Министр с большой лопастью

Причудливый жизненный и трудовой путь министра промышленности и торговли России Дениса Мантурова

Улучшенные советские разработки представляются как прорыв промышленности, владение собственностью переводится в офшоры, конструкторскими бюро руководят чиновники, но Министерство промышленности и торговли России неизменно увеличивает бюджет.

8 июня 2016 года на Иркутском авиационном заводе прошла красочная церемония "выкатки" первого "магистрального самолета XXI века" – МС-21. Церемонию почтили своим участием премьер-министр Дмитрий Медведев, вице-премьеры Дмитрий Рогозин и Аркадий Дворкович, а также министр промышленности и торговли Денис Мантуров. Последний, скорее, организатор этого шоу. В пышных речах нехватки не было. "Создание подобного лайнера является победой для страны", – восторгался Дмитрий Медведев, уверяя, что "по своему технологическому уровню он превосходит гражданские суда аналогичного класса". Эпитетов не жалели и другие: первый новый отечественный самолет после развала СССР, уникальный, самый высокотехнологичный, самый совершенный, наступает на пятки конкурентам из Boeing и Airbus, может рассчитывать на завоевание 10% мирового рынка...

Правда, ряд экспертов восторгов не разделили, не сочтя самолет ни суперсовременным, ни инновационным, усомнившись и в его способности выдержать конкуренцию с Boeing и Airbus. Да и можно ли называть МС-21 первым действительно российским самолетом, если использован еще советский задел – проект самолета Як-242, разрабатывавшийся в 1980-е годы и считающийся глубокой модернизацией Як-42. До реального самолета тоже далеко: на презентацию "выкатили" вовсе не законченную машину, прошедшую испытания, а, по сути, муляж, макет для испытательного стенда. Первый испытательный полет обещают только в 2017 году. Не начат и процесс сертификации, занимающий годы, фюзеляж самолета не прошел ни один из основных этапов испытаний, нет и серийного производства двигателей ПД-14 для МС-21 – только нескольких опытных образцов, которые тоже еще надо испытывать, доводить, сертифицировать, налаживать их серийное производство и сервисное обслуживание. Поэтому машину пока планируют оснащать движком PW1400G американской компании Pratt&Whitney – если их будут поставлять в обход санкций. Аппаратная часть авионики тоже импортная, хотя министр промышленности и торговли Денис Мантуров неустанно говорит об успехах в деле импортозамещения.

Почти так же выглядит история и с самолетом Ил-76МД-90А. В сентябре 2012 года Мантуров, отчитываясь перед Владимиром Путиным, убеждал главу государства, что это настоящий прорыв, создана "совершенно новая машина, с новыми тактико-техническими данными". Остановив словесный поток своего министра, Путин заметил: "Мы договаривались о том, что должны будем выйти на совершенно новые параметры по дальности, грузоподъемности, экономии топлива". Мантуров тут же заверил: "Владимир Владимирович, очень хорошие показатели: на 25 процентов увеличилась дальность полета, на 15 процентов – грузоподъемность, и где‑то на 15–17 процентов эффективней стало по топливу". И неожиданно выдал: "Ил-76" – это хороший пример сочетания советского задела и современных технологий и компетенций". Советский задел – самое важное признание. Так оно и было: презентованный Мантуровым "Ил" вовсе не новая машина, а лишь глубокая модернизация Ил-76, пусть и с улучшенными показателями, но прорыва нет и в помине. А буквально в канун этой встречи в СМИ прошла информация, что Ил-76МД-90А не отвечает требованиям военных авиаторов: у него не оказалось бортового оборудования и систем, необходимых для выполнения боевых задач, хотя в техзадании военные их прописали. "Отсутствие этих систем, – заявил журналистам военный источник, – делает Ил-76МД-90А непригодным для эксплуатации в ВВС России. По сути, мы получаем обычный коммерческий транспортник". "Впихнуть" же все это в уже готовый самолет нельзя, такие вещи проектируются изначально. Не был исправлен и "родовой дефект" семейства Ил-76 – сравнительно узкий фюзеляж и низкий проем, что делает невозможным перевозку примерно 40% современной техники сухопутных войск… С экспортом тоже ничего не вышло: твердо рассчитывали на Индию и Китай, но те отказались брать Ил-76МД-90А. Других клиентов тоже не нашлось: какой смысл покупать новую версию Ил-76 за 100 миллионов долларов, если рынок перенасыщен старыми модификациями, еще не выработавшими и половины ресурса, которые стоят 5-6 миллионов долларов. Об окупаемости проекта, на который ухнули огромные средства, говорить не приходится: на сегодняшний день выпущено лишь шесть Ил-76МД-90А для военно-транспортной авиации России. При чем здесь Мантуров? При всем: самолеты, станки – это его "епархия". Как и вертолетостроение, которое Денис Мантуров курирует с 2003 года: за все это время в отрасли не создано ни одной новой модели вертолета, хотя много было обещаний выпустить "скоростной вертолет".

