Переворот в Турции — трагедия или фарс?

Неудавшаяся попытка государственного переворота в Турции, произошедшая в ночь с 15 на 16 июля, вызвала у жителей страны и мировой общественности легкий шок и недоумение: что это было? Реальная попытка свержения власти или разыгранный как по нотам политический фарс? Как бы то ни было, без жертв, увы, не обошлось: в СМИ мелькают разные цифры, от 200 до 250 убитых, примерно 1,5 тыс. раненых. Задержаны по делу о путче уже около 13 тыс. человек.

Вечером 15 июля военные, выступившие против президента Раджипа Эрдогана, с помощью военной техники и вертолетов перекрыли мосты через Босфорский пролив в Стамбуле и блокировали аэропорт. Военные самолеты и вертолеты были направлены в Стамбул и столицу страны, Анкару. Участники переворота взяли под контроль государственный телеканал TRT, по которому передали сообщение о захвате власти в стране. Также мятежники захватили здание Генерального штаба в Анкаре, начальника Генштаба взяли в заложники, но потом отпустили.

Вскоре в Анкаре и Стамбуле начались вооруженные столкновения между участниками переворота и военными, выступившими на стороне президента. На улицах послышались выстрелы и взрывы. Мятежники атаковали здание парламента, куда бросили семь бомб, от которых, как ни парадоксально, никто не пострадал. В СМИ начали поступать сообщения об убитых и раненых как в рядах военных, так и среди мирного населения. Президент страны, находившийся в тот момент на курорте Мармарис, выступил с видеообращением, в котором обвинил в организации переворота своего давнего политического противника, известного исламского проповедника и общественного деятеля Фетхуллаха Гюлена, в настоящее время проживающего в Пенсильвании. Сам же проповедник, узнав об этом, всячески отрицал свою причастность к организации антиправительственных выступлений. Всё в том же заявлении Эрдоган призвал граждан своей страны выйти на улицы и выступить в защиту конституционной власти. Многие откликнулись на его призыв и действительно вышли на улицы Стамбула и Анкары с турецкими флагами.

Беспорядки продолжались всю ночь. К утру стало ясно, что попытка государственного переворота провалилась. Военные, выступившие против президента, сдались, побросав оружие. Более 1,5 тыс. человек были арестованы по подозрению в причастности к мятежу, среди них — пятеро генералов и десятки других высокопоставленных военных.

В Стамбуле и Анкаре горожане устроили праздничные гуляния, фотографируясь на фоне танков и другой военной техники. За празднованием победы последовали наказания за причастность в организации переворота, причем касалось это не только военных, но и гражданских лиц. От работы были отстранены 2745 судей, несколько военных бежали из страны и обратились с просьбой предоставить им политическое убежище в Греции. Однако власти Греции согласились на экстрадицию. Сдавшимся военным устроили показательную порку в буквальном смысле слова, отхлестав их ремнем. Удержавшийся у власти Эрдоган требует от США выдачи Фетхуллаха Гюлена, который не только продолжает заявлять о своей непричастности к попытке переворота, но и осуждает действия мятежников.

Как обычно бывает в таких случаях, многое, в том числе истинные причины переворота и его возможные последствия, остается за кадром. У тех, кто не поддался эмоциям, вызывает недоумение нелогичность действий мятежников, победа над которыми оказалась удивительно легкой и скорой. Всё же речь идет о профессиональных военных, многие из которых имеют боевой опыт. Не следует забывать, что Турция находится в непосредственной близости от зоны боевых действий в Сирии и Ираке. И хотя в мировых СМИ принято говорить не о войне, а о так называемой борьбе с террористами, де-факто в регионе, частью которого является Турция, идет самая настоящая война. Мятежники же по непонятной причине оказываются фактически неспособными постоять за себя, президент странным образом для них недосягаем и, атаковать его в Мармарисе почему-то не представилось возможным. Также весьма подозрительным образом остались целы и невредимы члены атакованного мятежными силами парламента, несмотря на бомбы, брошенные в здание. У многих осталось впечатление тщательно и вполне правдоподобно разыгранного спектакля, призванного оправдать возможные репрессии со стороны правительства Эрдогана в будущем и как следствие создание более авторитарного общества.

