ВОПРОС 21 ВЕКА: ЖЕНСКОЕ ОБРЕЗАНИЕ

Обрезание делают девочкам до трех лет, а иногда в более старшем возрасте — вплоть до 12 лет. В ходе операции девочкам удаляют клитор или его часть. Как говорят правозащитники в своем докладе, считается, что главное в этой операции — убить у девочки сексуальное влечение. Чаще всего операции проводятся на дому людьми без медицинского образования.

Подавляющее число опрошенных женщин воспринимают обрезание как религиозную инициацию (цитируем доклад): «обрезание надо сделать девочке, чтобы она стала мусульманкой», «обрезание необходимо, чтобы девочка начала молиться»; « женщина должна стать смиреннее, умереннее». «Для многих дагестанских женщин эта операция – маркер сопричастности к религиозным ценностям общины («кому сделано обрезание, попадут в Рай»)».

Сразу после публикации доклада председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев в эфире радиостанции «Говорит Москва» заявил о том, что женское обрезание — «чисто дагестанский обычай» и что это не противоречит догмам ислама.

«Насколько я знаю, это делается для того, чтобы женскую прыть немного успокоить. Здоровью это абсолютно никак не мешает», — сказал он. 17 августа муфтий открыто выступил за обрезание всех женщин:

«...Необходимо снизить сексуальность женщин. Если бы это было применительно ко всем женщинам, это было бы очень хорошо. Женщину Всевышний создал для того, чтобы она рожала детей и их воспитывала. А обрезание не имеет к этому никакого отношения. Женщины от этого не перестают рожать. А вот разврата было бы меньше», — сказал Исмаил Бердыев.

Правда спустя несколько часов после этого заявления Исмаил Бердыев отказался от своих слов, заявив, что призывал не обрезать всех женщин, а «решить проблему разврата».

Его поддержал протоиерей Всеволод Чаплин, который высказал ему свои симпатии, но добавил, что женщин все-таки всех обрезать не стоит, так как православным это ни к чему, «они и так не развратничают».

В Томске практики женского обрезания среди местных мусульман нет, утверждает имам Красной мечети Низамутдин Жумаев, изначально в исламе женское обрезание практиковалось, но потом его запретили.

Фактов женского обрезания не знает и имам Белой мечети Нурулла Хаджи, который вырос в Средней Азии.

«Я слышал, что женское обрезание существует, но сам никогда не видел. Ответить, нужно или не нужно, я не смогу. Я не думаю, что, если вспомнить слова северокавказского муфтия, разврат уменьшится», — сказал Нурулла Хаджи.

Высказывания председателя Координационного центра мусульман Северного Кавказа Ислама Бердиева осудил Совет муфтиев России. Первый заместитель Председателя Совета муфтиев России и Духовного управления мусульман Российской Федерации Рушан хазрат Аббясов сказал, что Всевышний запрещает причинять увечья своему телу.

«Женское обрезание — доисламская традиция, которая была присуща не только арабскому миру, но и другим цивилизациям, не соприкасающихся с семитским миром. Можно с уверенностью сказать, что женское обрезание скорее этническая традиция, в основном присуща африканским народам, возможно, имевшая какие-то ритуальные обоснования, являющиеся совершенно чуждыми исламской идеологии», — сказал Рушан хазрат Аббясов.

Тема вызвала оживленную реакцию в соцсетях. Большинство россиян слова муфтия не поддержали.

Как рассказала Агентству новостей ТВ-2 шеф-редактор дагестанского интернет-портала «Даптар» Светлана Анохина, они тему женского обрезания в Дагестане поднимали давно, еще до появления доклада фонда «Правовая инициатива».

На фото dagestanpost.ru: Светлана Анохина

«Статью «Обрезанные женщины режут дочерей» мы готовили порядка двух лет», — рассказывает Светлана Анохина.— И полагали, что это доисламский обычай, лишь косвенно относящийся к религии. Примерно выяснили локацию – это по нашим данным высокогорные районы – Цунтинский и Цумадинский (причем мы не могли уверенно говорить о том, что такое практикуется в каждом селе этих районов). Мы журналисты, а не социологи, нас интересовали не столько точные цифры, сколько сам обряд, его корни и отношение к нему как обывателей, так и представителей духовенства. Но уже после нашей статьи вышел доклад «Правовой инициативы», где районы обозначены более точно. Ну и еще неожиданно всплыла в сети публикация 2013-го года, размещенная в одном из основных исламских изданий республики, где прямо указывалось, что именно и для каких целей положено отрезать, с уточнением, что это способствует как физическому, так и нравственному здоровью женщины. Один из комментариев, со ссылками на хадисы был дан, по всей видимости, богословом:

«Правильно сделанное обрезание, как показывает многовековой опыт горянок Дагестана, придает женщине целомудрие, женственность, ведь в хадисе (изречение, одобрение, образ или действие пророка Мухаммада, сумма которых образует Сунну — прим.ред.) сказано, что обрезание облагораживает женщину (мукриматун). Положено слегка обрезать головку клитора». Второй комментарий по этой теме был дан известным в Дагестане врачом-сексопатологом: «При женском обрезании удаляется головка клитора, где сосредоточены нервные центры, ответственные за удовольствие от внешнего воздействия». То есть, то, что мы считали локальной архаичной практикой, распространенной лишь в отдельных высокогорных селах, как оказалось, пропагандируется как ваджиб — очень желательное для мусульман действие».