Знатный землевладелец

Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров входит в тройку самых богатых членов российского правительства: за 2015 год его заработок составил почти 144,728 миллиона рублей, увеличившись на 31,2 миллиона рублей по сравнению с 2014 годом. Значительное изменение претерпело и "земельное положение" министра: если в 2012 году у него было четыре земельных участка общей площадью 11 420 кв. м, но все они значились не в собственности, то в 2015 году участок той же площади – уже собственный и один: сумел объединить? Но откуда такие колоссальные деньги, если даже премьер-министр официально получает в месяц 513 тысяч рублей, а министерская зарплата меньше премьерской? Мраком тайны покрыта и покупка Мантуровым обширных земельных угодий на берегу Пироговского водохранилища, стоимость которых журналисты еженедельника "Собеседник" оценили в полтора миллиарда рублей.

Впрочем, то, что российские министры чрезвычайно богаты и при этом не в состоянии пояснить источник своего благосостояния, не самое странное. Интереснее то, что рост благосостояния государственных мужей, отвечающих за экономику страны, прямо пропорционален краху этой самой экономики. При этом, невзирая на громогласные возгласы про необходимость затянуть пояса и урезание расходов на социальные нужды, непрестанно растет финансирование министерств и ведомств, отвечающих за грандиозные промышленные программы и проекты, которые на выходе обычно дают полный пшик. Именно одно из таких затратных ведомств и возглавляет господин Мантуров.

Министр и его dream team

Министерство промышленности и торговли – одно из ключевых и важнейших российских министерств: оно отвечает за всю российскую промышленность и внешнюю торговлю. По сути, это монстр, вобравший в себя несколько десятков бывших советских министерств промышленности: авиационной, судостроительной, автомобильной, оборонной, станкостроительной и инструментальной, медицинской, электронной, электротехнической, легкой, химической. А также министерства машиностроения, внешней торговли, металлургии, общего машиностроения, машиностроения для животноводства, машиностроения для легкой и пищевой промышленности, приборостроения, радиопромышленности, строительного, дорожного и коммунального машиностроения, тракторного и сельскохозяйственного машиностроения, тяжелого и транспортного машиностроения, промышленности средств связи, химического и нефтяного машиностроения, энергетического машиностроения… Ныне все это в одном "флаконе". Логично было бы предположить, что возглавлять его должен профессионал.

Денис Мантуров человек в промышленности абсолютно случайный, ни к какому производству отношения не имел, в цехах и на заводах, став министром, бывать, конечно, вынужден. По диплому Мантуров социолог, ни дня, правда, по этой специальности не работал. Его окружение ему под стать. Глеб Никитин, первый заместитель министра, выпускник Петербургского госуниверситета экономики и финансов, позже получил еще и диплом юриста, к промышленности тоже отношения не имеет: в его послужном списке Комитет по управлению городским имуществом Петербурга, Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом, диссертация "Управление эффективностью организации в интересах собственника". Статс-секретарь, заместитель министра Виктор Евтухов: тот же вуз (специальность "экономическая кибернетика"), тоже добавил к этому позже юридический диплом, дальше – депутат питерского Заксобрания, член Совета Федерации, заместитель министра юстиции. Но из Минюста Евтухов быстро ушел (злые языки говорят, что попросили) и материализовался в Минпромторговли сразу в качестве замминистра. Другой замминистра, Андрей Богинский, учился сначала в Новом гуманитарном университете, затем в Дипломатической академии, защитив диссертацию по актуальной теме: "Субсахарская Африка: валютная политика и механизмы внешнего финансирования развития. Эволюция подходов". Трудился дальше, однако, вовсе не на дипломатической ниве и тем более не в Сахаре, а в банковской сфере. В 2006 году неожиданно для многих назначен вице-президентом ОАО "АвтоВАЗ" по финансам – аккурат тогда, когда Сергей Чемезов "подмял" ВАЗ под свой "Рособоронэкспорт". Единственное, в чем преуспел на АвтоВАЗе посланец Чемезова, – в выкачивании из госбюджета колоссальных ресурсов на "спасение" предприятия. Когда убытки ВАЗа достигли фантастических цифр, "эффективный менеджер" оказался в кресле замгендиректора (по финансам) Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ) им. Жуковского. Разобравшись, видимо, с финансами ЦАГИ, очутился в кабинете директора Департамента авиационной промышленности Минпромторга. Теперь – замминистра и даже "Почетный авиастроитель".

