих зимних Играх в Ванкувере российская сборная заняла в командном зачете шестое место. Провал ни при каких обстоятельствах не должен был повториться в Сочи. Рассказ Родченкова о том, как участвовала в триумфе российского спорта РУСАДА, достоин захватывающего детективно-шпионского боевика.

Главной проблемой были пузырьки, в которых спортсмены сдают мочу. Их производит швейцарская фирма Berlinger. Крышка пузырька запирается - открыть ее можно только специальным инструментом. После вскрытия пузырек непригоден для повторного использования. Эту задачу специалисты ФСБ успешно решили. "Когда я впервые увидел вскрытый пузырек, я не поверил своим глазам", - говорит Родченков.

Далее необходимо было придумать, как определять принадлежность тестов: ведь в лабораторию они поступают не под фамилиями, а под семизначными номерами. Придумали: спортсмены фотографировали свои пузырьки и отправляли снимки по условленному адресу.

Каждый день после полуночи Григорий Родченков снимал свой лабораторный халат, переодевался в форму российской сборной, покидал свой кабинет и направлялся в комнату 124, где была оборудована тайная лаборатория. В кармане у него лежал полученный от руководства список спортсменов, чьи допинг-пробы следует подменить. За стеной было расположено хранилище отобранных днем проб. Сотрудник РУСАДА, находившийся в хранилище, отыскивал нужные пузырьки и передавал их в комнату 124 через отверстие в стене, которое днем загораживали шкафом. Сотрудник ФСБ уносил пузырьки в соседнее здание и возвращался со вскрытыми пузырьками и мочой, которую взяли у спортсменов несколько месяцев назад. Лаборанты тщательно мыли пузырьки, заполняли их "чистой" мочой и передавали через дыру обратно. Работа заканчивалась лишь под утро. Работали при свете единственной лампы, дабы не привлекать внимание посторонних. Родченков утверждает, что по меньшей мере 15 из 33 медалей российской сборной, включая четыре золотые, были получены спортсменами, употреблявшими допинг.

Конечно, успеху мошенничества способствовали беспечность и лень иностранного персонала. Никто не удосужился посмотреть записи камер видеонаблюдения и поинтересоваться, чем еженощно занимается доктор Родченков в таинственной комнате 124. Независимые наблюдатели следили за работой лаборатории только в дневное время.

Родченков отрицает, что брал со спортсменов деньги за свои услуги. Зато рассказывает, что придумал "коктейль" из трех анаболических стероидов, которые разводил в алкоголе в пропорции один миллиграмм смеси на один миллилитр алкоголя. Коктейль для мужчин включал виски, для женщин - мартини. В сочетании со спиртным допинг быстрее усваивался организмом и быстрее выводился из него.

Григорий Родченков говорит, что уехал из России потому, что боялся за свою безопасность. В 2011 году он уже находился под следствием по обвинению в незаконном обороте сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта и имел все шансы оказаться за решеткой. Его сестра, трехкратная чемпионка мира по бегу Марина Родченкова в 2013 году была признана виновной и приговорена к полутора годам лишения свободы. После кассационной жалобы этот срок заменили условным наказанием.

В этом свете анекдотически звучит комментарий председателя думского комитета по физкультуре, спорту и делам молодежи Дмитрия Свищева, который заявил: "Если ты такой борец за справедливость и тебя здесь заставляли, то прими волну здесь, у нас же страна, которая борется с допингом. Его здесь что, принуждали? Он придумывает на ходу. Приехав в Америку, начинает под диктовку давать интересные статьи".

Родченков говорит, что вынужден был делать, что от него требуют, чтобы спастись от тюрьмы. В США он переехал при содействии кинодокументалиста Брайана Фогеля и теперь вместе с ним работает над фильмом о допинге. Иммиграционный статус Родченкова не вполне ясен, но, судя по тому, что в свободное время он занимается садоводством, варит борщ и ведет дневник, у него все в порядке. Григорий Родченков - специалист с мировым именем, и без работы он не останется.

Что касается Виталия Мутко, то он, выступавший когда-то перед исполкомом ФИФА "фром хиз харт", еще не читал статью в NYT - ждет, когда ему сделают перевод. Однако он уже назвал обвинения Родченкова абсурдными, а заодно напомнил, что Родченков сам подозревался в нарушениях антидопингового законодательства.

Родченков не может доказать свои утверждения, и непонятно, как их теперь будут проверять. Но слова Мутко и иже с ним убеждают еще меньше. Опять Россию незаслуженно обидели русофобы, идут на нее информационной войной, инсинуациями пытаются разогнуть духовные скрепы... Как им самим-то не надоест эта мякина. Но не рубить же им сук, на котором они сидят. Для кого-то спорт удовольствие, а для них - нескончаемый распил.