Оригинал материала
Как понимать свободу? Ответ классика
Фридрих фон Хайек.
Hulton Archive / Getty Images
Этой осенью в рамках совместной издательской серии проекта InLiberty и «Нового издательства» на русском языке впервые выйдет книга крупнейшего экономиста и политического мыслителя XX века, лауреата Нобелевской премии по экономике Фридриха фон Хайека «Конституция свободы». Изданная в 1960 году, эта книга вполне уместное и воспитательное чтение для 2016-го. В качестве доказательства публикуем фрагмент, посвященный соотношению свободы и закона.
ОТ РЕДАКЦИИ. Хайек – австрийский экономист, один из наиболее последовательных защитников индивидуальной свободы и классического либерализма, один из основоположников австрийской школы в экономической науке и главный оппонент другого крупнейшего экономиста XX века, Джона Мейнарда Кейнса.
Хайек – автор множества работ по экономике и политической философии, он изучал теорию экономических циклов, общую теорию денег и капитала, был увлечен созданием собственной теории конституционализма и много занимался глубокой критикой социалистических идей.
Его первая громкая книга, «Дорога к рабству», написанная в 1944 году, предостерегает европейских и американских интеллектуалов от чрезмерного увлечения социализмом. Социалистические режимы, говорил Хайек, с легкостью превращаются в тоталитарные (сегодня этот аргумент вряд ли может вызвать сомнение), избыточное вмешательство государства в экономику, обязательное для социалистических режимов, существенно сокращает личную свободу его граждан, но и не представляет собой эффективной альтернативы рыночной экономике, наоборот, создает внутри функционирующего экономического механизма стимулы, которые мешают его работе. Спор Хайека с Кейнсом в самом общем смысле и посвящен этой теме – объему и приемлемости государственного регулирования в экономике и результатам этого регулирования – особенно во времена экономических кризисов.
«Конституция свободы» – книга, отрывки из которой мы публикуем, представляет собой максимально полное собрание идей Хайека по политической философии и экономике. В ней Хайек рисует свой идеал свободного общества, предлагает систему законов и институтов, которые могли бы лечь в основу такого общества и защитить его принципы, а также обеспечить функционирование свободной экономики.
О свободе в рамках закона
Из долгого и болезненного опыта человечество извлекло урок, что закон свободы должен обладать определенными признаками. Каковы они?
Поскольку принцип верховенства закона означает, что государство не может применять принуждение к человеку, кроме как с целью обеспечения выполнения заранее известного правила, он ограничивает полномочия всех ветвей власти, в том числе законодательной. Это важно, потому что сегодня концепцию верховенства закона порой путают с требованием просто-напросто соответствия всех действий государства закону.
Идеал верховенства закона предполагает совершенно определенную концепцию того, что понимается под законом, и что не каждый акт, изданный законодательной властью, является законом в этом смысле. В современной практике «законом» называют все, что было надлежащим образом принято законодательной властью. Подавляющее большинство так называемых законов – это скорее инструкции, выпускаемые государством для своих служителей по поводу того, каким образом они должны руководить правительственным аппаратом и какие средства будут при этом в их распоряжении.
Хотя государство должно управлять средствами, которые были переданы в его распоряжение (включая услуги тех, кого оно наняло для выполнения его инструкций), это не означает, что оно должно аналогичным образом управлять усилиями частных граждан. Свободное общество от несвободного отличает то, что в первом у каждого человека есть признанная частная сфера, четко отделенная от публичной сферы, и частному человеку нельзя приказывать, поскольку он должен подчиняться только правилам, равно применимым ко всем. Предметом гордости свободных людей всегда было то, что, пока они держатся в рамках известного закона, им не нужно спрашивать чьего-то позволения или подчиняться чьим бы то ни было приказам. Сомнительно, чтобы кто-либо из нас мог сказать сегодня о себе то же самое.
Общие абстрактные правила, являющиеся законами в материально-правовом смысле, представляют собой по существу долговременные меры, относящиеся к заранее неизвестным случаям и не содержащие упоминаний об отдельных лицах, местах или объектах. Такие законы всегда действуют применительно к будущему и никогда не имеют обратной силы.
Вторым непременным свойством истинных законов является то, что они должны быть известными и определенными. Трудно переоценить роль определенности закона для гладкого и эффективного функционирования свободного общества. Возможно, никакой другой отдельный фактор не внес большего вклада в процветание Запада, чем относительная определенность преобладавшего здесь корпуса законов. И на справедливость этого утверждения не влияет то, что полная определенность закона есть идеал, к которому мы обязаны стремиться, но достичь которого не в состоянии.
Третье свойство истинного закона – равенство. Определить его столь же важно, как и определить другие свойства, но сделать это гораздо труднее. Идеал равенства перед законом нацелен на равное улучшение шансов заранее неизвестных людей, но несовместим с заведомо предсказуемым улучшением или ухудшением положения известных лиц.
Если зачастую и не осознается, что общие и равные законы обеспечивают самую действенную защиту против посягательств на личную свободу, то это объясняется главным образом привычкой неявно исключать государство и его представителей из сферы действия закона и подразумевать, что правительство обладает полномочиями даровать отдельным людям индивидуальные исключения. Идеал верховенства закона требует, чтобы государство либо принуждало других соблюдать закон – и тогда это должно быть его единственной монополией, – либо действовало в рамках того же закона, а потому подчинялось тем же ограничениям, что и частные лица. Именно тот факт, что все правила равно применимы ко всем, включая тех, кто правит, делает невероятным принятие каких-либо деспотических правил.
Никто не оспаривает того факта, что для эффективного использования средств, находящихся в его распоряжении, правительство нуждается в значительной свободе действий. Но в условиях верховенства закона частный гражданин и его собственность не являются объектом администрирования для правительства, они не являются средствами, которые оно может использовать для достижения своих целей. Решение не должно зависеть от какого-либо особого знания, которым располагает правительство, или от его сиюминутных задач и от конкретной ценности, которую оно придает тем или иным конкретным целям, в том числе от его возможных предпочтений в отношении влияния результата решения на разных людей.
Все процессуальные нормы, все принципы, предназначенные для защиты индивида и обеспечения беспристрастности правосудия, предполагают, что все споры между индивидами или между индивидами и государством могут быть решены путем применения общего закона. Они задуманы для того, чтобы обеспечить господство закона, но они бессильны защитить правосудие там, где закон осознанно оставляет решение на усмотрение власти. Только когда решает закон, а это означает, что последнее слово принадлежит независимым судам, процессуальные гарантии являются гарантиями свободы.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]