В активе замминистра Гульназ Кадыровой факультет "Планирование промышленности" Казанского финансово-экономического института, и два года в советские времена она успела потрудится экономистом на КамАЗе. Впрочем, следующие два десятилетия к промышленности отношение уже имела отдаленное, работая в налоговой инспекции и администрации города Набережные Челны. Заместитель министра Георгий Каламанов закончил Госуниверситет управления и защитил диссертацию на соискание степени кандидата психологических наук по теме "Организационно-управленческие и экономические условия социально-психологической адаптации беженцев к новому месту проживания", работал в банках и в аппарате Совета Федерации. Заместитель министра Александр Морозов – выпускник биофака Саратовского госуниверситета, в 2013 году стал директором Департамента транспортного и специального машиностроения, спустя почти два года уже заместитель министра.

Отдельно отметим замминистра Александра Потапова: он единственный "технарь" на этом Олимпе, выпускник МВТУ имени Баумана. Последние несколько лет Потапов – постоянный персонаж скандальной хроники, особенно "полюбились" его трудовые свершения федеральному еженедельнику "Российские вести", среди учредителей которого значится Управление делами Президента РФ. Газета часто пишет об этом чиновнике в связи с его финансовой "нескромностью", намекая и на его возможную причастность к рейдерству. Но на прочности положения замминистра эти скандалы никак не сказываются.

Первым делом – вертолеты

Трудовой путь самого министра Мантурова, впрочем, стоит рассмотреть более пристально.

Путевку в жизнь Денису Мантурову дал тесть – Евгений Корнеевич Кисель, бывший глава представительства "Аэрофлота" в Индии и на Шри-Ланке: семейство Мантуровых наладило хорошие контакты с ним еще в Бомбее, где отец нашего героя работал директором Советского культурного центра. Евгений Кисель, взяв зятя сначала в свой бизнес по торговле билетами "Аэрофлота", затем привлек его к также связанной с авиацией, но куда более серьезной торговле – вертолетами и запчастями для них. Судя по всему, используя наработанные в советские времена связи, тесть будущего министра удачно поучаствовал в приватизации Улан-Удэнского авиационного завода. А затем энергично наладил поставки вертолетов и запчастей на Шри-Ланку, в Индию, Китай и другие азиатские страны. Наверное, для Киселя и его зятя эти операции были прибыльны, но для Улан-Удэнского завода сугубо убыточны. В 1997 году Кисель, став обладателем крупного пакета акций завода, провел назначение своего 28-летнего зятя заместителем гендиректора. Судя по всему, именно в ту пору он же свел своего зятя с Сергеем Чемезовым, который как раз тогда прибирал к рукам оружейный экспорт и вообще производство всего того летающего и стреляющего, которое можно было обратить в конвертируемую валюту.

С тех пор карьера Мантурова и рванула в заоблачные дали, а сам он считается "человеком Чемезова". В 2000 году 31-летний Мантуров получил в свои руки Московский вертолетный завод имени М. Л. Миля (МВЗ) – был назначен коммерческим директором. Правление было очень недолгим, менее полугода, но бурным. По крайней мере, на профессиональных авиационных форумах (например, Forumavia.ru) сотрудники завода утверждали, что правление Мантурова обернулось пересмотром ряда экспортных контрактов: их оформляли заново, но при этом между производителем и заказчиками вдруг появлялись никому не нужные посредники, доля которых сильно била по доходам собственно заводчан. Другие источники поведали про характерный эпизод, когда при Мантурове стоимость уже оформленного до его прихода контракта на ремонт вертолета Ми-26 без всяких объяснений была резко поднята почти на 600 тысяч долларов. Предприятие стремительно обросло немалым количеством паразитирующих фирм-посредников. Но это сущие мелочи по сравнению с тем этапом, когда Мантуров вернулся на завод уже в качестве председателя совета директоров и буквально разгромил его конструкторское бюро. Основные мощности завода располагались в Томилино (Люберецкий район), но главное здание вертолетного КБ было в Москве, на Сокольническом валу и 2-й Рыбинской улице. Мантуров просто-напросто вышвырнул КБ из столицы в недостроенное здание в районе платформы Панки (Люберецкий район), а 7514 квадратных метров его территорий и строений по заниженной цене были проданы загадочному ЗАО "Глэйн", представлявшему столь же таинственный офшор Tacalyne Holding Inc, зарегистрированный на Британских Виргинских островах. По сути, это действительно был разгром одного из двух центров разработки российских вертолетов.

