Продлен домашний арест директору Библиотеки украинской литературы

Директор Библиотеки украинской литературы в Москве Наталья Шарина, обвиняемая в экстремизме и растрате, останется под домашним арестом до 28 октября.

Решение о продлении домашнего ареста сегодня, 26 августа, принял Пресненский районный суд Москвы, передает «Интерфакс».

По словам адвоката Шариной Евгения Смирнова, в ее уголовном деле обнаружены нарушения, и оно возращено на доследование. Ранее адвотат Иван Павлов сообщил, что дело передали в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения, причем защите не объяснили «сущность обвинения по статье об экстремизме... следствие до сих пор не может сформулировать, в чем конкретно обвиняют нашу подзащитную».

В октябре 2015 года в Библиотеке украинской литературы в Москве прошел обыск, на директора библиотеки Наталью Шарину завели дело по ст. 282 УК РФ (возбуждение национальной ненависти и вражды, а равно унижение человеческого достоинства) и поместили под домашний арест. По заявлению Следственного комитета, По версии следствия, в 2011–2015 годах директор библиотеки распространяла среди ее посетителей книги украинского националиста Дмитро Корчинского, признанные экстремистскими.

В апреле 2016 года Шариной предъявили обвинение по ч. 4 ст. 160 УК РФ (растрата, совершенная в крупном или особо крупном размере). По версии следствия, в 2011–2013 годах директор расходовала средства библиотеки на свою защиту по первому уголовному делу об экстремизме, которое впоследствии было закрыто.

В июне Следственный комитет объявил об окончании предварительного следствия и предъявлении Шариной обвинения по обеим статьям в окончательной редакции.

Правозащитный центр «Мемориал» в ноябре 2015 года признал Наталью Шарину политзаключенной. «Шарина заявляет о своей невиновности, о том, что она строго следовала законодательству Российской Федерации во время работы на посту директора Библиотеки украинской литературы. — отмечали правозащитники. — Кроме того, она и другие сотрудники библиотеки утверждают, что изъятые в библиотеке признанные экстремистскими книги не имели библиотечной печати, не были пронумерованы и, вероятно, были подброшены для получения повода к возбуждению уголовного дела».