Как добавила Светлана Анохина, в Дагестане практикуется три типа женского обрезания. Первый – самый щадящий. На клиторе делается маленький надрез, эта процедура скорее является инициацией, подтверждением религиозной идентичности и особых последствий не влечет.

«Второй вариант: резекция капюшона клитора. По уверению практикующего врача-гинеколога Хадижат Ажубовой, эта операция в Дагестане сейчас довольно востребована. При этой процедуре обрезается складка кожи или, как иначе называют эту часть, капюшон над клитором <...> Это Сунна (священное предание мусульман о жизни пророка Мохаммеда, дополняющее Коран — прим.ред.) и тут, как и для многого, что предписывает религия, не нужно искать какого-то научного объяснения. Многие, кому было сделано обрезание, отмечают повышение возбудимости и чувствительности эрогенной зоны, замечают гормональный всплеск. Чаще всего приходят молодые замужние женщины, но на эту процедуру «приводят и девочек дошкольного возраста». Этим-то зачем гормональный всплеск и чувствительности эрогенной зоны? Хотят ли они себе повышенную возбудимость? А никто и не спрашивает, решают старшие, мамы, тетушки, бабушки. Первый и второй тип обрезания в больницах делают вполне легально. Ну и третий вариант – это удаление части клитора. И вот тут ни о правильности, ни о безопасности не может быть и речи. Такие операции, как правило, проводятся не в больницах, на доморощенных «хирургах» нет белых халатов и представление о стерилизации у них очень своеобразное».

После публикации статьи «Обрезанные женщины режут дочерей» выяснилось, что число женщин, подвергшихся такой операции не так уж и мало. В соцсетях Светлане Анохиной начали писать люди о своих знакомых, которым сделали обрезание, иногда против их воли.

«В горячих обсуждениях на Фейсбуке время от времени кто-то писал – и моих знакомых обрезали, сразу 5 девочек, и моих тоже, а в личке назывались и имена, многие из которых были мне известны, — добавляет Светлана Анохина. — По словам, как женщин, которые подверглись этой операции, так и тех, кто операцию проводил или косвенно в ней участвовал, решение семьи, решение родителей не всегда принимается в расчет. Мы знаем о двух случаях, когда, несмотря на прямой и категоричный запрет матери, девочку отводила на операцию либо дальняя родственница, либо соседка. Часто такое происходило, когда вся семья уже давно жила в городе и девочку привозили в село на каникулы. Иногда девочка была уже достаточно взрослая, чтобы понимать, куда и с какой целью ее ведут, и отказывалась наотрез или просто убегала. Никто ее не ловил и не применял к ней силу. Но давление, как на семью, так и на саму девочку или девушку все равно существует. Основные аргументы — никто необрезанную не возьмет замуж; так у нас полагается. А в последние годы, в связи с возросшим интересом к религии, в ход идет и религиозный аргумент. От некоторых респондентов мы слышали, что якобы необрезанной женщине не засчитывается ни намаз, ни хадж. Причем, последнее идет вразрез с положениями ислама. Ведь даже если считать женское обрезание «ваджибом», то есть очень желательным, надо помнить — за несоблюдение его никакого наказания человек не несет. Случаи, когда бы родители или родственники девочки, обрезанной против их воли, обращались в правоохранительные органы, нам неизвестны».

Другой журналист, главный редактор дагестанской газеты «Новое дело» и руководитель гильдии межэтнической журналистики Республики Дагестан Хаджимурат Сагитов так прокомментировал ситуацию Агентству новостей ТВ-2.

«В Дагестане эта тема мало обсуждается, — рассказал Хаджимурат Сагитов. — Чиновники от жизни населения немного отстранены и им сейчас не до этого, они спускаются к народу ближе к дате выборов или по другим каким-то поводам, или когда им послали официальный запрос. Я не слышал никого заявления по поводу этой ситуации. Я не думаю, что дагестанские чиновники будут как-то женское обрезание комментировать. А среди священнослужителей споры по этой теме идут всегда: насколько это Сунна (священное предание мусульман о жизни пророка Мохаммеда, дополняющее Коран — прим.ред.), насколько это фард (предписания, которые основываются на Коране — прим.ред), насколько это все из религии».

По словам журналиста Хаджимурата Сагитова, в Дагестане в интернете интерес вызывает не сам факт женского обрезания, а обсуждение этой темы.

«Да, эта тема активно обсуждается в интернете, в соцсетях, молодежь ее обсуждает, — говорит Хаджимурат Сагитов. — Но в целом обсуждается не сам процесс обрезания, его легитимность или соответствие религии. А обсуждается само обсуждение этой темы. Обсуждается интерес к этой теме, который есть у общества. В Дагестане женское обрезание не обсуждают, потому что это не есть что-то серьезное или что-то такое новое, или что-то из ряда вон выходящее. Это личное дело каждой семьи. Для нас, для дагестанских журналистов, эта тема была новостью, потому что мы не обращаем внимания на такое. Эта тема ниже пояса, и мы считаем, что не нужно нам лезть в села узнавать у женщин, обрезаны они или их дочери или нет. Я считаю, что темой для обсуждения журналистов как раз должна быть тема о том, что говорит закон и что говорят традиции. Как сохранить права народностей на соблюдение своих традиций и религиозных обрядов и что по этому поводу говорит закон? Ведь женское обрезание в исламе является желательным делом, но не обязательным, в отличие от мальчиков. Как раз такая тема и может быть поднята для привлечения журналистов, экспертов. И то ненадолго, потому что скоро выборы, на Олимпиаде какой-нибудь новый скандал появится, какой-нибудь кавказец на свадьбе опять якобы постреляет....».