Как и предполагалось, неудавшаяся попытка государственного переворота стала для президента поводом для отстранения от власти не только военных и представителей судебной системы, но и представителей интеллигенции. Их подозревают в связи со сторонниками Фетхуллаха Гюлена, а стало быть, в подготовке государственного переворота. Управление по образованию Турции потребовало уволить университетских деканов (1577 человек), преподавателям и научным работникам запрещен выезд из страны. Министерство образования Турции объявило о том, что от работы отстранены 15,2 тыс. работников системы образования. Выдан ордер на арест 42 журналистов. Им могут грозить продолжительные тюремные сроки вплоть до пожизненных.

Не обошлось без драматических эпизодов: в Стамбульском торговом университете во время задержания ректора началась стрельба в результате конфликта между охранниками учебного заведения и полицейскими. В качестве подкрепления полиция вызвала спецназ.

Наступление на университеты вполне вписывается в логику общего усиления контроля над обществом и борьбу с «вредоносными» идеями. Вряд ли все уволенные были сторонниками Гюлена; масштабные чистки в среде интеллигенции скорее выглядят как попытка взять под контроль все слои общества, имеющие либо силу, либо власть, либо как минимум влияние на умы.

В настоящее время в Турции действует режим чрезвычайного положения, установленный на три месяца. Действие европейской Конвенции по правам человека приостановлено.

События в Турции комментирует канд. ист. наук Иосиф Зая, востоковед, доцент департамента социологии Финансового университета при Правительстве РФ.

— Иосиф Юрьевич, была ли это, по Вашему мнению, реальная попытка военных захватить власть в стране, или речь идет о политическом фарсе, инсценировке?

— На мой взгляд, всё произошедшее совершалось при негласной поддержке некоторых представителей турецкого руководства. Эти события призваны изменить расстановку сил в высших кругах власти, что должно неизбежно привести к смене ключевых фигур нынешней правящей элиты. Влияние Эрдогана ослабеет, усилятся позиции премьер-министра Йылдырыма Бинали и, возможно, тех, кто с ним связан. Я не считаю переворот инсценировкой; скорее всего, некие группы политиков выступают под влиянием провокации сверху, направленной на то, чтобы их действия способствовали сбросу политического напряжения внутри страны. Таким образом, это возможность «выпустить пар» и восстановить порядок.

Эрдоган многих не устраивал, так как в какой-то момент он стал заложником своего имиджа. Изначально его задачей было подыграть суннитскому радикализму в пику Ирану с оглядкой на западных политиков. То есть изначально предполагалось, что многие на Западе смотрели более чем благосклонно на использование исламского фактора, думая, что это поможет вытеснить с международной арены Иран, уменьшить его влияние на исламский мир. Однако Эрдоган зашел слишком далеко, и многие не хотели, чтобы он существенно радикализировал политику Турции. В этой стране, как и в других ближневосточных государствах, традиционно большое влияние имеют военные. У них есть свои интересы и свои цели. Политический профиль страны определяют военные, отсюда и конфликт: в данный момент они разошлись во мнениях со всё более авторитарным Эрдоганом.

Разумеется, всё это лишь мои предположения и возможный сценарий развития событий, но вполне вероятно, что в ближайшее время к Эрдогану как политику потеряют интерес как на Востоке, так и на Западе. Политическая ситуация на Ближнем Востоке сильно изменилась за последние годы после волны исламских революций. У Эрдогана больше нет той поддержки, которая была раньше.

Что же касается правдоподобности или неправдоподобности переворота, то, на мой взгляд, это скорее была демонстрация того, что военный переворот в принципе возможен, а не полноценная попытка захватить власть. Сейчас едва ли возможно утверждать наверняка, но я полагаю, что военные вряд ли были действительно заинтересованы в создании хаоса внутри страны, неизбежного при насильственной смене власти. Ведь это создало бы опасность распада страны, что в условиях неспокойной обстановки в регионе вполне возможно.