После передачи площадей КБ Виргинским островам, в 2001 году Мантуров получил кресло председателя Государственной инвестиционной корпорации ("Госинкор"). В феврале 2003 года "Госинкор" ликвидировали, Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело о масштабных хищениях там драгоценных металлов. А господин Мантуров пошел на очередное повышение: он стал генеральным директором ОАО "Объединенная промышленная корпорация "Оборонпром", как раз тогда и созданной "Рособоронэкспортом" и тем же "Госинкором".

Основной задачей "Оборонпрома" стала организация вертолетостроительного холдинга "Вертолеты России", его сформировали под руководством Мантурова к концу 2005 года. Попутно фактически уничтожили оба вертолетных КБ – имени Миля и имени Камова. Их остатки влили в холдинг-монстр, недееспособный с конструкторской точки зрения, зато удачно приспособленный для генерирования бюджетных финансовых потоков и последующей их прокачки в неизвестном направлении.

"Вертолеты России", как написано на их официальном сайте, "один из мировых лидеров вертолетостроительной отрасли, единственный разработчик и производитель вертолетов в России". В действительности в "Вертолетах России" ничего не проектируют, и никаким разработчиком холдинг не является. Проектируют в остатках разгромленных КБ, в чем можно удостовериться, зайдя на сайт Межгосударственного авиационного комитета (МАК), единственной в России структуры, выдающей сертификаты разработчика авиатехники. Там в "Перечне организаций – держателей сертификата разработчика гражданской авиационной техники" никаких "Вертолетов России" нет и в помине, но есть ОАО "МВЗ им М. Л. Миля" и ОАО "Камов".

Как уже сказано, абсолютно ничего нового под брендом "Вертолеты России" так и не было создано, а все, что холдинг преподносит как "новейшее", – это разработки из советского "загашника". Что и не удивляет: заглянув в официальные биографии руководства "Вертолетов России", можно убедиться, что руководящие кресла там в избытке занимают вовсе не конструкторы-разработчики и авиационные инженеры, а финансисты, юристы, одним словом, "эффективные менеджеры", прошедшие школу "Норникеля", "Росвооружения", "Рособоронэкспорта", а также кадровые политруки (например, заместитель гендиректора Владимир Кудашкин) и кадровые чекисты (заместитель гендиректора Николай Грязнов – генерал-лейтенант ФСБ). Впрочем, зачем России свои КБ и конструкторы, если усилиями ведомств Чемезова и Мантурова ставка была сделана на отверточную сборку в России итальянских вертолетов, под что и были погромлены отечественные КБ. Но вот случился Крым, санкции – и Рим с вертолетными прожектами растаял вдали.

Изобретательный "изобретатель"

Зато в "Оборонпроме" у Дениса Мантурова неожиданно прорезался талант изобретателя. В 2006 году он оформил патент на т. н. полезную модель №56 329 "Законцовка лопасти вертолета". Полезная модель – это техническое улучшение уже существующего или вновь созданного механизма или устройства. "Изобретение полезной модели "Законцовка лопасти вертолета", – значится в патенте, – относится к авиационной технике, в частности к аэродинамике обтекаемых конструкций, создающих подъемную или тяговую силу и может быть использовано для несущих и управляющих лопастей вертолетов, крыла самолета, а также для воздушных винтов самолетов. Кроме того, изобретение может быть использовано в гидродинамике при создании лопастей винтов, гидротурбин, подводных крыльев". Примечательно, что эту "законцовку" Мантуров изобрел и оформил схемами, графиками, формулами, не имея инженерного образования и представлений об аэродинамике, зато без отрыва от кресла руководителя "Оборонпрома". Изобретение коллективное, но в длинном списке авторов имя Мантурова значится первым. За ним идет Вячеслав Филимонов. С 1997 по 1999 годы Филимонов был гендиректором ФГУП "Промэкспорт" (торговля оружием), затем – в "Рособоронэкспорте". Следующим соавтором значится Андрей Шибитов: на тот момент – гендиректор МВЗ, ранее – замгендиректора ОАО "Росвертол", ныне – заместитель генерального директора холдинга "Вертолеты России". Далее – Михаил Короткевич, ныне исполнительный директор МВЗ. В списке авторов и Николай Павленко, сейчас генеральный конструктор и первый заместитель исполнительного директора МВЗ…

Журналисты уже упомянутой газеты "Российские вести", проведя свое расследование, выяснили, что формально входящее в "Оборонпром" ОАО "Оборонительные системы" (объединяет разработчиков авионики, управляемых ракет класса "земля-воздух", радиолокационных комплексов и других систем ПВО), в реальности, через целую цепочку подставных фирм, принадлежит неким физическим лицам. По одному из адресов этих "бумажных" фирм – улица Мневники, дом 14, корпус 1, – где зарегистрировано ООО "Оборонительные системы Финанс", на самом деле находится московская общеобразовательная школа №100.

В свою очередь, "Оборонительные системы Финанс" принадлежат ООО "Астрелия", зарегистрированному по адресу: улица Самокатная, дом 2а, строение 1. Но по этому адресу можно обнаружить лишь шиномонтаж, автосервис и мусорную свалку.

Это еще не все: сама "Астрелия", в свою очередь, тоже принадлежит двум ООО – "Велес" и "Земельный капитал". Оба зарегистрированы на улице Верейская, 29 – в здании, где находятся и "Оборонпром", и "Оборонительные системы". Вот такая матрешка.

Опираясь на свои источники, журналисты предположили, что через цепочку подставных фирм холдингом "Оборонительные системы" владеет Денис Мантуров. Никаких опровержений не последовало, но в апреле 2012 года представители ВПК неофициально поведали "Российским вестям": "Денис Мантуров лишь оператор изложенной вами в статье про "Оборонительные системы" схемы. Реальным же хозяином "Оборонительных систем" через изложенную Вами систему фирм является Сергей Чемезов…"

Опровержений также не последовало. Мало того, вскрылась причастность Мантурова к учреждению в 2003 году некоего ООО "Финансовые системы". Оно, кстати, тоже зарегистрировано по адресу "Оборонпрома" – на Верейской улице, 29. Гендиректор этого ООО Евгений Максимов вместе с Мантуровым работал на Улан-Удэнском авиационном заводе, тоже замгендиректора. Эти самые "Финансовые системы" вдруг тоже получили доли в оборонных предприятиях, контролируемых "Оборонпромом". Например, в 2007 году "Финансовые системы" владели 7,01% Улан-Удэнского авиационного завода и 50% ОАО "Сатурн" (производство двигателей и турбин), зарегистрированного, кстати, все по тому же адресу, что и "Оборонпром". В 2009 году "Финансовые системы" планировали приобрести 50,75% акций чувашского предприятия "Электроавтомат", а в 2010 году владели 29% акций ОАО "Электромашиностроительный завод Лепсе", поставляющего электрооборудование для авиатехники. Официальным учредителем "Финансовых систем" является кипрский офшор Monticello Holdings Limited, который также числится совладельцем ряда российских оборонных производств. Помимо этого, Monticello Holdings Limited в 2012 году владела долей в фармацевтической фирме "СМТ-технологии", совладельцем которой был тогдашний руководитель "Оборонпрома" Андрей Реус. Ныне через этот офшор супруга Мантурова, Наталья, владеет отелем "Приморье" в Геленджике, ранее принадлежавшим "Оборонпрому". А в 2012 году в "Финансовых системах" офшор Monticello Holdings Limited в качестве учредителя заменили два других офшора, тоже кипрские – Guylen Investments Limited и Questol Limited.

Остается добавить, что еще до официального утверждения Мантурова министром его часто упрекали в лоббировании интересов олигарха-миллиардера Андрея Гурьева, владельца холдинга "ФосАгро" и комбината "Апатит". Также Мантурова связывали с рейдерским захватом предприятия "Метахим" и рейдерской атакой на ФГУП "Ведомственная охрана объектов промышленности России".

Можно только удивляться и восхищаться энергичностью и предприимчивостью министра промышленности и торговли России Дениса Мантурова. И можно не сомневаться, что главные сделки у него еще впереди.